Навечно
Шрифт:
– Настроен?
– Сейчас я думаю только о тебе, и мне кажется, что это открыло связь между нами. Раньше было так много людей, которые отвлекали меня, но теперь…
– Я просто боюсь, что подумаю что-нибудь глупое или жестокое, или что расстрою тебя, - сказала она тихо.
– Я понимаю, - ответил я. Сколько раз я переживал то же самое, когда ее силы только проявились. Но, в отличие от меня, в моей паре не было ни капли жестокости.
– Мы разберемся с этим. И, с эгоистичной точки зрения, мне нравится, что я могу слышать тебя. Я хочу знать тебя, всю тебя.
–
– Я не просто хочу слышать, о чем ты думаешь. Мне нужно слышать тебя, - пробормотал я, проводя губами по линии ее челюсти.
– Я скучал по тебе.
Она возбуждалась подо мной, источая новый аромат. Сладкий, спелый и соблазнительный - аромат, который принадлежал только ей. Она откинула голову и вытянула шею, чтобы открыть два шрама в форме полумесяца. Подношение.
– Именно так… - Я сглотнул, слова были хриплыми от желания, и потянулся к этим шрамам.
– Ты скучала по мне.
– Конечно, я скучала по тебе, - прохрипела она, когда мой клык царапнул ее кожу.
– Ты мне тоже нужен.
– Я нужен тебе… - Я покачал головой, позволив себе еще одну легкую царапину, достаточную, чтобы выступила капелька крови, и она застонала.
– Ты - королева. Тебе никто не нужен.
Ты мне нужен.
– Ты нужен мне, Джулиан, - сказала она так, словно хотела прояснить это между нами. Ей нужно было, чтобы я это услышал.
– Ты мой король.
– Не уверен, что твоим новым сестрам это понравится.
– Я усмехнулся, хотя сердце мое сжалось. Ей нужно было кое-что понять о дворе, о чем я должен был ее предупредить.
– Я не уверен, что быть королевой достаточно, чтобы защитить тебя. Есть вампиры, которые не уважают власть Le regine.
Она покачала головой. Ее руки блуждали по моей коже, ища отвлечения.
– Я не хочу говорить об этом.
Но как бы мне ни хотелось навсегда остаться с ней в постели и игнорировать реальность нашей ситуации, мы не могли.
– Любовь моя.
Она повернула голову, вновь открывая свою стройную шею, и послала через нашу связь одну-единственную команду.
Укуси меня.
От этого требования кровь прилила к моему паху, и я застонал. Она играла нечестно. Это возымело действие. Мои опасения полностью исчезли, когда она обвила ногой мое бедро и прижалась своим мягким телом к моей эрекции. Это было приглашение. Не так давно я жил в страхе, что больше никогда не увижу ее.
Мир, черт возьми, может подождать.
Мое зрение потемнело, и я поднял на нее черные глаза. На ее приглашение я ответил предупреждением. Ее пальцы впились в мои плечи. Она потянула меня ближе к этим шрамам, к венам, пульсирующим под ее светлой кожей.
Весь ты.
Опасность. Королевы. Ничто не имело значения, когда мы были вместе.
Я опустил голову и поцеловал эти чувствительные точки. У Теи перехватило дыхание.
Мои клыки пронзили ее кожу, когда
Ее ноги обхватили мою талию, пока я медленными толчками доставлял ей удовольствие. Ее кровь на моем языке стала еще слаще от ее пронзительного стона.
Ты принадлежишь мне. Я хочу тебя, моя любовь. Я хочу тебя такой, какой ты должна была быть, моей навеки. Я посылал мысли между нами, пока питался.
Она вскрикивала, дрожа и цепляясь за меня, пока я продолжал толкаться в нее.
Ее ладонь нашла знак на моей груди, и я почувствовал искру магии, которая принадлежала только нам. Наши тела изменились, когда мы спарились, но теперь я чувствовал привязанность еще глубже. Мы были единым целым, наши жизни сплелись воедино, как и наши тела.
Я приоткрыл рот, чтобы завладеть ее губами, предлагая ей ощутить вкус крови и яда, смешавшихся на моем языке.
Ее пальцы лежали на моем сердце, пока я вел нас навстречу вечности. С каждым толчком мои губы находили ее. Каждый поцелуй стирал весь страх и боль, которые мы испытывали. Я принадлежал ей. Я всегда буду принадлежать ей. Мне не нужны были слова, чтобы сказать ей это. Мне не нужен был голос, чтобы донести это до ее сердца. И когда мы подошли к обрыву, я понял, что она тоже моя.
На грани, я снова вонзил клыки в ее шею, и она подалась бедрами мне навстречу.
– Возьми, - прошептала она, желая, чтобы я выжал из нас обоих последнюю каплю удовольствия.
Я чувствовал, как нарастает ее возбуждение, как ее тело то расслабляется, то напрягается, пока она отдается мне. Это гудело между нами, вибрировало в наших венах. Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного, даже в ее объятиях. После смерти последние частички ее тела преобразились.
Мои клыки втянулись, и я облизал ее ранки, чтобы кожа быстрее затянулась.
Она обмякла в моих объятиях, но я не отпустил ее.
– Я скорее сожгу весь мир дотла, чем позволю кому-либо снова отнять тебя.
– Я зарылся лицом в ее волосы, произнося эту клятву.
Впереди нас ждала битва. Я знал, что ей нужно подумать, отдышаться. Так же, как и мне. Наши сердца бились вместе. Крови, которую я выпил у нее, было недостаточно, и я задавался вопросом, что может помочь смягчить травму от нашей разлуки.
– Я никому не позволю причинить тебе боль, - сказал я, отстраняясь, чтобы заглянуть ей в глаза. Я заметил, как изменились черты ее лица, ставшего еще прекраснее, чем когда-либо. Совершенно бесценным.
Неужели смерть и меня преобразила в ее глазах?
Мне нужно было видеть ее, прикасаться к ней, чтобы доказать себе, что она настоящая.
Но нам также нужно было быть практичными.
– Как ты можешь это обещать?
– спросила она, крепче прижимаясь к моим рукам.
– Потому что я больше, сильнее, быстрее и злее любого вампира, который не уважает мою королеву.
– Я выдавил улыбку, зная, что она видит меня насквозь.
– Я же говорила тебе, что мы равны, - напомнила она мне.
– Что бы ни случилось, теперь мы единое целое.