Навеки мой
Шрифт:
– Перестаньте это повторять. – Он с раздражением посмотрел на нее. – Вы мечтали о приключениях, и получили их сполна.
– Вашего общества я не хотела!
– Что ж, пусть это послужит вам уроком. Не делайте ставок, которых не желаете выплачивать.
Раздался скрежет засова, и Джек сделал шаг назад, когда дверь приоткрылась. Выглянувший в образовавшуюся щель дворецкий смерил гостей презрительным взглядом.
– Кто здесь?
– Вэр. – Джек снял шляпу, не обращая внимания на ливень. – Открывайте дверь, Уилсон.
Глаза
– Прошу прощения, ваша светлость. Мы не получали сообщения о вашем визите…
– Знаю.
Джек прошел мимо него в дом, который по его приказу всегда был готов к приему гостей. Сюда он сбегал из Лондона, где на него постоянно давило множество обязанностей, налагаемых титулом. Уединение Джека в этом доме нельзя было назвать полным, поскольку работа обычно следовала за ним, однако тут царили тишина и покой. Его мать ненавидела этот дом, ведь он находился вдали от лондонского общества, а Филипп считал его старомодным. В общем, Олвин-Хаус был в полном распоряжении Джека.
Исключение, очевидно, составлял сегодняшний вечер. Начав расстегивать пальто, Джек обернулся и увидел, что миссис Кэмпбелл в нерешительности стоит на пороге.
– Входите, – сказал он. – Или вам понравилось гулять под проливным дождем?
Она прищурилась, и ее соблазнительные губы изогнулись в гримасе раздражения, однако все же вошла в дом. Джек обернулся на звук быстрых шагов. По лестнице едва ли не бегом спускалась экономка.
– Ваша светлость, – произнесла она, с трудом переводя дыхание, и поспешно присела в реверансе. – Мы вас не ждали…
– Знаю, миссис Гибсон. Это было сиюминутное решение. – Джек старался не смотреть на миссис Кэмпбелл, чьи слова только что повторил, передавая пальто дворецкому. – Это миссис Кэмпбелл. Приготовьте для нее комнату и горячую ванну. Вы голодны? – спросил он, разворачиваясь к гостье.
Она стояла, словно оцепенев. На ресницах все еще поблескивали капли дождя.
– Э… нет. Хотя чаю я бы выпила…
– Хорошо. Миссис Гибсон, оставляю ее на ваше попечение.
Джек вышел за дверь и направился к лестнице. Его сапоги громко хлюпали во время ходьбы, и ему не терпелось избавиться от них.
– Сэр! – окликнула его миссис Кэмпбелл.
Поставив ногу на ступеньку, Джек остановился и оглянулся.
Миссис Кэмпбелл сняла плащ. Как Джек и ожидал, ее красное платье промокло насквозь и теперь облепило фигуру как вторая кожа. Под мокрой тканью виднелись очертания корсета, и Джеку показалось, будто он разглядел затвердевшие от холода соски. Он представил, как развязывает ленты этого платья и снимает его с миссис Кэмпбелл, пробуя на вкус каждый дюйм ее влажной кожи. Вообразил, как увлекает ее за собой в огромную медную ванну, которая наверняка уже готова у него в гардеробной, и его дыхание участилось.
Да поможет ему Господь! Ведь он еще хуже, чем Филипп.
– Что? – спросил Джек, борясь с реакцией собственного тела
– Что мне делать?
«Сними мокрое платье. Распусти волосы. Улыбайся мне, как улыбалась Филиппу».
– Согрейтесь и обсохните, – ответил он. – А потом… поговорим. – «И, видит бог, больше ничего».
Джек развернулся и начал подниматься по лестнице.
Глава 6
Софи с трудом сдержалась, чтобы не отпустить какую-нибудь грубость вслед удалявшемуся герцогу. Он был просто невыносим.
Экономка ждала, с трудом сдерживая любопытство. Дворецкий забрал у гостьи насквозь промокший плащ и тихо удалился.
– Добрый вечер, – обратилась Софи к экономке. – Миссис Гибсон, верно?
– Да, мадам.
Софи одернула мокрый подол. Любимое платье из алого хлопка, забрызганное грязью, было безнадежно испорчено.
– Экипаж его светлости увяз в грязи примерно в миле от дома. Полагаю, дождь лил целый день?
– Со вчерашнего дня, мадам. – Миссис Гибсон немного помолчала, а потом удивленно спросила: – Вы шли пешком целую милю?
– Да. Не было выбора. Должна признаться, кое-где нам пришлось довольно трудно.
Выражение лица экономки смягчилось.
– В компании его светлости вам ничто не угрожало. Но я представляю, что вам пришлось пережить! Сюда, мадам. Давайте я помогу вам согреться. – Экономка направилась вверх по лестнице.
– Простите, что доставляю вам столько лишних хлопот, – произнесла Софи, поднимаясь следом за экономкой по широкой лестнице из полированного дерева. Она старалась не думать о своих мокрых следах, которые теперь придется оттирать какому-то несчастному слуге.
– Не беспокойтесь, – улыбнулась экономка. – Его светлость всегда оставляет указания на случай нежданных гостей.
Софи осмотрелась. Все называли это строение домом, словно оно могло сравниться с ее крошечным кирпичным домиком на Альфред-стрит. Жилище герцога казалось настоящим особняком, и внутри выглядело даже просторнее, чем снаружи. Лампа в руке экономки отбрасывала причудливые тени на бледно-голубые стены, и ее свет отражался от тщательно начищенного до блеска паркета. Софи подняла голову и тихо охнула при виде сводчатого потолка, отливающего золотом.
Поднявшись на второй этаж, экономка повела гостью по длинному коридору и вскоре отворила дверь в роскошную комнату.
– Прошу прощения за то, что спальня не совсем готова, но горничная придет сию же минуту. – Миссис Гибсон позвонила в колокольчик, а потом поспешила к другой двери, ведущей в уютную гардеробную с камином. У дальней стены стояла медная ванна. – Вам придется немного подождать, пока мы наполним ванну горячей водой, но от мокрой одежды нужно освободиться немедленно. – Она окинула взглядом Софи, которую в прохладной комнате начала бить дрожь. – А после этого… посмотрим, что можно сделать.