Наводнение
Шрифт:
Увидев лежащего на полу майора, Луис опустил руки, принужденно рассмеялся и бросился поднимать своего друга.
– У тебя шалят нервы, Луиси! – прокомментировал случившееся майор, радостно улыбаясь. – Я кричал снизу и поднялся, кстати, просто для очистки совести. Твоей машины во дворе нет, да и вообще по субботам ты, кажется, читаешь лекции в колледже.
Майор не кричал внизу, так как прекрасно знал, что Луис в доме, знал о каждом его передвижении в это утро, знал даже о том, что Луис позвонил из гостиницы «Дельфин» в колледж и попросил перенести свою лекцию на следующую неделю. Майор своими ушами слышал весь разговор Луиса с секретарем колледжа и улыбался, когда Луис сдавленным голосом объяснял,
– Меня попросили перенести лекцию на следующую неделю – студенты разбежались по случаю зимнего фестиваля! – Луис лгал спокойно и очень правдоподобно. – А «сакапунту» я отправил на профилактику. Барахлит зажигание, а у меня не доходят руки самому заняться. – Это была новая неправда и менее удачная: постановку зажигания Луис не доверил бы никому.
– Как ты себя чувствуешь, Луиси? У тебя усталый вид…
– Я в порядке! Просто не очень выспался. Сейчас мы выпьем кофе, и все пройдет… – Луис жестом пригласил майора вниз, где в холле на небольшом инкрустированном столике всегда стоял термос, в котором он настаивал кофе по собственному методу.
– Это очень кстати, Луиси, что ты сегодня отдыхаешь! – воскликнул майор, насладившись первыми глотками ароматного напитка. – Я хочу вытащить тебя в море! Как тебе нравится моя идея? Ненадолго, часа на два – три. Пойдем в залив Раздавленного таракана, подстрелим чего-нибудь повкуснее – и назад!
Луис насторожился и внимательно смотрел на развалившегося в кресле-качалке Роберто, непринужденно приглашавшего выйти в море, словно у Луиса не могло оказаться в это утро более важных дел. Обычно они договаривались заранее и выходили в море рано утром. Сейчас же часы Луиса показывали половину одиннадцатого.
– Я не против, Роберто, но я не совсем в форме, и потом, у меня не заправлен акваланг. Пока мы его заправим, пройдет полдня… – Луис пробовал уклониться, но майор перехватил инициативу.
– Нет никаких проблем, Луиси! У меня заправлены оба баллона. – Майор простодушно не замечал нежелания Луиса бросить свои дела ради подводной охоты. – Посмотри, какое спокойное море! – Он поманил Луиса к окну. – Где-то совсем недалеко гуляет между камнями жирная «парго-свинья»! – Майор облизнулся, приглашая Луиса насладиться прекрасным образом «парго-свиньи», которую нужно застрелить, запечь в гриле и съесть, запивая густым темным пивом. – Если ты не настроен плавать, просто составишь мне компанию, посидишь в катере. Ты просидишь все утро со своим телевизором, вместо того чтобы заняться чем-то достойным мужчины! – Майор в шутку сердился. – И не говори, что к тебе должен кто-то прийти! К тебе приходят только самые красивые девушки Эль-Параисо, чтобы остаться на всю ночь! – Майор стоял рядом с Луисом и хлопал его по спине – обычный в Эль-Параисо способ убеждать упрямого собеседника.
– Ты угадал. Я жду Ивис. Она уезжает сегодня… Майор сделал понимающее лицо и с готовностью закивал:
– Тогда, Луиси, извини мою настойчивость! Поедем в другой раз. Надолго уезжает эта черноглазая девочка? Она мне нравится, Луиси. Впрочем, у тебя всегда был хороший вкус… Кстати, ее папа – мой коллега. Я его неплохо знаю. Он полковник, человек старой закалки.
