Навсегда твой
Шрифт:
— А разве я тебе не жена?
— Я хочу, чтобы все узнали об этом.
Она искренне удивилась.
— Ты хочешь?
Я обхватил её и перевернулся на спину так, что она оказалась прижатой к моей груди.
— Ты же знаешь, что я не приму отказа, — сказал я.
— Знаю, — она потёрлась о меня щекой и закрыла глаза. — Но если бы ты его и принимал, я бы тебе не позволила.
— Это означает «да»?
— Это означает — готовься.
Я слегка шлёпнул её пониже спины.
—
Она рассмеялась и тут же сменила тему разговора.
— Так, что там Минерва просила?
Я задумался. Слишком неподходящее время для подобного рассказа. Решив начать с основного, я осторожно проговорил,
— Минерва — твоя родная тётка, Эни.
Жена вздохнула.
— Я знаю, — сказала она тихо.
— Знаешь? И давно?
— Ещё с первого курса. Я очень боялась скандала, который устроит бабушка, когда узнает, что я попала на Гриффиндор, а она только усадила меня рядом, погладила по голове и рассказала про Минерву.
— Мне показалось, у вас были непростые отношения, — озадаченно сказал я.
— Что ты, — Эни улыбнулась. — Она, конечно, была строгой и весьма сдержанной женщиной, но очень меня любила, и я её тоже. Знаешь, она ведь всю жизнь винила себя во всём, но так и не решилась никому рассказать.
— А ты сама, почему молчала?
— Я считала, раз профессор МакГонагалл не говорит, значит так нужно.
— Ужас какой, — я нежно провёл по её спине двумя пальцами. — Обязательно скажи ей.
Глава 21
С пяти утра я уже был на ногах. Я впервые проснулся раньше Эни. Она тихо посапывала, крепко сжимая мою руку, и на её губах искрилась улыбка. Очень осторожно, чтобы не разбудить её, я высвободился. День предстоял просто сумасшедший.
Спешно приведя себя в порядок, я спустился на кухню.
Несколькими взмахами палочки я сделал чай и пару сэндвичей, поставил на поднос и, немного подумав, выскочил во двор. Тремя пальцами я отломал от куста большую бордовую розу, которая тот час же отомстила мне, исколов шипами. Я выставил её перед собой на вытянутой руке, хищно улыбнулся и одним взмахом палочки лишил её всех шипов. Розу я тоже положил на поднос, взбежал с ним по лестнице и водрузил на маленький столик рядом с Эни.
Вернувшись на кухню, я застал сердитую Лили, которая потёрла кулаками глаза и спросила,
— Зачем ты так громко топаешь? Ты же не кентавр.
Я подхватил её на руки и закружил. Она ухватилась за мою шею и заливисто рассмеялась.
— Сегодня твоя мама сделает, наконец, твоего папу самым счастливым человеком на земле, — сказал я.
Лили нахмурилась.
— Поставь меня на место, — твёрдо проговорила она.
Я
«О, Мерлин, ты всё больше похожа на меня, Лили» — подумал я.
Закончив осмотр, дочка спросила,
— В этом ты хочешь стать счастливым?
— Ты против? — я приподнял одну бровь, изображая недоумение.
— Ой, папа, — Лили возмущённо дёрнула плечиком. — Ты абсолютно ничего в этом не смыслишь. Давай, неси сюда всё, что у тебя есть. Придётся мне сделать всю работу за тебя.
Я притащил свою одежду и кучей свалил у её ног. Дочь окинула меня саркастичным взглядом и покачала головой.
— Будет сложнее, чем я полагала. Ты иди, пока, я разберусь.
Я усмехнулся и отправился во двор. Нужно столько всего успеть до того, как появятся все эти люди, которых мы зачем-то понаприглашали. Я начал орудовать палочкой, пытаясь превратить пространство перед домом во что-нибудь пригодное для праздника. Почти закончив работу, я услышал голос Эни.
— Очень красиво, я не знала, что ты так умеешь.
Она стояла на крыльце босая, на ней было только лёгкое платье. Я подскочил к ней и перенёс в дом.
— Не нужно ходить по двору босиком, — сказал я улыбаясь.
Она вдруг так страстно поцеловала меня в губы, что я чуть было её не уронил.
— Это тебе за завтрак, — сказала она. — Такое «спасибо» от меня.
Я отпустил Эни и сделал вид, что направляюсь к столу.
— Пойду, сделаю ещё сотню, — сказал я, изобразив решительность.
— Зачем? — она скрестила руки на груди и улыбнулась.
— Я хочу ещё сотню таких «спасибо».
Она привстала на цыпочки и снова поцеловала меня, потом спросила,
— Зачем, ты заставил Лили собирать твою одежду?
— Я? — я рассмеялся. — Это она сказала тебе?
— Нет, когда я спустилась, она пожелала мне доброго утра, сгребла всё в охапку и с очень серьёзным видом удалилась к себе. Вы что-то затеваете?
— С чего ты взяла? — я прищурился.
Она махнула рукой.
— Вы всегда что-нибудь затеваете. Давай, я помогу тебе.
— Хорошо, только обуйся.
Эни ушла. Из дверей высунулась Лили и тряхнула копной чёрных волос.
— Так и знала, что ты ничего не делаешь, — сказал она. — Иди сюда.
Лили просто обожала строить из себя взрослую, и даже иногда пыталась меня поучать. Поскольку она поняла, что сегодня ей это удастся, она цепко ухватилась за эту возможность. Пропустив меня в свою комнату, она указала на костюм, аккуратно разложенный на её кровати.
— Вот, это единственная нормальная одежда, которую я смогла найти во всём том ужасе, который ты носишь.