Насты
Шрифт:
Я возвращался далеко за полночь, да и то не домой, а в офис, где и ночевал, а ребят из основной группы чаще всего заставал там, усталых, невыспавшихся, но вздрюченных и без амфетаминов, хотя у каждого в столе начатые блистеры с таблетками, а в запасе еще несколько коробок для раздачи на местах.
Сегодня, когда припарковался недалеко от офиса, поспешил к дверям, оттуда вышли, поеживаясь от почти утреннего ветерка, Зяма и Валентин.
Зяма сказал с хрипотцой:
– Бугор? Никак опять ходил по бабам?
– Он
– А потом вообще возить будут, – сказал Зяма завидующе.
Я покачал головой:
– Как тебя отпускают из дому так надолго?
– А я баракаобамлю, – ответил Зяма. Подумал, уточнил: – Барухоспинозю, вечно у этих жидов трудные имена!..
Валентин пояснил:
– Он взял карт-бланш… самостоятельно. Родители смирились, когда Зяма вдруг начал приносить деньги. Такая семья, сам понимаешь…
– Все они такие, – ответил я, вспомнив мать. – Если что-то в дом, а не из дома, значит, наконец-то встал на ноги… Блин, это что, военное положение?
С высоты темного небосклона донесся мерный рокот мотора. Я присмотрелся, там кружит над районом вертолет. Время от времени с высоты падает длинный тонкий луч ослепляюще-яркого света, по земле бежит почти горящий круг, земля там едва не плавится, из-за чего все это выглядит так, словно из ночи вышли чудовищно странные марсианские машины и все сжигают на своем пути.
– Это полицейский, – объяснил Валентин.
– Одиночный, – уточнил Зяма. – На большее бензина не дают.
Я погрозил небу кулаком.
– Ничего, скоро и до вас доберемся!
Зяма спросил живо:
– Как?
– Захватим Кремль, – ответил я с угрозой. – А что?
– Да ничо, – ответил он. – Так нам и дадут его захватить.
Вместо меня уверенно ответил Валентин:
– И не таких захватывали! Мало кто из диктаторов умер своей смертью. Обычно их вешают по приговору Гаагского трибунала. А планета у нас такая… нигде не спрячешься.
Зяма фыркнул:
– Что, уже и аэропорты наши?
Валентин ответил с неохотой:
– Пока нет, но туда зачем-то стянули чуть ли не бронетехнику…
– Врешь, – сказал Зяма убежденно.
– Сам читал в новостях!
– Это я запустил, – объяснил Зяма скромно. – Сейчас можно запускать любые слухи. Если в конец света и то верят, то в бронетехнику – запросто!
Я поинтересовался:
– Зачем это?
– А чтоб не разбегались, – гордо объяснил Зяма. – Перекрыть бы все границы, чтобы враги и предатели были на месте, когда пробьет грозный час! А то и судить некого будет!
Валентин поморщился.
– А что, у нас кто-то доживет до суда? Вот как с Каддафи расправились!..
Зяма сказал, поморщившись:
– А что, с Саддамом лучше?.. А тут вообще русский бунт, бессмысленный и беспощадный…
С моим прибытием и они передумали разбредаться по домам, все трое вернулись в офис. Я проверил
Валентин чуть ли не впервые, не сдержавшись, заржал, как Данил:
– Насмешили!.. Мультимиллионеры забирают вклады, потому что недостает денег на летний отпуск?
– А у нас любую хрень глотают, – сказал Зяма авторитетно. – Главное, каким тоном сказано. Если уверенно и благодушно – верят любой херне. А если дрожащим голоском, то большинство просто отмахнется, мало ли о чем треплются…
Валентин проговорил задумчиво:
– Неужели в самом деле банки переводят деньги за рубеж…
– А что тут удивительного? – спросил Зяма. – Их постоянно переводят туды-сюды. Следы заметают!
Он повернулся ко мне, что-то долго молчу, я сказал вынужденно:
– Валентин не совсем верит, что это из-за нас. Собственно, я тоже не очень… При всех наших запросах и желаниях, но вот так повлиять на всю страну…
– Во-первых, – сказал Зяма авторитетно, – не на страну, а на Москву… что, правда, и есть страна, а все остальное – ветхие и удаленные пригороды. Во-вторых, мир настолько хрупок и неустойчив, особенно в последнее время, что если какая дурная бабочка пролетит мимо с ее брякальными крылышками…
Валентин перевел изображение своего компа на широкий экран, там как раз омоновцы пинками разбрасывают горящие на асфальте тряпки и затаптывают тлеющие огоньки. Подошвы их сапог такие, что и взрыв мины выдержат, на миг показали крупным планом, стало жутковато от разных уровней хай-тека головы и жопы.
Словно руководство МВД снаряжение покупает где дешевле: что-то в Германии, с которой традиционно дружим, что-то в хитром Израиле, а что-то и в Буркина-Фасо…
Перебирая ролики, Валентин отыскал со вчерашним нашим участием, грохот фаеров, световые вспышки, а дымовые шашки летят, как мне показалось, с обеих сторон. То ли в самом деле все перемешалось, как в Бородинском сражении, когда в дыму не разберешь, кто свой, кто чужой, бей всех, отводи душу, то ли омоновцы втихаря, пока дым, отвечают нам тем же…
Иногда белесый дым, похожий на туман, красиво и мощно расцвечивается празднично-розовым. Это значит, метнули туда еще и бутылку с зажигательной смесью.
– Интересно живем, – сказал Зяма со вкусом. – А то все скрипочка, скрипочка…
– Так у тебя ж виолончель? – спросил Валентин.
Зяма отмахнулся.
– Да разве поймете разницу? Для вас даже рояль – скрипка, только со стульчиком. Думаю, сейчас в столицу начинают стягивать подразделения ОМОНа из соседних городов.
– Уже, – ответил я. – Стянули. Еще три дня тому прибыли первые батальоны из Орла и Тулы.