Навечно
Шрифт:
Сабина вышагивала по комнате, словно рассказывать свою историю было тяжело даже сейчас.
— Все существа произошли от старых богов: люди, вампиры, ведьмы, оборотни, даже феи. Они любили создавать себе новые игрушки или находить способы проклясть тех, кто им не нравился. Мой отец хотел, чтобы я стала жрицей и нашла достойное применение своей магии. Я начала учиться у местного оракула, который рассказал мне об истинной магии, но потом пришли римляне, и все изменилось. Я молила своего Бога - того, кому была обещана, - помочь мне в борьбе
За одну ночь я узнал о своей матери больше, чем за столетия до этого. Мой отец хранил молчание, не желая делиться своей историей. Я задавался вопросом, стал бы он рассказывать, если бы его тоже создал Бог.
Ее создал Бог? Прошептал голос Теи в моем сознании.
Ее недоверие отражало мое собственное, но я промолчал. Что бы ни побудило мою мать поделиться своей историей, я знал, что эта открытость вряд ли продлится долго.
– Какой Бог?
– тихо спросил я.
Моя мать заколебалась, взглянув на мужа, который едва заметно кивнул ей.
– Аид, конечно.
Бог смерти. Правитель подземного мира.
– Я думал, Аид ненавидит вампиров. Разве не поэтому мы не можем попасть в подземный мир?
– спросил я.
– Каждый магический дар имеет свою цену. Мы можем существовать на земле веками, но наше время ограничено этим царством. Даже боги имеют некоторые ограничения, - сказала она нам.
– Бог смерти закрыл нам доступ в загробный мир, чтобы мы могли вечно жить здесь.
Вечность, прикованная к смертной оболочке. Я не был уверен, что это дар.
– Когда он сотворил тебя… - Тея сглотнула.
– Когда он обратил тебя, видения прекратились?
– Не совсем.
– Она умолкла, в ее глазах вспыхнул инстинкт защиты своей магии.
– Но она стала другой. Ее труднее контролировать. После проклятия она стала слабой. Почти исчезла. Пока не родились мои близнецы.
– Она посмотрела на меня.
– Пока вы не родились.
– Что случилось?
– Я видела вас обоих, окруженных светом и тенью, и знала, что это предзнаменование. Я потратила столетия, пытаясь расшифровать его значение. И вот однажды, когда я уже сдалась, на пороге моего дома появился старый гримуар. Там было множество страниц о проклятии, используемом для подавления магии, о том, как оно действовало, но до сих пор нет ответа на вопрос, кто использовал его против нас.
– А как снять проклятие?
– пробормотала Тея.
– Там было написано?
– Да, но это была загадка, - пояснила Сабина.
– До сегодняшнего вечера я понятия не имела, что она означает, но каким-то образом я знала, что это связано с тем видением. Я чувствовала это.
– Она подняла руки, словно мы могли увидеть магические шрамы на ее ладонях.
– Оно было связано с тобой или твоей сестрой. Когда ты встретил Тею, я наконец-то поняла, что это ты.
– Зачем было позволять Камилле выходить
– Моя челюсть пульсировала, пальцы сжались в кулак.
– Это был мой просчет.
– В голосе Сабины не было ни капли раскаяния.
– Я думала, что у нас с Дрейками общая цель.
– Почему ты так думаешь?
– спросила Тея, ее нижняя губа дрожала. Как никто другой в этой комнате, она знала о жестокости, которая исходила от этой семьи.
– Потому что они прислали мне гримуар, - категорично заявила она.
– Я ошибалась.
Было время, когда я мог бы порадоваться, услышав от нее такие слова, но не сегодня. В этом откровении не было ничего достойного празднования.
– Так почему именно сегодня?
– спросила Тея.
– Что отменило проклятие?
Она с нежностью посмотрела на мою пару.
– Ты это сделала.
Над нами повисло тяжелое молчание.
Наконец Тея нарушила его.
– Зачем испытывать нас? Зачем пытаться разлучить нас? Разве не хорошо, что магия проснулась?
Доминик переместился в своем кресле.
– Для многих это так, - сказал он.
– Многие существа хотели бы вернуть ее и скучали по ней, - с тоской добавила Сабина.
– Но?
– спросил я.
– Наша магия - не единственная, которая пробудилась.
– То есть не только вампиры, но и ведьмы?
– спросила Тея.
– Я имею в виду ведьм, оборотней, богов, монстров. Только магия фей осталась нетронутой проклятием, но даже они почувствуют ее рассвет. В каждом существе, использующем магию, только что вспыхнула искра внутренней силы, и существа, которые спали во время проклятия, теперь тоже проснулись.
– Спали?
– повторила Тея.
– Но проклятие длилось веками. Какие существа могли пережить такое?
– Молитесь, чтобы вы никогда не узнали об этом. Мир забыл о магии, но магия не забыла об этом мире. Не все, кого сковывало проклятие, должны быть свободными, - предупредила она.
И мы пробудили это.
– И ты знала, что мы…
– Я пыталась остановить это, - сказала она, - но это было так же бессмысленно, как ловить воздух руками.
– Почему?
– выпалила Тея.
– Зачем останавливать это? Зачем мешать нам?
Моя мать посмотрела на нее свысока.
– Потому что я знала, какую цену ты заплатишь. Цену, которую заплатит мой сын.
– Я бы сделал это снова, - пробормотал я, положив руку на плечо Теи.
– О, дитя мое, не обманывай себя. Вы еще не выплатили все.
– Она отвернулась.
У меня все еще есть вопросы. В моей голове прозвучал потрясенный голос Теи.
У меня тоже.
– Ты сказал, что за смертью Гвинервы может стоять любовь. Какое отношение к этому может иметь любовь?
– Тея спросила Доминика.
– Если королевы любили друг друга как сестры, зачем одной из них причинять ей боль?