Навлекая беду
Шрифт:
— Иду, Мэт! — крикнула она, направляясь к двери. Энн знала, что там Мэт, и не стала смотреть в глазок, сразу сняв цепочку.
Когда она открыла дверь, перед ней стоял не Мэт.
32
На крыльце была Бет Дитс, и похоже, она только что плакала.
— Можно… можно войти? — Ее душили рыдания, она дрожала, одетая в шорты и деревенскую рубашку. — У нас с Биллом только что вышла большая свара из-за того преследователя, Кевина. Я слышала из новостей, что он
— Конечно, входи. Нам есть о чем поговорить.
Энн стало не по себе. Она ввела Бет в дом, закрыла дверь и машинально повесила цепочку. Когда Энн обернулась, гостья уже не плакала, а направляла на нее черный пистолет.
«Господи!»
Секунду она соображала и уже открыла рот, чтобы закричать.
— Заткнись, сволочь!
Бет подтолкнула Энн к двери. Холодное и твердое дуло пистолета упиралось Энн в сердце. Она задыхалась.
— Бет, что ты делаешь?.. — прохрипела Энн. Она старалась не поддаваться страху. Колени дрожали. Она с трудом оторвала глаза от смертоносного оружия и посмотрела Бет в глаза, красные от слез.
— С каких пор ты спишь с Гилом, Энн? Я хочу знать!
— Бет, пожалуйста, опусти пистолет. — Во рту у нее сохранился вкус вина, но хмель испарился. — Если хочешь поговорить — давай поговорим. Но только не с пистолетом в руках…
— Не смей мне указывать! — проревела Бет; кожа у нее пошла пятнами, светлая челка растрепалась, губы дрожали от гнева. — Скажи, с каких пор ты трахаешься с Гилом! Он всегда хотел только тебя!
— Такого не было…
Энн потрясла головой. Она не могла поверить… Ей вспомнилась сцена в комнате для бесед, когда Гил пришел пьяный. Потом вчерашний звонок на мобильный.
— Я никогда ничего к нему не чувствовала. Никогда…
— Лжешь! — завопила Бет. — Он говорил о тебе все это время, а когда мы порвали и я подала иск — он нанял именно тебя!
Пистолет буравил Энн. Она совсем перестала дышать от страха.
— Пожалуйста, не надо…
У нее брызнули слезы. Она представила, как пуля входит в нее, рвет плоть, пробивает сердце… Вот она лежит в собственной прихожей, залитая кровью… Энн в точности знала, как будет выглядеть. Ее застрелят в собственной прихожей. Кошмарный круг замкнулся.
— Я любила его, а ты забрала Гила себе! — кричала Бет с искаженным от бешенства лицом, плюясь Энн в лицо. — Он ничего для тебя не значил! Я хотела оставить Билла и уйти к нему, но ему была нужна ты! А теперь ты уже с Мэтом! Билл не ошибся, ты — шлюха!
Энн изо всех сил старалась не потерять голову. Надо что-то делать… Что-то придумать…
— В пятницу вечером здесь была я! — не унималась Бет. — Я хотела убить тебя за все, что ты мне сделала, и думала, что убила! А вышло так, что дверь открыла не ты! А теперь тебя спасает Гил, я видела по телевизору! И влюблен в тебя больше, чем когда-либо!
Вот оно что! У Энн закружилась голова. Убийца — не Кевин… В Уиллу стреляла Бет. Так… Кевин
— Тебе пора умереть, — сказала Бет спокойно. — Пока.
Она подняла пистолет и наставила его на Энн в упор, целясь между глаз.
— Нет! — завопила Энн и, вскинув руки, задела пистолет. Раздался оглушительный выстрел.
— Сука! — заревела взбешенная Бет.
— На помощь! — завопила Энн и толкнула Бет, которая упала на пол. Она рванула мимо нее к лестнице и поскакала через две ступеньки. Тут раздался второй выстрел. — Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста! — не переставала вопить Энн.
Куда она бежит? Как ей быть? Оружия у нее нет, она его сдала. Вызвать Службу спасения? В спальне есть телефон. Энн добралась до площадки второго этажа, но Бет бежала следом. Беглянка свернула к освещенной спальне до того, как ее преследовательница смогла выстрелить.
— На помощь! — кричала Энн, однако никто не приходил. Где же ее соседи? Мистер Берман? Мистер Монтероссо? Где они все?
Она бежала к спальне. Оказавшись внутри, прыгнула к телефону на столе. Поздно. Бет уже неслась через холл второго этажа. Энн схватила свой толстый лэптоп, резко повернулась и швырнула его в лицо Бет. Тот с громким стуком врезался в нее и упал на ковер.
— А-а-а!..
Бет закрыла нос ладонью. Опять выстрел. Какой грохот… Из дула вырвалось пламя. Мимо щеки Энн просвистела пуля. Страшно… Бет согнулась, зажимая нос. Сквозь пальцы струилась кровь.
Энн спасала свою жизнь. Она нырнула к лестнице, потом вниз, к входной двери… Бет, громко топая, спускалась следом.
Дверь… Ей не хватит времени. Она даже цепочку не успеет снять. Придется драться! Энн дико оглядывалась. Свернутый ковер! Лучше не придумаешь!
Она сгребла лежавший в гостиной пакет с ковром, занесла его, как бейсбольную биту и, когда Бет вбежала в гостиную и начала поднимать пистолет, изо всей силы ударила ее в живот. Оружие вылетело из ее рук. Пистолет упал на ковер гостиной, и Энн бросилась к нему. К тому времени когда Бет разогнулась, она уже была на мушке. Из ее ноздрей хлестала кровь, она выла от бешенства.
— Ты не застрелишь меня! — крикнула Бет, сплевывая кровь.
Энн заметила, что дрожит от злости. Кевина убила не она, тогда у нее не было такой возможности. А вот теперь… Она взглянула на ствол. Старый «кольт». Предохранителя нет. Можно стрелять.
Энн была переполнена ненавистью. Бет стоит застрелить. Даже нужно. Не оставить от лица ничего. А что, здорово… Она не могла вспомнить лучшего запасного варианта. И подходящего эпизода из «Люси» ей тоже не приходило в голову. Это настоящая жизнь. Энн начала опускать ствол, целясь между голубых глаз Бет.