Наследство старого вора
Шрифт:
– Теневой воротила!
– сварливо пробурчал Француз и поднялся из кресла.
– Какой есть, - Калита развел руками, - желаю успеха.
– Насчет этого, как его…
– Камелот его псевдоним, Ка-ме-лот.
– Держите меня в курсе дела.
– Конечно.
Француз вышел, а Калита, открыв ноутбук, задумался.
Альберт Мирандопулос, его давний контрагент по щекотливым делам, был вчера застрелен в Мюнхене, и теперь нужно было найти нового человека, который мог организовать передачу предварительной
Глава седьмая
Напротив зала игровых автоматов, что на Садовой, резко остановился большой черный джип. Из него вылез здоровый детина в черном костюме и, привычно зыркнув по сторонам, направился к распахнутой по случаю жаркого дня двери, из которой доносились призывные электронные звуки, издаваемые игровыми автоматами.
Войдя в зал, Червонец огляделся и, увидев скучавшего у стойки знакомого механика, подошел к нему.
– Здорово, Игорек!
– Здорово, Толик! Ну что, отбиться пришел? Сейчас поставим.
– Не, я по делу.
Червонец еще раз внимательно осмотрел зал.
– Слышь, - сказал он, не обнаружив того, кого искал, - это… Ну, ты помнишь, я вчера тут денег немеряно засадил?
– Конечно, помню, - с притворной грустью ответил Игорек, - сам знаешь, день на день не приходится.
– Да… А вот тут сидел брателла такой, я ему еще медальон продал.
– Ну да, сидел, - кивнул Игорек, - это Гвоздь, он под Грыжей ходит. Ему вообще вчера поперло. Снял джек-пот. Восемьдесят восемь тысяч.
Ну, мне прислал, как положено. Он вообще нормальный такой, не жадный.
– Да мне насрать, какой он, - раздраженно бросил Червонец, - мне найти его нужно.
– А что его искать?
– пожал плечами Игорек.
– Он сюда каждый день ходит. А если не сюда, то на Московский, к Электросиле. Там тоже наш павильон имеется - «Суперджек».
– А-а, знаю, - прищурился Червонец, - это сразу за рынком.
– Ага.
– Думаешь, он там?
– А где ему еще быть?
– удивился Игорек.
– Он или здесь, или там. В другие места не ходит.
– Лады, - Червонец протянул Игорьку руку, - бывай.
– Буду, - уверенно пообещал ему Игорек.
Выйдя на улицу, Червонец снова зыркнул по сторонам, просекая на всякий случай поляну, затем уселся в джип и, едва не врезавшись во встречный трамвай, помчался на Московский.
– Гвоздь, - бормотал Червонец, - под Грыжей, значит… А что у нас с Грыжей? А с Грыжей у нас все путем. С Грыжей у нас все нормальненько и никаких проблем…
Выскочив на Московский, Червонец поддал газу и, перелетев Фонтанку на красный свет, успел к Техноложке на зеленый.
– Гвоздь… Не помню такого. Посмотрим, что за Гвоздь такой…
Свернув
И сразу же увидел того, кого искал. Гвоздь сидел перед автоматом и азартно бил по кнопкам. Игроков в этот день было много, и только соседний с Гвоздем автомат был свободен. Махнув механику, Червонец уселся на высокую неудобную табуретку и, когда механик подошел к нему, сказал:
– Поставь штукаря.
Получив деньги, механик нащелкал на автомате десять тысяч кредитов и отошел.
Нажав на кнопку несколько раз, Червонец посмотрел на соседа и сказал:
– Здорово, брателла.
Гвоздь взглянул на него и, узнав, ответил:
– А, здорово. Отбиться пришел?
– Да нет, - сказал Червонец и нажал на кнопку, - слышь, у меня к тебе базар есть.
– Ну давай, - ответил Гвоздь, не отвлекаясь, впрочем, от дела.
– Меня вообще Червонцем кличут, - Червонец решил действовать дипломатично, - а ты вроде как Гвоздь. Не ошибся?
– Не ошибся, - усмехнулся Гвоздь.
– Это… Я вчера тебе цацку продал. Помнишь?
– И что?
– Короче, я тебе бабки принес, давай обратный ход организуем.
– Не выйдет, - спокойно ответил Гвоздь, - такого уговора не было. Вещица теперь законно моя, и я ее продавать не собираюсь.
– Не, - развел руками Червонец, - я понимаю. Она, конечно, больше стоит, так я тебе и денег больше дам.
– Я сказал - не продается, - отрезал Гвоздь.
– Слышь, - Червонец начал раздражаться, - я что, зря сюда притащился, что ли? Это… Медальон памятный, от матери.
– А раз памятный, то нехрен его продавать было.
– Ты чо, жизни меня учить будешь?
– Червонец повысил голос.
– Русского языка не понимаешь? Отдай мою вещь и получи деньги.
Гвоздь перестал играть и повернулся к Червонцу.
– Ну ты душный, - утомленно сказал он, - повторяю для идиотов - у меня твоего ничего нет. А то, что мое, - не продается. Все, свободен.
И он снова повернулся к автомату.
– Ты чо сказал?
– Червонец слез с табуретки.
– Это кто идиот? Ты кому говоришь «свободен»? А? Ты за базаром следи, понял?
Все это время к разговору прислушивались трое крепких братков, сидевшие за другими автоматами, - Череп, Сухой и Баланда. Когда беседа перешла на повышенные тона, они переглянулись и, подойдя к Червонцу, плотно окружили его.
– Слышь, братан, - сказал Череп, - ты чего, проблемы ищешь? Чо ты базаришь, как торговка? Тебе сказали - свободен, вот и гуляй, пока есть на чем.
– А ты чего - секьюрити при нем, что ли?
– огрызнулся Червонец, чувствуя, что ситуация складывается не в его пользу.