– Что ты говоришь! – Луис искренне поразился. – От пограничной службы в Эль-Параисо никуда не денешься! Я это почувствовал, как только ступил на благодатную землю Ринкон Иносенте в первый раз, кстати, с левой ноги. А я все эти дни недоумеваю, почему за мной все время таскаются какие-то типы! Оказывается, это телохранители Ивис! – Луис весело смотрел майору в глаза. Всего час назад он осведомился у администратора гостиницы «Подковы» об обитателях номера 184 и с радостью узнал, что они попросили приготовить расчет. Луис вызывал
– Ты мнителен, Луиси! Кому нужно таскаться за тобой по жаре! Ну, я пошел…
– Подожди! Если мы вернемся к часу, я в твоем распоряжении. Ивис обещала приехать к половине первого, значит, раньше половины второго ждать ее бессмысленно…
Майор чрезвычайно оживился, схватил трубку телефона и, набрав номер, забормотал на диалекте Эль-Параисо, чтобы катер подогнали сейчас же к причалу бара «Канэй» – огромного шалаша из пальмовых листьев, по соседству с которым находилась станция проката катеров.
Луис пошел собирать снаряжение, а майор ощупывал взглядом хорошо знакомую ему гостиную. Вдруг глаза майора широко распахнулись и застыли. Всегда висевший на стене пятизарядный винчестер исчез. На его месте из стены торчал голый гвоздь…
Когда Луис и майор подходили к причалу, катер пограничной службы уже ждал их. Это был довольно большой, но легкий катер, задуманный и созданный специально для спортивной ловли тунца. Итальянская фирма, производившая катера, устанавливала на корме мягкое вращающееся кресло, к которому крепились защелки хитроумных снастей для ловли тунца на блесну. Эти кресла пограничная служба Эль-Параисо использовала своеобразно: на их вращающейся платформе монтировался ручной пулемет, и тунцовый катер превращался в боевую единицу – «корабль береговой охраны».
Когда майор выходил на подводную охоту, пулемет обычно снимали, так как он занимал собой почти всю крохотную палубу и мешал. На этот раз снятый пулемет не был сдан на заставу. По указанию майора его перенесли в кабину и оставили там.
– Вы давно заправлялись? – таким вопросом поздоровался майор с молодым пограничником, пригнавшим катер. Узнав, что бак полон, майор заглянул в кабину, увидел пулемет и громко удивился: – Вы что, чико, совсем обленились? Почему пулемет не убрали? Куда мы его денем? – Майор возмущенно тряс головой, а пограничник, которому недвусмысленно было приказано зарядить пулемет и оставить в кабине, мямлил насчет забывчивости какого-то Армандо.
Луис подозрительно спокойно готовил свое пневматическое ружье. По его лицу нелегко было догадаться, что он ловит каждый звук из неразборчивых оправданий молодого пограничника и все больше убеждается в том, что пулемет оставлен в кабине не случайно. Луиса охватывала тревога. По всему поведению майора он видел, что Роберто чего-то хочет от него и хорошо знает чего. Ему хотелось спросить майора об этом прямо. Но судя по тому, как безмятежно отреагировал Роберто на уже сделанный Луисом открытый вызов, майор не склонен был делиться своими планами.
Парень в форме пограничной службы, подпоясанный ремнем с бляхой, болтавшейся на самом низу живота и причинявшей, должно быть, определенные неудобства, оттолкнул катер от причала, а майор запустил негромкий, но мощный двигатель и привычно положил длинные нервные пальцы на штурвал. До залива Раздавленного таракана было не больше получаса ходу.
Луис смотрел на переливавшуюся всеми оттенками голубого и зеленого цветов воду, в которой отражалось слепящее солнце, и напряжение и страх ослабевали. «Нет уголка прекраснее на нашей планете, чем Ринкон Ино-сенте!» – повторял он про себя фразу из рекламного проспекта и соглашался с ней, думая, что портит прелесть бархатных пляжей Ринкон Иносенте лишь скопление людей. Но сейчас, в феврале, пляжи были идеально пустынны. В Эль-Параисо считали, что купание в феврале, когда температура воды ниже тридцати градусов, пагубно отражается на здоровье, ибо нельзя купаться в такой холодной воде, не подвергая себя риску. А рисковать в Эль-Параисо никто не любил…