Настоящее имя

Nataliss А.

– И не такое переживали.

А сам подумал, что вот уж точно: такое - никогда...

– Но артефакт столь широкого спектра позволит им войти сюда откуда угодно и когда угодно! Они просто сломают защиту нашей системы контроля, и мы останемся без достоверной информации. У эрсов наверняка найдётся специалист, способный разобраться в кодах. Проломив барьеры, им останется только перешагнуть порог, а мы не узнаем об этом! Асгард станет лёгкой добычей, если не...

– Не мечись, Тьерви, - побарабанив пальцами по столу, Один решительно встал. Глухо звякнули чешуйки золотого оплечья.
– Лучше удвойте бдительность. Вызови всех, посади за все экраны. Пусть смотрят во все глаза. Любая подозрительная активность должна немедленно фиксироваться. Перекройте все порталы, даже оставшиеся свободными.

–

Но это будет означать конфликт с....

– Мне всё равно. Пусть потом послы дружественных миров съедят нас без соли, лишь бы сейчас не пропустить начало атаки.

– Да, повелитель, - Хранитель вздохнул и взял себя в руки, вовремя сообразив, что весь его монолог оказался впустую. Выслушали и проигнорировали.

– Иди. И никому ни слова.

Длинная мантия прошуршала по полу, когда Тьерви повернулся и вышел. Один хмуро смотрел вслед удаляющейся гордо выпрямленной спине. Конечно, этот исполнительный и осторожный знаток порталов сделает всё возможное, чтобы исполнить свой долг, но только этого будет катастрофически мало, если ограничиться простым наблюдением. Даже если поставить возле каждой площадки по сотне вооружённых воинов, которых, кстати, и нету в таком количестве, то что такое сотня против тысяч, которые способны войти в портал в любой момент?! Пусть даже асгардцы будут вооружены по последнему слову техники - их сметут. Значит, надо искать другой выход. Он есть, но только...

Вот опять эти "но". Их так много, что такой хороший план становится похожим на решето: в нём больше дыр, чем цельных мест. И рассыпаться он может от малейшего изменения настроения...

Может, не стоило так рисковать тем, что имеешь? Это же не на бумаге рисовать схемы и планы, заглядывая в будущее, это реальность...

Он широким жестом собрал рассыпанные по столу листы, покрытые кусками текста, из которого были вычеркнуты почти все строки. Только вчера всё это казалось правильным и очень важным, но не прошло и суток, как выяснилось, что удача посмеялась над тем, кто не без оснований считал себя её любимчиком. Всё изменилось, и надо решать задачу заново - уже в который раз.

Вот вам и главная беда долгожителей прекрасного мира: нас слишком мало. И мы одиноки.

Союзники? А кто? Альвы - те давно стали неженками и скорее пропустят эрсов сквозь себя, как песок пропускает воду. Они были воинами, но это было в незапамятные времена, а искусство боя осталось достоянием лишь немногих. Ваны? Эти отгородились бесконечно давно и живут в своем закрытом мире, как в раковине. Они и в лучшие времена-то не слишком любили своих соседей, а теперь и вовсе останутся равнодушны к их проблемам. Мидгардцы? Но они - тёмная лошадка. Связей с ними почти нет, да и не было. Зачем им чужаки... Остаётся Йотунхейм с его безумием - старый враг, который всегда верен тебе в отличие от друзей. Возможно, древние обиды забыты, но ведь это именно соперники...

Вот же проклятье, опять всё упирается в Локи!

Один раздражённо ткнул кулаком в стол. Уж сколько раз он пытался обойти это препятствие, обойтись без помощи рыжего друга, но жизнь упрямо возвращала его к необходимости торговаться с непредсказуемым йотуном. Можно подумать, что он - единственный, кто знает, что делать. Причём, знает всегда.

Возможно, так оно и есть...

* * *

Сколько ни старался, Дэннис так и не смог найти какое-либо внятное объяснение тому, как оказался здесь. Родной дом Локи - это весьма странное место для не слишком примечательного обитателя Мидгарда. Среди обитателей этих краёв он смотрелся, как искра, взлетевшая над костром. Мимолётная точка не фоне жаркого огня, не более того.

