Наводнение
Шрифт:
– Ты что, сюда пиво пить пришел! – прошипел Лысан, не поднимая головы и не размыкая губ. – Сам будешь платить!
Алексис виновато зашевелил бровями и побледнел. Поход в кабаре Лысан обещал оплатить из казенных денег, огромной, по его понятиям, суммы, выданной Лысану для ведения дела. Ненависть к Лысану и страх перед тем, что он может заставить платить из своего кармана, смешивались и кипели в душе Алексиса, когда он изображал виноватую мину на лице.
Лысан молча проклинал метрдотеля, заставившего их сесть почти рядом с Луисом, который в любой момент
Идея пойти в кабаре родилась в голове Лысана, минуя стадию зарождения, неожиданно, и была необъяснима с точки зрения здравого смысла, так как не содержала ни грамма этого здорового начала. Лысан не смог бы вразумительно объяснить даже Суаресу, если бы его призвали к ответу, зачем он вдруг подхватился с места и, не надеясь на «додж», на такси прибыл во главе «ударной группы» в кабаре, как только дежуривший под домом Луиса Алексис прибежал и сообщил, что «профессор» вместе с доктором и девчонкой пешком пошли в кабаре «Золотая черепаха» и что он сам, своими глазами, видел, как они уселись за столик.
Скорее всего, в Лысане сработал старый добрый принцип: идти следом за добычей и ждать, идти и ждать! Так ходят за крупными животными гиены, ожидая, что какой-нибудь хищник нападет на них и удастся поживиться объедками.
Оказавшись вдруг в считанных метрах от своего противника, Лысан растерялся и упал духом. Вид Луиса в профиль лишал его последних крох уверенности в себе. Но Лысану пришлось поднять голову – Шакал отчаянно теребил его за рукав. Подняв угрюмые, сощуренные от страха глаза, Лысан с ужасом увидел, что «профессор» встал из-за стола и направился к выходу из зала.
Граф, Люси и Ивис остались на месте и оживленно разговаривали, но сам «профессор» неудержимо стремился к выходу. «Зовет своих людей!» – осенило Лысана, и его как будто ударили обухом по голой голове. Лысан поймал под столом вздрагивающую узкую руку Шакала, крепко сжал ее и зашипел:
– За ним, быстро! Посмотри, куда он пошел, и назад, понял! Ну, ты!.. – и Лысан исхитрился выпустить длиннейшее матерное ругательство сквозь сжатые губы.
Шакал покрылся испариной, но подчинился и посеменил к двери, подергиваясь и подпрыгивая на ходу. Миновав главную дверь, завешенную толстыми портьерами из голубого бархата, Шакал столкнулся с Луисом, который разговаривал с метрдотелем. Шакал заметался, не решаясь возвращаться в зал, потом увидел на одной из дверей пиктограмм с изображением средневекового рыцаря – так почему-то обозначают в Эль-Параисо мужские туалеты и устремился в эту спасительную дверь.
В окно хорошо просматривался выход из кабаре на улицу, и Шакал, придерживая рукой колотящееся сердце, впился взглядом в освещенный круг, в котором вот-вот должен был появиться Луис. Но вместо Луиса из кабаре вышла группа пузатых пожилых мужчин в разноцветных шортах. За ней проследовала темнокожая парочка, обнявшаяся так крепко, что двигаться вперед могла только очень медленно. «Профессор» не появлялся.
«Вдруг этот похожий на академика метр в золотых очках – их человек! И «профессор» как раз сейчас договаривается, как их получше взять, как только они вместе с идиотом Лысаном выйдут из кабаре! Три выстрела из темноты – и все! Сердце Шакала билось как раненая птица. Он пристроился
– Пожалуйста, побыстрее, я не могу больше терпеть! Умоляю вас, быстрее! – Луис умолял и в то же время грубо тряс Шакала за плечи, отчего брюки Шакала стали мокрыми. – Ну что же вы! Я не могу больше терпеть! Ну скорее же, ради бога, скорее!
Шакал приоткрыл глаза, увидел учтивое лицо с выражением явного нетерпения, просиял радостной, полуидиотской улыбкой и засуетился, пытаясь застегнуть брюки. Он еле слышно шептал:
– Конечно… Я сейчас ухожу, в общем… – Шакал был объят ужасом и не видел очевидного: рядом было еще, по крайней мере, десять свободных писсуаров, кокетливо отделанных розовым мрамором. Луис предупредил порыв Шакала отойти от писсуара, захлопал его по плечу, громко восклицая:
– Ну что вы, что вы! Вы же не закончили! Как можно! Я подожду, конечно, я подожду! Я вас совсем не тороплю, извините меня, ради бога! Просто нет сил терпеть! – Луис выговаривал все это и доброжелательно рассматривал Шакала синими, как море Ринкон Иносенте, глазами.
«Писсуаров-то много…» – тоскливо заметил Шакал, чувствуя, как намокает вся правая штанина его любимых нежно-кремовых брюк.
– Ну, сколько можно, черт бы вас побрал! Я же прошу вас – быстрее! – Луис снова раскачивал Шакала за плечи.
Из горла Шакала вырвались странные рыдающие звуки. Он был на грани умопомрачения и уже не помнил себя. Луис схватил его за шиворот и подтащил к раковине умывальника. Он не спешил, так как по его просьбе метр повесил на входной двери туалета табличку: «Просим подождать несколько минут – идет уборка». Луис сунул голову Шакала под струю холодной воды и подождал, пока его глаза не задвигались под прикрытыми веками.
– Я вижу, ты излишне впечатлителен, чико! – Голос Луиса вновь был ровен и ласков. – Ну, немного спокойнее, Шакал! Я не буду тебя бить, не буду даже ругать… – Услышав слово «шакал», обладатель гордого прозвища издал новый рыдающий звук. – Шакал – твоя фамилия?
Нет, похоже, кличка! Ну, не дрожи так, пожалуйста! Я тебя не обижу! Мне нужно совсем немного: скажи, что вы делаете здесь, зачем вы здесь? Быстро, в двух-трех фразах! Или ты никогда не сможешь больше так удачно помочиться, как сделал это сейчас, потому что я тебе отрежу… – и Луис достал из кармана блок новых лезвий для безопасной бритвы, двойных лезвий, которыми нельзя отрезать ничего, кроме волос.
Но Шакал уже перестал адекватно воспринимать ситуацию. Его поведением управлял только страх. Он дернулся в сторону двери, но был пойман и придавлен к стене рукой Луиса, которая легла на его острый кадык, и Шакал начал задыхаться. «Это конец!» – пронеслось в его голове.
Артистизм Луиса иссякал.
– Послушай меня, ублюдок! Ты выложишь сейчас все! – Луис яростно кричал шепотом. – Чего вы хотите от меня? Зачем вы травили меня, как таракана? Что вам нужно от графа, от доктора? – поправился он и перевел дух. – Зачем ты совался в его дом, отвечай! – И Луис по-настоящему придавил горло Шакала.
Шакал захрипел, показывая, что хочет ответить, и Луис отпустил его.
– Это все они… – заскулил Шакал. – Шеф с Алексисом… Они придумали с таблетками! Алексис положил в «дайкири»… Я даже не прикасался…