Наследие
Шрифт:
– Изабелла сказала, что я хорошо показала себя в сложной ситуации в Лондоне, и кроме того… вроде как стала лучше учиться, и она, в общем, довольна моими успехами. Потом добавила, что я должна научиться защищать себя, по причине чего буду ходить в Ночную школу и обучаться там по ускоренной программе.
Картер присвистнул.
– По ускоренной программе? Это впервые… Ты ничего не напутала? Уверена?
Элли кивнула так резко, что волосы закрыли ей лицо.
– Вот дьявольщина, – негромко произнес Картер, словно обращаясь к самому себе.
– И как прикажешь это понимать? – спросила
– Она что – больше ничего тебе не сказала?
Элли покачала головой. Картер вздохнул.
– Похоже, тебе не придется изучать то, что изучали мы в прошлом году. То есть ты сразу попадешь в старшую группу. – Он пристально, с любопытством на нее посмотрел, словно пытаясь определить ее истинную сущность. – Иными словами, тебя сразу столкнут в воду в самом глубоком месте. Так иногда поступают с человеком, которого хотят побыстрей научить плавать.
Что-то в его тоне заставило Элли занервничать, и она обрадовалась, когда он сменил тему.
– Значит, говоришь, ты почувствовала себя как оплеванная? Что же такого сказала тебе Рейчел?
– Если коротко, она поставила меня в известность, что Ночная школа несет страшное зло, что я круглая дура, раз стремлюсь в нее поступить. И голос у нее был злым. Видно, здорово на меня сердилась, – взволнованно добавила Элли. – А ведь Рейчел, как ты знаешь, никогда ни на кого не сердится.
Слова Элли, похоже, не вызвали у Картера сильного удивления.
– Как бы то ни было, теперь ты точно знаешь, что она Ночную школу не одобряет, – произнес он. – Ничего нового в этом нет. Все знают, что ей несколько раз предлагали поступить туда, и она всякий раз это предложение отклоняла. А до нее, позволь тебе заметить, никто себе такого не позволял. Думаю, тут все дело в глубоких противоречиях с отцом. Она, конечно, его любит, но его взгляды не разделяет.
Элли вскинула голову.
– Правда? А она мне об этом и словом не обмолвилась. Просто сказала как-то, что отец настаивал на ее поступлении, но она отказалась.
– Тут уже ничего не поделаешь, – пробормотал Картер. – Она действительно ненавидит Ночную школу.
– Но почему? – спросила Элли. – Что в ней такого ужасного?
– Рейчел, как ты знаешь, очень умная девочка и отлично разбирается в политике. Более того, уже сейчас имеет собственные политические взгляды, не совпадающие со взглядами отца. И это вполне объяснимо. Она ратует за справедливость, а Ночной школе как раз справедливости и не хватает. Так было всегда. Ведь ее руководство стремилось и стремится облегчить существование ребятам из богатых семей. Но им и без того живется легче, чем детям простых смертных. – Картер скрестил ноги. – Но думаю, дело не только в этом. Как я уже тебе говорил, мне кажется, что у нее конфликт с отцом. И не только на почве политики. Расспроси ее как-нибудь. Возможно, тебе она об этом расскажет.
У Элли от волнения перехватило спазмом желудок.
– Надеюсь, она не слишком сильно на меня разозлилась. Возможно, в тот момент я действительно показалась ей глупой и наивной. Но я не такая. Просто… я вообще ни о чем тогда не думала.
Картер хохотнул, но в следующее мгновение снова стал серьезным.
– Знаешь что, Эл?..
В его голосе проступало сомнение.
– Я рад, что тебе представится шанс научиться защищать себя. Само по себе это дело неплохое. Но меня, как и Рейчел, не покидают опасения на твой счет. Я не слишком доверяю людям, которые руководят Ночной школой, и не раз тебе об этом говорил. – Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но он приложил к ее губам указательный палец. – Да, ты вправе обвинить меня в лицемерии, поскольку я посещаю эту школу и одновременно позволяю себе ее критиковать. Впрочем, у меня имелись собственные причины для поступления. Но из этого вовсе не следует, что я хочу, чтобы ты тоже увязла в этом болоте. Это пугает меня более всего.
– Вот в чем дело… – протянула Элли, отводя его палец с губ. Потом села на постели прямо, погладила Картера по щеке и сообщила во всех подробностях, о чем говорила с матерью и Изабеллой, завершив свой рассказ следующей сентенцией: – Не могу отделаться от впечатления, что я в каком-то смысле всю свою жизнь ходила в эту самую Ночную школу, просто не знала об этом. И еще: мне кажется, что это может мне теперь помочь… как бы правильнее сказать… Избегать ненужного риска? Остаться в живых?
Выслушав ее, Картер долгое время молчал, глядя в сторону, потом повернулся и одарил ее взглядом своих проницательных темных глаз.
– О’кей.
– В каком смысле? – осторожно спросила Элли.
– В смысле Ночной школы. – Картер выпятил челюсть и сжал губы в нитку. – Ты действительно должна научиться защищать себя. На данный момент это самое главное. А посему добро пожаловать в наше странное сообщество. Надеюсь, там тебе очень не понравится.
Глава шестая
Откуда-то из темноты до нее доносились голоса, выкрикивавшие ее имя. Подхлестываемая этими выкриками, Элли неслась, как ветер.
Через некоторое время голоса стали затихать, а потом и вовсе умолкли.
Ночь стояла ясная, и свет висевшей над головой луны, отражаясь от крон деревьев, превратил лес, по которому она бежала, в волшебное колышущееся море синеватых и голубоватых теней.
Она не знала, куда направляется, и зачем бежит, но в глубине души понимала, что ей ни в коем случае нельзя останавливаться. И продолжала нестись среди деревьев, хотя дыхание у нее сделались частым и прерывистым, а легкие жгло, как огнем.
Неожиданно краем глаза она заметила призрачный силуэт, бегущий в ее сторону. Его странные порхающие движения напомнили ей неровный полет летучей мыши, но это был явно человек. Остановившись на секунду, чтобы перевести дух, Элли крикнула в темноту:
– Эй, кто там?
Но ответа не последовало.
А в следующее мгновение она задохнулась от ужаса, потому что тень оказалась совсем близко – и тут же скрылась за стволом.
– Это уже не смешно! – крикнула она и почувствовала, что ее начинает сотрясать дрожь. В лесу определенно происходило что-то непонятное и пугающее. И не только в лесу. Ей вообще многое казалось непонятным и странным. Куда она бежит? И почему оказалась среди ночи одна в лесу? При мысли об этом у нее на коже выступили мурашки.