Найти героя

Шалыгин Вячеслав Владимирович

– Судя по снятым кадрам, там никто не появлялся лет сто, - недовольно рыкнул Бубнов.
– Ну, два года - точно.

– Снимали операторы спецгруппы?
– негромко спросил Щеткин.

Генерал уничтожающе взглянул на выскочку-агента, но вспомнил, что дисциплина в ПСБ не культ, и вернулся к директору.

– Ну, не журналисты же.

– "Бешеные Волки"?
– одобрительно кивнув подчиненному, предложил Хорошеев.

– На такие задания я элиту не посылаю, - Бубнов горделиво сложил руки на груди.

– Но ведь это секретное

дело, - напомнил директор.

– Я понимаю, - генерал скривился.
– На верфи летала спецгруппа ПСО...

– Планетарной Службы Охраны?
– Хорошеев приподнял одну бровь. Удивился он или выразил иронию по поводу генеральского выбора, понять было сложно.

– Да, а что? В мирное время Охрана подчиняется мне так же, как и армия. Могу послать их, куда потребуется.

– Это же личная гвардия Президента. Вы допустили ослабление охраны первого лица планеты?

– Летала свободная от дежурства смена, - парировал генерал.
– Вы же сами сказали, что дело секретное! Я должен был послать разведку регулярной армии? Или квартирьеров строительно-саперных войск?

– Нет, нет, все верно, - отступил директор.
– Разрешите...

Он отнял у Бубнова проектор и передал его Щеткину.

– Срочно в лабораторию!

Агент подбросил проектор на ладони и быстрым шагом удалился в сторону домика.

– У вас тут запасная база?
– генерал осмотрелся.
– Хорошая маскировка. Так что вы хотели выяснить, проверяя верфи? Раз "Криптон" - миф, там и не могло быть никаких следов его строительства.

– Это и хотел, - Хорошеев кивнул.
– Теперь гипотеза о том, что "Криптона" не существовало, имеет подтверждение.

– И что дальше?

– Будем искать, куда делся крейсер на самом деле.

– Его же не было!
– удивился Бубнов.

– Не было мастодонта из стали и пластика, - возразил директор.
– Но были ворохи документов, накладных и платежных ведомостей, по которым деньги уходили из казны. Были сотни фирм поставщиков, посредников и подрядчиков, которые эти деньги получали. Были банки, консорциумы и фонды, которые их перераспределяли и отмывали. И, наконец, были люди, которые эти деньги получили. Причем, в отличие от бумаг, фирм и банков, люди не виртуальные, а настоящие, из плоти и крови. И они, опять же в отличие от бумажно-финансового прикрытия, не лопнули, не растворились и не сгорели. Они сидят где-то на большой куче банкнот и посмеиваются над нашей наивностью. Лично меня это раздражает. А вас?

– Меня?
– генерал снял кепи и почесал лысину.
– Ну-у... тоже, наверное. Только не раздражает, а злит. Не люблю, когда из меня делают идиота. Только... Что об этом думает Президент? Я как-то привык, знаете ли, чтобы все было по уставу. Сначала - приказ главкома, а уж после инициатива.

– Президент в курсе, - заверил его Хорошеев.
– После моего доклада у него случился легкий сердечный приступ, но сейчас со здоровьем полный порядок. Однако есть опасность, что он все

же не до конца понимает серьезность ситуации.

– Не понял, - Бубнов нахмурился.
– Какой ситуации?

– Кто посоветовал вам отправить на верфи именно спецгруппу Службы Охраны?
– неожиданно спросил директор.

– Посоветовал? Мне советчики не нужны, я сам...
– генерал запнулся.
– А вообще-то... Да, было такое. Но ведь сам Думский и посоветовал.

– Вот видите.

– Ну и что? Сами же говорите: "этого требуют обстоятельства". То есть доверять никому нельзя, так? Вот Президент и не доверяет. Только надежным людям из ближайшего окружения.

– А если это окружение водит его за нос?

– А если вас обманывают ваши источники информации?
– рассердился Бубнов.
– Тот агент, например, что меня привез.

– Всех своих людей я проверяю на мыслеграфе. Вы пользовались этим прибором, когда принимали рапорт командира спецгруппы?

– Нет, но это же... он же... служит у Президента с самого начала!

– А раньше он-где служил? Не в армии?

– Нет, - генерал помотал головой.
– Но какая разница?! К чему вы клоните?! Хотите сказать, что Президент находится под чужим влиянием? Что его "пасут" через офицеров его личной охраны?

– Это ваша мысль, - заметил Хорошеев.

– Ну, все, все...
– сдался Бубнов.
– Если вы прямо сейчас докажете, что ваши опасения не напрасны, я устрою офицерам охраны поголовную проверку.

– Лучше я, - возразил директор.
– У меня больше опыта.

– Ладно, вы, - генерал усмехнулся.
– Ну, где доказательства?

– Господин директор, - за спиной Хорошеева возник запыхавшийся Щеткин.

– Сделали?

– Да. Полная липа. Снято в павильоне. Вот заключение экспертов ИВР.

– Эксперты Института Военной Разведки для вас достаточно авторитетны? поинтересовался директор у Бубнова.

– Кто это им разрешил проводить левые экспертизы?
– пробурчал генерал, разглядывая отчет.

– Все оформлено в рамках межведомственной программы "Сотрудничество". Мы иногда помогаем вам, вы нам.

– Значит, на верфях в действительности не пусто?
– сделал вывод Бубнов.
– И что там тогда?

– Вот это нам и предстоит выяснить. Когда приступим к проверке кадров ПСО?

– Только скрытно!
– предупредил генерал.
– Нечего из-за пары паршивых карасей баламутить весь пруд! И если найдете что-нибудь, сразу рапорт! Лично мне.

– Разумеется, - Хорошеев пожал ему руку.
– Щеткин, отвезите генерала в штаб и останьтесь там, как бы по личному вопросу. Вы же служили в армии?

– Было дело... но давно и не в ПСО.

– Знаю, - Хорошеев усмехнулся.
– Легенда будет такая: затерялась какая-нибудь медаль, и вы решили отыскать наградной приказ, чтобы восстановить справедливость. Господин генерал, это повод, чтобы повертеться поблизости от службы кадров?