Нарисуй меня
Шрифт:
– Все-таки рано приехали, - качает головой ее муж. – Можно было и не гнать! Как они удобно сделали регистрацию! В прошлый раз, когда мы летали...
Я вежливо улыбаюсь, слушаю старшего Генварского. Макс похож на него внешне, такой же высокий и стройный. А вот мимика другая, тембр голоса… Он рассказывает смешную историю, а я думаю, каким бы был Максим…
– Все в порядке? – Анатолий Петрович обеспокоенно посмотрел на меня. – Вы побледнели, Марина.
– Все хорошо, просто столько событий в последнее время.
Генварский
– Знаете, что у них там за секреты? – голос Анатолия Петровича заставил едва заметно вздрогнуть. – И ведь наверняка не расскажут. Неожиданное все-таки это решение – продать компанию. Понятно, что такие деньги огромные, да и воспоминания могут все равно тяготить…, - он замялся, выжидательно посмотрел на меня.
– Я не знаю, за сколько Максим продал компанию, честно говоря, мне все равно. Это же не мои деньги. А что до воспоминаний, Максим давно забыл Ксению, она его не тяготит. Да и меня тоже.
Кажется, от меня не ожидали такой тирады. Да я и сама немного в шоке. Нервы и правда на пределе – на следующей неделе мы должны улететь в Германию. Максима снова ждут обследования, и на этот раз я буду рядом.
– Вы знали Ксению, я похожа на нее?
– Внешне – да, характер – совсем другой, - отец Генварского словно ждал от меня этого вопроса. – Максим предупредил, чтобы мы не удивлялись, но знаете, у вас взгляд другой. Как бы сказать, здоровый, что ли.
Я усмехнулась про себя. Наверное, он успел бы еще что-то рассказать мне, но Максим с мамой уже шли прямо к нам.
– А вот и мы! Не скучали?
– Галина Ивановна улыбается, испытующе смотря на мужа. Чувствую, самолет еще не взлетит, как она все знать будет.
– О чем вы так долго разговаривали? – спрашиваю уже в машине. – Прости, если влезаю не в свое дело, просто показалось, обо мне речь шла. Это так?
Максим молча кивает, сосредоточенно смотрит на дорогу. А вот отвечать не торопится. Отворачиваюсь к окну, чтобы не начать требовать. Глупо настаивать на откровенности, если человек не хочет говорить правду. Или все-таки надо?
За окном быстро мелькает зелень - дорога свободные, Максим сбавляет скорость лишь на повороте на трассу в город. Через несколько дней мы снова поедем по этой дороге. И совершенно непонятно, когда вернемся домой.
– Я говорил маме, что, наконец, встретил женщину, с которой хочу разделить свою жизнь. Я люблю тебя, Марина. И она должна знать об этом.
Простые и понятные слова, сказанные самым обычным тоном. Без высокой ноты, без пафоса и надрыва.
– И я люблю, - тихо шепчу и добавляю
– А что так робко? – Максиму почему-то смешно. – Итак?
– Я люблю тебя, - целую его колючую щеку, - Очень люблю.
– А еще я сказал, что сделаю тебе предложение, - Макс останавливает машину на светофоре, поворачивает голову и ловит губами приоткрытые от удивления мои.
– Что? Предложение?
– Предложение, - он кивает головой. – Ты выйдешь за меня?
За спиной уже вовсю гудят, кто-то не вытерпев объезжает вставшую на светофоре иномарку. Максу явно плевать, мне – тоже.
– Ты говорил, что никогда не женишься, - ошарашенно выдаю самое глупое, что только можно было сказать. – Это… это из-за диагноза, да?
– Диагноз только ускорил то, что я и так собирался сделать, Марина. – его голос тонет в возмущенном реве, объезжающего нас внедорожника. – И я хочу, чтобы ты была максимально защищена, когда диагноз подтвердят.
– Если! Если подтвердят!
– Если подтвердят, - он покорно кивает лишь для того, чтобы я успокоилась, и, наконец, трогается с места. – Вне зависимости от того, что будет дальше, я делаю тебе предложение, Марина. Официальное.
Смотрит на меня, пристально, словно проверяет на что-то, а потом отвлекается на телефонный вызов, а я дух перевожу.
Замуж?! Жена? Я буду его женой?
– Да! – Максим включает громкую связь.
– Привет! – Алекс Грин собственной персоной и судя по всему очень злой. – Не хочешь в офис заглянуть? Дело есть.
– Заеду, конечно.
– Сейчас сможешь?
– Да без проблем. Я тебе даже подарок привезу.
– Не надо больше подарков! Жду!
Макс сворачивает на проспект – это самая короткая дорога до его офиса. Бывшего офиса, конечно.
– Не возражаешь?
– Нет, конечно, А что за подарок Грину?
Что за черт? Внутри все вопит – выходи за него замуж и плевать на обстоятельства, а ты про какого-то альбиноса спрашиваешь! Что с тобой, Риша?
– Я решил, что шахматная доска Ксении должна храниться в компании ее отца. Два дня уже в машине валяется, все некогда было. Тебе это точно интересно?
– Честно? Нет. Просто я не знаю, как тебе сказать.
Макс заглушает мотор всего в пару сотнях метров от бизнес-центра.
– Марина?
Секунды гнетущей тишины превращаются в безвременье. Время просто останавливается.
– Я выйду за тебя замуж, и мы проживем вместе пятьдесят, нет, минимум семьдесят лет. Ты понял?
Он улыбается, а потом не произнеся ни слова, большим пальцем мягко вытирает слезы из моих глаз.
Екатерина, мачеха По, сидит у постели сестры, как и сказал мне Львов, едва я появилась в больнице. Нюх у него на меня, что ли? Больше не делает никаких намеков, мне даже кажется, в его глазах появилась неприязнь.