Наваждение
Шрифт:
Как он теперь жалеет, что дети стали невольными всему свидетелями! Была б его воля, взял бы и вычеркнул эти годы из памяти, да только поздно спохватился, былого не вернешь. К счастью, Янка не помнит самого главного — про свои разлюбезные "шарики", что так попортили им с Мариной кровь. Но какую-то подредактированную версию правды всё же придется ей изложить, хотя бы в общих чертах. Как же она так ловко застала его врасплох? И подготовиться-то не успел…
— Ты была маленькая, два или три года. Потом ты сильно заболела, а когда выздоровела, почти всё забыла. Как-то… благополучно всё прошло.
— Недавно опять началось. Мы с девчонками пошли в луна-парк…
Каникулы
— Представляешь, я увидела, что всё вокруг как бы из волнистой серебряной паутины, а люди похожи на вытянутые шары — такие большие, чуть овальные и светятся изнутри… И так смешно перекатываются…
— Как описывал Карлос Кастанеда — весь мир из светящихся нитей… — уж чего, а такого Володя не ожидал, точно мощный удар в челюсть выбил из обычной реальности. Это вам не беготня за "шариками", тут уже посерьезнее будет! — Ты сдвинула точку сборки…
— Это я недавно прочитала, добрые люди сказали.
До конца не веря этой невероятной истории, он с досадой поморщился:
— Значит, добралась уже? Рано тебе, там не каждый взрослый разберется! Ну что за привычка — читать всё подряд!.. — Да это же ни в какие ворота не лезет: с одной стороны — фантастические опусы Карлоса (КарлИтоса, как по-свойски зовет того Мартын), и с другой — его Янка…
Дочка невежливо отмахнулась от упреков вилкой с наколотым на нее грибом:
— Тогда я такого не знала, про точку сборки. Испугалась, думала, в психушку посадят. Попробовала маме рассказать, а она вообще крик подняла!.. Она, когда боится, кричит.
"Моя ты умница, у меня двадцать лет ушло, чтоб это понять!" — волей-неволей отметил он про себя. А вслух медленно произнес, пытаясь хоть как-то выиграть время:
— Так значит, ты у меня видящая…
И с ненормальной фотографической четкостью вспомнил, как много лет назад детям в шутку объяснял: книги в шкафу выстроены строго "по росту", по принципу общих школьных фотографий. Стандарт еще советских времен: первый ряд чинно сидит, второй из тех, кто повыше, стоит, а на третьем несколько лихачей, забравшихся на стулья. В книжном шкафу точно такая же система: детские вещицы — на нижней полке, повзрослее да посерьезней — на второй, а самые сложные и заковыристые — на третьей, до них еще расти и расти… (К примеру, солидные вузовские учебники по астрономии, любимые Мариной романы "про жизнь" и его пухлые философские тома с золотыми корешками.) А дочура с младых ногтей первым делом тянулась к тем запретным, что на на третьей полке под потолком, вот ведь Скорпионище! Нет, ну надо же — до Кастанеды
— Я тогда чуть не умерла, — Янка сжала перед собой руки знакомым беззащитным жестом — Марина когда-то так делала, в самом начале. — Страшно было!.. И никто не может объяснить, что это такое. В церковь пошла…
— Плохо, что меня не было дома.
Володя нахмурился еще сильней, костеря себя на все лады: ничего удивительно, что она на него так обиделась. Вокруг карточным домиком рушился и сходил с ума привычный мир, а папахен был в рейсе, улаживал свои неотложные дела! Янка тем временем тараторила без передышки, от волнения слегка задыхаясь и останавливаясь только затем, чтоб набрать в грудь побольше воздуха. Как будто боялась, что сейчас произойдет что-то непредвиденное и она не успеет во всем сознаться, облегчить душу:
— Потом я попала на Рейки, там мне всё объяснили: оказывается, это нормально, я не сумасшедшая… У них в группе много ясновидящих. — Мгновение помолчала, вычерчивая трехзубой вилкой в кетчупе замысловатые фигуры (в основном лежащую плашмя восьмерку-бесконечность), и уточнила: — Ну, не много… Несколько. Ясновидящих никогда много не бывает, — чему-то рассеянно улыбнулась. — А крестик — это защита, я его никогда не снимаю, с ним как-то спокойнее. Ты не переживай…
— И не думаю, — он колоссальным волевым усилием заставил себя улыбнуться — кривовато вышло, наверное. — Как ты обычно говоришь? Спокоен, как удав.
— Как пластмассовый слоник, — без тени улыбки поправила Янка, только глаза подозрительно сощурились и на одной щеке проступила предательская ямочка. Володя не дал ей так легко "съехать":
— Ну, и что там с Рейки?
— С Рейки…
На первый семинар по Рейки она попала в начале июля, через неделю после инициации. Чувствовала себя там, мягко говоря, неуютно — пятнадцатилетняя девчонка среди дам за тридцать-сорок (почему-то были одни женщины). Сидела тихой мышкой, стараясь слиться с обоями, пока не принесли большую картину с прекрасным, неземным в своей красоте ликом. Невероятно-голубые глаза на полотне глядели, казалось, в самое сердце… Дамы восхищенно заохали и заахали, кто-то спросил, что это за художник, сколько ему лет, где живет да как выглядит (ну чем еще женщины могли заинтересоваться?..). А у Яны само собой вырвалось:
— Такой… лет сорок, небольшого роста, темные волосы до плеч, бородка…
Художник стоял перед картиной в заляпанном красками синем фартуке, с длинной кистью в руке, словно рисовал у себя в мастерской. Будто расслышав незнакомые голоса, обернулся к Яне и улыбнулся тепло и сердечно, как улыбаются старинным друзьям. Тишина была просто оглушительная, наконец кто-то из женщин высоким напряженным голосом спросил:
— Ты что, увидела?
— Там, возле картины… — Яна с неуверенностью протянула руку, чувствуя себя ужасно неловко: неужели больше никто не видит?.. Ну здрасьте, влезла со своим ценным наблюдением!
Мастер резко и вроде даже недовольно встала, впившись строгим взглядом в ее лицо:
— Такие вещи вслух не говорят! Это тебе на будущее.
Лишь намного позже Яна сообразила, какой это для рейковских дам был жестокий удар: пришла тут, понимаете, девочка с улицы, покрутила сопливым носом и через неделю после инициации Рейки получила ясновидение! Вот так, с бухты-барахты!.. Однажды Янка случайно краем уха выхватила разговор двух весьма приятных женщин о том, что люди вон годами занимаются, пыхтят и разнообразно над собой работают. Чистятся по всем возможным техникам-методикам, кочуют от одного гуру к другому, и до сих пор ни в одном глазу…