Наследница молний
Шрифт:
Такое удовольствие от использования магии одновременно восхищало и пугало. Если вообразить мощь в тысячи раз превосходящую ту, что я использовала в часовне,то становится понятным, как сошла с ума богиня смерти. Или как двинулся на мне Акорион.
Смотреть на живого Эйгена, здорового Бастиана и счастливую Брину, которая сейчас беспокойно спала в своей постели, было невыносимо,и я закрыла глаза. Увидев сестру Бастиана в объятиях огненных отморозков, я испытала отвращение к ней, но сейчас вдруг подумалось, что с болью, которая раздирает
Из-за меня у нее нет ни возлюбленного, ни брата. Из-за меня ее магия вышла из-под контроля, приведя ее в Школу Темных. Пусть Кейман и говорил, что в сотворенном Акорионом виноват лишь сам темный бог, я не могла отбросить разъедающие душу мысли.
Так и уснула,терзая себя горькими воспоминаниями и внутренне страшась снова очутиться в заброшенном храме, в объятиях сумасшедшего бога, жаждущего смертельной пугающей игры.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
– Что ты здесь делаешь?
Резкий ледяной голос вырвал меня из сладкого сна и привнес в жизнь боль. Болело все : голова, шея, спина, затекшие руки и ноги. Я проспала половину ночи, опустив голову на руки и кое-как подложив пальто. И если думала, что с утра Брина вссе равно будет выглядеть хуже, после такой-то заварушки,то глубоко ошибалась!
Сестра Бастиана была идеальной. Идеальная укладка, идеальный макияж, идеально выглаженное форменное красное платье. Идеальное презрение во взгляде. Как ей это удалось, суперспособности у нее что ли? Женщина-опохмел? Женщина-бодун?
– Я спросила, что ты здесь делаешь. Отвечай немедленно!
Зевая, я поднялась. Честно, ненависть уже не удивляла, я бы скорее ошалела, если бы Брина кинулась мне на шею и заявила, что отныне будет моей самой лучшей подружкой.
– Я здесь сплю. Ты нажралась, как скотина,и чуть не дала половине факультета. А я тебя уберегла от ранней беременности, ЗППП, глубокого раскаяния и отвратительного секса с бухими неудачниками. Можешь не благодарить.
Брина рассмеялась .
– Совесть замучила, да?
– Что, прости?
– Брось, остальные, может, и идиоты, но не я. Ты - Деллин Шторм, это из-за тебя Бастиан одной ногой в могиле. А Эйген обеими. Тебя должны были убить, но ты вовремя смылась . Удобно, да, прятаться за чужими спинами? Приносить в жертву чужих родных?
Я молчала, закусив губу. Мне хотелось, видят боги, больше всего на свете хотелось, ей ответить, но я не могла добивать и без того лишившуюся родных девчонку. Она имела, в конце концов, право винить меня в своих бедах. Глупо было предполагать, что истинные мотивы Оллиса останутся тайной.
В глазах Брины ди Файр не полыхал тот безумный огонь, который я видела в ее брате, но, несомненно, девушка ненавидела меня всей душой. Должно быть, сейчас она ненавидела весь мир, и я бы не сказала, что не без оснований.
– Думай, что хочешь, - устало махнула я рукой.
–
Выходя, не удержалась, хлопнула дверью и сама вздрогнула от громкого звука. После быстрого душа стало немного полегче, но все равно я спала на ходу. Чтобы избавиться от головной боли пришлось растереть крупицу. Практически на автомате я скидала в сумку учебники и канцелярию, собрала волосы в небрежный пучок, который развалился ещё на половине пути к столовой, и направилась грызть. Сначала завтрак, потом гранит науки.
– Адептка Шторм!
– услышала я голос Кеймана.
– Я ничего не сделала, я не виновата, но клянусь, что больше не буду.
– Похвально, - усмехнулся Кейман.
– Признание проблемы -первый путь к ее решению. Что с тобой? Ты спишь стоя.
Дабы не спалиться на ночных похождениях, решила для разнообразия сказать правду (ну или полуправду):
– Храм снился половину ночи. И Акорион. Очень выматывает.
– Возьми у лекаря снотворное.
– И все?
– даже глаза открылись от удивления.
– Не расскажете, почему мне снится это место? Как Акорион проникает в сны?
– Не он, а ты, твоя сила создает сновидения, она делала это еще когда Акорион не вмешивался в твою жизнь. Снотворное поможет. К слову о здоровом сне. не знаешь, по чьей вине вчера ночью была разрушена часовня Кроста? Я был, знаешь ли, очень удивлен, когда обнаружил треснувшую крышу, обвалившуюся лепнину и обломки некогда великолепного образчика алтаря Кроста. Ну и пьяная компания под всем этим мусором, конечно,тоже немного удивила. Хотя чего я ожидал в первый день нового семестра? Ну так что, есть что сказать на этот счет?
– Нет.
– Правда? И ты не знаешь, что случилось с адептами огня третьего курса?
– Ну. может,их покарал Крост? Нельзя пить в часовнях бога, это невежливо. Меня и за меньшее током дернуло.
Кейман скептически хмыкнул, но допытываться, к моему удивлению, не стал. Хотя вполне мог наказать и без доказательств, он явно был уверен, что без меня в ночных приключениях не обошлось .
– Что-то ты не слишком опечалена потерей часовни.
– Может, я, как наследница Кроста, не одобряю осквернение святынь?
– Крост милостив к детям стихий.
– Он же их не убил. Очень милостиво.
– Я не сказал, что никого не убили.
– Мне думается, в этом случае у вас бы был более мрачный вид.
– Значит, ты всю ночь провела в комнате?
– Да.
А что? Почти всю ночь, почти в своей комнате. Почти и не соврала, да и Кейман все равно не собирался меня наказывать, я уже научилась улавливать оттенки его настроения. Так, разминался с утра.
Он вдруг схватил мое запястье и заставил поднять руку. Я инстинктивно нервно огляделась, но в коридоре больше никого не было.