Его разместили в удобных комнатах, соответствующих почётному гостю: здесь обнаружились спальня, зал для приёма гостей, кабинет, небольшая столовая, обширная гардеробная, ванна... Вещей у него, разумеется, было ровно столько, сколько оказалось на себе, но чьи-то заботливые руки немедленно снабдили случайного визитёра полным набором предметов туалета, обеспечивающего беспроблемное существование. Фримен получил возможность переодеваться хоть пять раз

в день. По утрам его всегда ждал горячий завтрак, обедать приходилось всегда в гостях: удивительного пришельца немедленно окружили немногочисленные, но весьма любознательные местные дамы. Если бы Дэннис не знал, что они - не люди, то ему бы в голову не пришло, что он попал в совсем иной мир. Женщины выглядели совершенно по-разному, но чаще всего напоминали северянок, светловолосых, белокожих, слишком высоких для обычного человека, но Дэн со своим ростом не слишком страдал. Словно вокруг него находились члены баскетбольной команды. Мало ли на земле рослых девиц?! Они охотно общались, стараясь говорить на языке Асгарда - хозяйка дома, познакомившая Фримена с этой стаей, предупредила их, что гость знает только этот язык. Но Дэн спустя пару дней вдруг обнаружил, что всё чаще и чаще понимает мимолётные реплики, которыми обменивались за его спиной говорливые девицы. Тот же самый "переводчик", который проснулся в нём не слишком давно, вдруг обнаружил возможность познакомить своего владельца с наречием йотунхейма.

Услышав совершенно отчётливо: "Ах, как жаль, что он так недолговечен!..", Фримен даже не удивился. Желание ляпнуть в ответ что-нибудь необдуманное тут же разбилось о взгляд восседающей во главе стола Лаувейи, которая старалась как можно чаще присутствовать на таких вечеринках. Она незаметно следила за гостем, и делала это так аккуратно, что Дэн догадался о её намерениях лишь спустя несколько дней. А пока он понял: не следует пока признаваться в том, что чужой язык внезапно стал почти родным. Неважно, почему так, но не следует... Пусть все говорят на асгардском, думая, что гость не поймёт их, если перейти на местный.

Холодная красавица словно проводила эксперимент. Она отправила человека в общество своих то ли подруг, то ли придворных дам, которые не давали ему ни минуты покоя, а сама наблюдала за происходящим, не вмешиваясь. О том, какие выводы при этом делались, даже догадаться было сложно. Лаувейя оставалась в тени, предоставив право тормошить Дэнниса другим дамам. Они же настолько закружили ему голову расспросами, что по вечерам он просто падал в постель и засыпал под монотонный гул, стоявший в ушах от шумных приемов. Думать о причинах своего попадания сюда не хватало сил.

На четвертый день пребывания весть о госте в доме самой Лаувейи разнеслась по соседним поселениям, разбросанным на обширных каменистых равнинах. Теперь к стайке уже знакомых девиц начали прибавляться главы семейств, делавших вид, что им срочно понадобилось что-то во владениях правящего семейства. Под различными предлогами они всеми силами старались глянуть на редкость: уже множество веков нога человека не ступала на эти земли. Фримену пришлось перезнакомиться с целой толпой всевозможного народа, и с каждым новым знакомством он всё больше утверждался в мысли, что ничем, кроме возраста, местные жители от людей не отличаются. Те же типажи, только солидного роста, с более резкими и жёсткими чертами лица, с рельефной мускулатурой и по большей части желто-карими, оранжевыми, медовыми глазами, слегка светящимися в сумерках, как у кошек. Мужское население было, разумеется, сдержаннее дам, но и от общения с ними тоже начинала раскалываться голова. Да и сложно было сохранять невозмутимость, когда вокруг толпятся существа в полтора раза крупнее и мощнее тебя...

Потом его стали приглашать в гости, и Лаувейя поручила паре суровых гвардейцев из охраны, которых полгода назад показывал ему Локи в залах усадьбы, сопровождать человека. Вот тут уже Дэн почувствовал себя мальчишкой среди взрослых дядек: ростом под три метра, с каменными лицами, одетые в форму и вооружённые, оба йотуна смотрелись ожившими памятниками невозмутимости и безопасности. Надо было отдать должное, роль свою они восприняли с самым серьёзным видом, и Фримен, никогда в жизни не имевший телохранителей, вдруг понял, что это такое - быть важной персоной. Поначалу он страшно смущался, когда эти двое бесшумно вырастали за его спиной, но потом привык и убедил себя, что так и надо. Во всяком случае, теперь опасность заблудиться в бесконечных залах усадьбы ему не грозила. Да и та часть разума, в которую поселился отпечаток личности Локи, то и дело подсказывала дорогу. Ведь сам рыжий йотун её прекрасно знал....