Найти себя
Шрифт:
Полли глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.
— Да, все хорошо. Не волнуйся.
Кэтти неуверенно улыбнулась, переводя озадаченный взгляд с матери на отца и обратно.
— И все-таки, что здесь происходит?
Полли посмотрела на Мейсона, словно ожидая, что он ответит дочери, но тот хранил молчание. Отлично, раздраженно думала она, значит, объясняться придется мне!
— Дело в том, что мы с папой... гм... говорили о тебе. О вас с Робом. И... И... — Полли запнулась, не зная, что придумать.
—
Полли порывисто повернулась к нему, словно желая что-то сказать, но в следующую секунду изменила свое намерение. Дик стоял, спокойно засунув руки в карманы светлых льняных брюк. Он показался ей особенно привлекательным, хотя она скорее умерла бы, чем призналась в этом. Его волосы были слегка взъерошены, серые глаза поблескивали, на щеках и подбородке темнела щетина.
Сама Полли, по ее мнению, выглядела неряшливо: потертые джинсы, старенькая трикотажная блузка, волосы, высохшие после душа, но не расчесанные, и полное отсутствие косметики на лице.
— Твоя мама очень разволновалась, — продолжал Мейсон, обнимая Полли за плечи и улыбаясь, словно на светском рауте. — Ей нужно было выплакаться у кого-нибудь на плече. Правда, Полл?
— Да, — подтвердила та сквозь зубы, хотя тоже постаралась улыбнуться.
Полли больше ничего не оставалось. Не уличать же бывшего супруга во лжи! Тогда ей пришлось бы признаться, что они целовались и она дрожала как осиновый лист, потому что Дик всегда был умелым любовником, а она слишком долго жила без мужской ласки. Правда заключалась именно в этом. Полли была уверена, что никогда бы не поддалась обаянию Дика, если бы не вела монашеский образ жизни.
— Вот как?.. — Улыбка постепенно увяла на губах Кэтти. — Понятно. А я, признаться, имела глупость подумать, что... Когда я увидела, как вы целуетесь, мне показалось... У меня вспыхнула надежда, что вы... — Не договорив, она смущенно потупилась.
— Целуетесь? — переспросила Полли с ненатуральным смехом. Высвободившись из объятий Мейсона, она подошла к плите и поставила на огонь остывшую кофеварку, которая еще была полна кофе. — Мы целовались? Твой папа и я?
— Да. — Кэтти отодвинула стул и села, подперев подбородок рукой. — Но раз этого не было, значит, я снова ошиблась.
— Нет, — быстро произнес Роберт. Все повернулись к нему. Это было первое слово, слетевшее с его уст после того, как они с Кэтти зажгли на кухне свет. — Ты не ошиблась.
— Не успокаивай меня. — Кэтти пожала плечами. — В последнее время я только и делаю, что ошибаюсь. Наверное, я беспросветная тупица, потому что давно должна была понять простую вещь: не нужно выходить замуж, потому что брак не может длиться вечно.
— Почему ты так считаешь? — спросил Роберт, усаживаясь на соседний стул и беря руки Кэтти в свои.
— Посмотри вокруг, Робби. Множество наших знакомых
— Не нужно так говорить, — горячо произнес Роберт. — Ты очень хорошо сделала, что влюбилась в меня. А еще лучше — что вышла за меня замуж. И вдобавок ты совершенно права насчет того, что твои родители целовались, когда мы вошли. — Роберт бегло взглянул на Дика и Полли.
Кэтти подняла голову.
— Ты уверен?
— Абсолютно. Я тоже видел это.
— Неправда, — возразила Полли.
— Вы оба ошибаетесь, — поддержал ее Мейсон.
Полли кивнула ему и снова перевела взгляд на дочь.
— Папа все объяснил. Он просто утешал меня.
— Вот видишь? — Кэтти посмотрела на Роберта. Ее глаза были полны слез. — Они не целовались. А мне так хотелось, чтобы это действительно произошло!
Полли нахмурилась.
— Хотелось?
— Конечно! — всхлипнула Кэтти. — Когда я увидела, что вы обнимаетесь, у меня отлегло от сердца. Впервые, с тех пор как мы с Робби прибыли в аэропорт. И я вдруг подумала...
— Что, дорогая? — мягко спросила Полли, хотя уже обо всем догадалась. У нее больно сжалось сердце оттого, что дочь питает столь бесплодные надежды. Она подошла к Кэтти, обняла ее и поцеловала в макушку. — Что?
Кэтти прерывисто вздохнула.
— Я подумала, что случилось чудо и вы с папой поняли, какую ошибку совершили, решившись на развод... Что вы по-прежнему любите друг друга, — прошептала она.
В кухне наступила напряженная тишина. Затем Полли с надрывом произнесла:
— Ах, Кэтти, если бы это было так просто!
— Ты не можешь предсказать будущее своего брака на основании того, что развалился наш, — сдавленно заметил Дик. — Солнышко, если вы с Робом любите друг друга...
— А что это доказывает? Вы с мамой тоже любили друг друга. Но потом разлюбили, как и все вокруг.
— Не все, дорогая. — Мейсон покачал головой. — Это слишком смелое обобщение.
— Все равно... — Кэтти вздохнула. — Должно быть, это ужасно! Вы не посвящали меня в свои дела, но я слышала, как плакала мама, да и у тебя, папа, глаза бывали красными.
Дик быстро шагнул вперед и взял дочь за руку. Роберт тактично отошел в сторонку.
— Мы боялись причинить тебе боль, Кэтти. Прости, если это все же произошло.
— Ты не понимаешь, папа! Это все уже в прошлом. Сейчас меня беспокоит то, что непременно случится со мной и Робби в будущем. Это неизбежно, поэтому я предпочитаю расстаться с мужем сейчас, так как позже разрыв будет еще болезненнее.
Полли ласково убрала волосы со лба дочери.
— Кэтти, многие браки сохраняются...