Настя
Шрифт:
Вечером был день рождения Алёши. Двадцать пять лет. Его родственники вынесли столы в коридор и угощали всю общагу. Пели русские и армянские песни. Я хоть и пропускал тосты, но всё равно слегка набрался. Вырвал из рук у Колобка рюмку с чачей, поднял его за шиворот из-за стола, сказав Абрамяну:
— Нам нужно освежится.
— Ты чего? — завертелся ужом Васечка, — Я такой тост хотел сказать…
— Тебе трэнэр завтра скажет. Давай чистить зубы и в люлю. А иначе никакого Золотого Пути не будет. Сопьёмся по дороге…
Глава 5
— Не власть портит
И.В. Сталин.
31 мая 1950 года.
Просыпаясь, вспоминаю, как дружно меня «долбили» на вчерашнем собрании. Это только в дурных боевиках герой может по очереди задолбить бойцов многочисленной банды, а здесь мне слова не давали. Да и не очень то и хотелось. Мне пока ввязываться в бой с чиновниками и тренерами — не по чину. Я просто обозначил свою позицию по главным вопросам, сделав вброс по просьбе старших товарищей, которые по идее должны прикрыть, если что. Я же их задницы прикрыл. Теперь в их сторону никто не бросит камень в случае неудачи в Бразилии.
Раскрываю свежий «Огонёк». Пролистываю в поиске интересных тем. Натыкаюсь на флаги Северной и Южной Корей.
Видать, заранее подсуетились… До начала войны… Редакторский заказ. А кто главред? Товарищ Сурков! Помню такого… Встречались несколько раз с автором «Бьётся в тесной печурке огонь…» на торжественных мероприятиях. Про него ходили противоречивые слухи — мол, на всю жизнь остался избачём-фанатиком несущим тёмным массам свет коммунистического будущего, а в перестройку писали, что он мол, не только нападал на отклонившихся от линии партии, но и выступал на собраниях против многочисленных антисемитов, давая им яростный отпор, из-за чего мог потерять тёплое место в Союзе писателей. Он привёл в большую литературу братьев Стругацких, за что ему отдельный поклон от любителей фантастики…
Читаю статью. Флаг Северной Кореи состоит из пяти полос: двух небольших синих сверху и снизу и двух тонких белых обрамляющих большую красную полосу в центре которой в белом круге находится красная звезда.
Долгое время считалось, что автором флага КНДР был лидер Ким Ир Сен, но позже выяснилось, что фамилию автора флага убрали из истории страны, после того как он был репрессирован…
До японской оккупации в 1910 году в Корее использовался флаг «Таегуки». На белом фоне в центральном круге изображены давящие друг на друга символы энергии «инь»(синего цвета) и «ян»(красного). По диагонали от круга четыре группы иероглифов. Немного видоизменённый королевский флаг и стал государственным в Южной Корее.
Колобок отсыпается перед игрой. Нужно и мне прикорнуть. Но, вместо сна в голове крутится какая-то менторская хрень.
Авторское отступление. Знатоки литературы, через силу читая мой простоватый текст, могут мне заметить: Ну и где же гениальный замысел автора? Везде пришёл, услышал, увидел. Мы, что — в наблюдалки играем? Что собственно рисуется в книге? Какой-то клубок информации и непонятные действия героя. Мол, читатели сами разберутся… Нет ни красочных описаний рассвета, ни детализации внешности героя, ни характерных для этого времени завываний точильщика «Лужу, паяю, ножи починяю…». Даже нет — страшно подумать, смакования сомнений и страхов героя. Автор все краски смешал в кучу и говорит нам — это СССР. То, что можно Льву Николаевичу нашему ТолстОму, не можно для начписа даже уважаемого сайта. Это что же будет, если каждый захочет стать Львом. Не хватит
Ну, не знаю, автору виднее (это всё продолжается авторское отступление)… Но, что-то больно девушки красивые, а люди вокруг слишком добрые… Видать писака — старпёр, предавшийся детским воспоминаниям. У него тогда и трава была зеленее и пломбир вкуснее. А где спрашивается полутона? Где оригинальные намёки, аллегории? Если и есть — то мало. Автор учи матчасть, пиши красочней и перестань заигрывать с читателями. Одно хорошо, что автор хоть английский нижепоясный юмор не приплёл. А то многие во время еды читают… Хоть этим автор угодил. А вот в тексте намешан винегрет как у Джеймса Джойса в «Улиссе». Ну, то что Джеймс не заморачивался и заталкивал в кирпичи здоровенных абзацев всё, что можно и нельзя, включая прямую речь, на это Мастеру пенять не будем, а этому автору укажем: ТЩАТЕЛЬНЕЕ НУЖНО! ТЩАТЕЛЬНЕЕ!
Услыхав в голове голос Жванецкого, я проснулся. И будильник, радостно колотя молоточками, зазвонил, мол «пора». Он гнал нас с Колобком на спортивную арену, где мы, как гладиаторы, должны сойтись с соперником в жаркой схватке.
Народу на стадионе было немного. Болельщики уже посмотрели на ничью ЦДКА с Торпедо и на поражение московского «Динамо» от «Зенита». «Лётчиков» не особо любили из-за особенностей комплектования команды. Поэтому настоящих болельщиков у ВВС было с гулькин нос. Трэнэр выпустил боевой состав во главе с улетающим через две недели в Бразилию Бобровым.
Ленинградцы поначалу цепко держались и порой опасно атаковали, но мы, обрушив на ворота ветерана Грищенко вал атак, наконец таки добились своего. Я получил мяч в центре поля от забуксовавшего впереди Шувалова. Витёк, хитро глянув на меня, рванул от опекавшего защитника вправо на линию штрафной. Я навешиваю по воздуху на место чуть левее остановившегося Витька. Наш нападающий кружится как в балете раскинув руки и чуть положив корпус вправо, точно попадает по пролетающему рядом мячу, как пращёй, загоняя круглого под перекладину. 1:0.
Минут через десять мы в атаке. Все наши пред штрафной ленинградцев прикрыты. Я отдаю мяч Колобку к центральному кругу и бегу никем не преследуемый в чужую штрафную. Васечка, тем временем, как было уже не раз, прочитал мою задумку и запустил дугу в район одиннадцатиметровой отметки. Мне наперерез, отлипнув от «своих», бросились двое защитников, но я приметив место приземления мяча, засеменил подбирая ногу для удара. Не дав круглому опуститься на землю, слёта заряжаю в правый угол. Без шансов для вратаря. 2:0.
А перед перерывом меня чуть не лишили потомства. Пока Васечка устанавливал мяч, наши лоси толкались с чужими на подступах к вратарской. Я же выйдя из штрафной, расслабился. А зря. Ко мне подошёл нападающий ленинградцев и заслонив меня спиной от судьи сделал примерно это…
Я остался жив, но достоинство джентльмена пострадало. В перерыве просидел с мешочком со льдом. Вроде полегчало.
Во втором тайме, поменявшись в ходе атаки местами с Анисимом, навешиваю на левый угол штрафной на Оботова. Тот, по-шуваловски положив корпус, бьёт правой, но очень мимо ворот. На наше счастье на пути мяча встречается голова защитника ленинградцев и мяч, изменив направление, врезается в штангу и заползает в ворота. 3:0. Немногочисленные болельщики ликуют.