НАСТОЯЩЕЕ ИМЯ
Шрифт:
В этом последнем Макс здорово ошибался.
Глава 4. Кому нужен Макс Карданов?
После повышения Иван Золотарев ещe не успел перебраться в уютный двухэтажный коттедж на территории Ясенево, да и по правде сказать – чем родная Басманка хуже?.. Надо держаться корней. Каждое утро ровно в шесть тридцать под окнами его квартиры появляется служебная "волга", только что намытая до черного блеска в министерских гаражах. Валентин и Сергей – шофер и охранник (а точнее – оба охранники и
После этого телефон на золотаревской кухне издает деликатный писк: все
Золотарев к этому времени всегда наготове, ему остается только взять свой "дипломат". Сергей ждет у двери и идет впереди, страхуя. В левой руке рация, правая в кармане, на взведенном пистолете. Вытащить и выстрелить – секунда, но Сергей умеет стрелять и через карман. У киллеров в данном случае нет ни малейшего шанса. Впрочем, убивать начальника нелегальной разведки нет никакого смысла: другое дело – похитить, выдоить данные о зарубежной агентуре. Хотя… В сильном государстве такое немыслимо, а разведчики слабого никому особенно и не
Выйдя из подъезда, генерал осматривается, глубоко вздыхает и садится
Воздух сегодня с утра мутноватый, будто каплю теплого молока добавили, – и в то же время светящийся, чистый, праздничный, как на средневековых фресках. Гемоглобин, адреналин – что-то такое растворено в утреннем московском пространстве, что-то здоровое, бодрящее, ещe не испорченное, не переработанное чужими легкими. Приятно. Если Золотарев и переберется в Ясенево, так только
Секретарша Ирочка уже на рабочем месте и ставит мировой рекорд по
– Доброе утро, Иван Федорович. Только что принесли из аналитического
Она передала Золотареву пакет. Иван Федорович быстро взглянул на бумаги,
– Очень хорошо. Через полчаса свяжитесь с Яскевичем, пусть зайдет ко мне.
Быстрые Ирочкины пальцы уже набрали нужную строчку в электронном "Органайзере", – можно не сомневаться, что ровно через тысячу восемьсот секунд
– Вам кофе или чай, Иван Федорович?
– Кофе, – Золотарев тепло улыбнулся. – Можно без пенки.
Ирочка улыбнулась в ответ – наверное, это был какой-то словесный код, значение которого не понять никому, кроме обладательницы самых стройных ног в
Золотарев открыл свой кабинет, прошел внутрь, повесил пальто в шкаф.
Бросил на стол пакет, достал из ящика пачку "Мальборо", закурил, сел в кресло и с головой ушел в изучение бумаг. Смалил он, как правило, только на
Перед ним лежал отчет аналитического отдела "Деятельность агента Бена после ареста связников в 1969 году". Отчет помещался всего на четырех страницах
Да, все это может вылиться в грандиозный скандал.
– Подполковник Яскевич в приемной, Иван Федорович, – почтительно доложила
– Пусть зайдет.
Почти сразу распахнулась дверь.
– Разрешите?
У вошедшего – лицо интеллигента в пятом поколении, большие, широко
– Садитесь, Станислав Владимирович, – пригласил Золотарев. – Что вы
– Думаю, что это ерунда. Томпсон и его жена сидят в английской тюрьме уже
– А Артур видел его в Ницце. Причем с молодой и привлекательной женщиной.
– Явная ошибка. Другого объяснения быть не может.
Золотарев кивнул, будто соглашаясь.
– Ну, а если все же не ошибка?
– Перевербовка? – Яскевич пожал плечами. – Столько лет прошло. Бен давно
– Лорд Колдуэлл давно умер, – снова согласился Золотарев. – Но в силу ряда причин, о которых речь пойдет позднее, нам крайне необходимо знать, какой
– После ареста Птиц он был настолько напуган, что отказался поддерживать
– И это все, что вам известно?
– Все, – подполковник кивнул.
– А вот судя по анализу деятельности Гордона Колдуэлла, дело обстоит не
Золотарев придвинул четыре листка аналитической справки.
– Итак, агент Бен – серый кардинал лейбористской партии, очень влиятельная фигура в правительстве Великобритании. До 1971 года лоббировал нашу
Приподняв брови, генерал многозначительно взглянул на подчиненного.
– В 1978 он возглавил комитет ООН по Африке, а год спустя Борсхана расторгла договор о разворачивании наших ракетных баз. В восьмидесятом Мулай Джуба неожиданно отказался от контракта с СССР на шлифовку крупной партии алмазов и подписал его с "Де Бирс". Страна понесла огромные убытки. Позднее Колдуэлл поддерживал сепаратистские стремления в странах Балтии, способствуя
Золотарев отбросил схваченные скрепкой листки.
– Чем объяснить такую перемену? Раскаянием, страхом, угрызениями совести? Или тем, что Птицы выдали его и он стал работать на МИ-5 или ЦРУ? Или – или. И
– Колдуэлл умер, – сказал Яскевич. – Но Птицы живы.
Он все понял.
– Верно, – кивнул Золотарев. – Кто у нас в Лондоне – Худой? Пусть
Яскевич озабоченно потер щеку. Ему не хотелось возражать начальству, но
– Боюсь, Иван Федорович, вряд ли он сумеет запустить руку в особорежимную
Золотарев набычился.
– Вряд ли! – уже твердо повторил Яскевич. – Наши позиции здорово ослабли. И в Лондоне, и во всей Западной Европе. Агентурная сеть расползлась в клочья, новых приобретений практически нет. Да вы сами знаете. Столько перебежчиков, столько провалившейся агентуры… От наших офицеров шарахаются, как от чумы. Сейчас с большей охотой станут сотрудничать с сальвадорской разведкой, чем с русскими… К тому же тюремный персонал… Это не какого-нибудь докера вербануть за
Золотарев встал из-за стола, прошелся по кабинету. Мягко прогудел аппарат прямой связи с Директором СВР, генерал подхватил трубку с молодцеватой лихостью