Навечно
Шрифт:
– Никаких секретов, - поклялась я. А это значит… - Джулиан, мой отец - вампир.
Его взгляд стал сапфировым.
– Я знаю.
– Тогда ты знаешь, кем я могу стать. Кем я, возможно, уже стала.
– Ужас зашевелился во мне, когда я призналась в страхе, который едва сдерживала с момента пробуждения на троне.
– Мне все равно.
– Он смахнул слезу с моей щеки шершавой подушечкой большого пальца.
– А не должно быть. Что, если… - Сдавленное рыдание прервало меня, но он покачал головой.
– Я люблю тебя. Мне все равно, какая кровь течет в твоих
– А что, если я изменюсь?
– заставила я себя спросить, хотя сердце бешено колотилось внутри.
– Если ты изменишься, я буду любить тебя все сильнее с каждой минутой, - пробормотал он, помолчал, а затем улыбнулся: - Теперь я могу избавить тебя от этой окровавленной одежды?
Я кивнула, слезы все еще текли по моим щекам. Он подошел к душу и включил воду, а затем снова повернулся ко мне. У меня перехватило дыхание, когда он обошел меня и расстегнул молнию на платье. Он медленно потянул ее вниз - так медленно, что я почувствовала его обожающий взгляд на своей обнаженной коже. Ожидание прокатилось по мне и устремилось к центру, заставляя меня таять. Его длинные пальцы скользнули под бретельки платья и спустили его с моих плеч, чтобы оно растеклось лужицей у моих ног.
Вырез на платье был слишком низким для бюстгальтера, поэтому я стояла перед ним в одних кружевах, маскирующихся под трусики, чулках и туфлях на шпильках. Джулиан опустился на колени, его губы скользнули вдоль позвоночника, а большие пальцы зацепили резинку на талии. Он стягивал кружевной пояс не спеша, позволяя губам двигаться следом. Мне казалось, что меня обвивают все туже и туже, каждое движение его языка, каждая ласка его губ сжимали меня все сильнее, и я думала, что вот-вот взорвусь от напряжения.
Он снял с меня туфли, затем чулки и, наконец, схватил мои бедра, заставляя повернуться к нему лицом. Я закрыла глаза, сосредоточившись на тех местах, где меня касались кончики его пальцев. Когда его хватка усилилась, я почувствовала, как что-то потрескивает в воздухе между нами. Открыв глаза, я увидела, что он смотрит на мою грудь - на запекшуюся там кровь. Кровь, которую я пролила, умирая вместе с ним. Когда он наконец поднял на меня свои голубые глаза, его взгляд был затравленным.
Он отпустил меня и потянулся к своей шее, чтобы расстегнуть цепочку, которую носил. Сняв ее, он освободил кольцо с изумрудом и потянулся к моей руке. Мы не разговаривали, пока он надевал его на мой палец, но я молча поклялась никогда больше не снимать его. Его ладонь легла на мою, и он переплел наши пальцы. Между нами потрескивала энергия - доказательство новой магии, которую мы несли в себе, - но мы не отстранились друг от друга. А когда Джулиан опустил голову мне на грудь, я поняла, что он считает удары моего сердца, несмотря на вспыхнувшую и искрящуюся между нами магию.
Я потеряла счет времени, сколько мы простояли так, лелея друг друга. Я не хотела, чтобы это заканчивалось. А когда он наконец пошевелился, то только для того, чтобы поднять меня на
Его челюсть на мгновение сжалась, прежде чем он встретился с моим испепеляющим взглядом.
– Ты не должна…
– Я ни о чем не жалею, - яростно сказала я, - и я бы сделала это снова.
Его ответная улыбка была полна печального понимания.
– Ты моя пара, - прошептала я, и мои слезы смешались с потоком воды.
Джулиан зарычал, первобытный голод исказил его черты. Одним быстрым движением он подхватил меня на руки. Не потрудившись обернуть полотенцем, он отнес меня на кровать в соседней комнате. Положил меня поперек кровати, оставив мои голые ноги свисать с края, но не присоединился ко мне.
– Я уже говорил тебе, что первым преклоню колени и предложу свою верность, моя королева.
– Улыбка окутывала его слова, но я все равно скорчила гримасу. Его усмешка скользнула по мне, заставляя тело дрожать.
– Но ты моя королева. И всегда ею была. Теперь я просто должен делиться тобой.
– И ты согласен?
– робко спросила я.
– Пока я единственный, кто может делать это.
– Хрипотца в его голосе вызвала во мне прилив удовольствия. Оно растеклось у меня между ног, когда он опустился на пол, одно колено за другим. Его ладони посылали импульсы магии по моим чувствительным бедрам, когда он раздвигал их. Я совсем перестала дышать, когда он опустил голову между ними и его руки широко раздвинули меня. Одно движение горячего языка заставил меня выгнуться дугой на кровати. Он издал еще один греховный смешок, прижав меня к матрасу одной рукой.
Второй раз он не торопился, проводя языком по всей длине. Словно молния следовала за ним, и мои руки взметнулись вверх, чтобы ухватиться за простыни. Я сжала их крепче, пока он продолжал доставлять мне удовольствие долгими, ленивыми движениями. Он отвлекся только для того, чтобы обвести языком боль, пульсирующую в моем клиторе. Но по мере того, как я поднималась, поднималась, поднималась, каждая судорога удовольствия лишь напоминала мне о пустоте внутри меня.
– Пожалуйста, - наконец выдавила я из себя, извиваясь под ладонью, прижимающей меня к кровати.
– Я хочу тебя.
Его реакция была мгновенной, и я даже не вздрогнула, когда он, сверкнув полуночными черными глазами, переместился между моих ног. Джулиан приник губами к моей груди и зажал сосок между зубами, устраиваясь у входа. Между настойчивыми прикосновениями его зубов и растягивающими ощущениями, когда он вошел в меня, я застонала и отдалась своей непреодолимой потребности в нем. Отпустив простыни, я впилась пальцами в его грудь, когда он вошел полностью.
– Мне никогда не будет достаточно, - сказал он и начал покачивать бедрами, совершая медленные, дразнящие толчки.
– До конца моих дней будешь только ты.