Намбату
Шрифт:
Утка почувствовала определенный психологический дискомфорт. Приоткрыв один глаз, она выглянула из-под крыла. Увидела нависшего над ней гендевца, бессовестно и крайне заинтересованно ее рассматривавшего. Поймав на себе недовольный взгляд, юноша потыкал птицу пальцем. Раздался совершенно непередаваемый звук — утиный клюв не приспособлен для шипения.
— Обрати внимание, я молчу! — заявил дворянин, когда по его ладони резко скользнули маховые перья крыла, не причинив ему ни малейшего вреда к огромному разочарованию их обладателя.
— Не трогай его, — Филара оттащила дворянина в сторону. — Сейчас всё пройдет и ему станет лучше.
— Правильно ли я понимаю, —
— Да.
— Боже, бедное животное! Что ты с ним сделала?!
С седла послышалось рычание, содержавшее в себе ощутимые нотки покрякиванья.
— Я же просил помолчать!
Девушка жестами объяснила, что поговорить можно потом. Герцог тем же образом попытался предложить ей ехать дальше, чтоб не терять зря время. Спустя пару минут его безуспешных попыток изобразить замок так, чтоб она поняла, что он пытается до нее донести, раздался тихий хлопок. На месте полудохлой утки сидел чуть более бодрый рыжий кот. Он встряхнул головой и с любовью посмотрел на переднюю лапу с выпущенными когтями.
— Так что ты хотел-то? — вслух спросила Филара. Теперь можно было говорить. Но какое-то время не очень громко.
— Аааа… — юноша оторвался от созерцания животного. — Здесь неподалеку есть замок. Обязательно нужно туда заехать.
— Зачем? — поинтересовался Шун, вылизываясь.
— Затем, что у меня там все вещи, конь и еще кое-кто с супругой!
— Кто?
— Один общий знакомый кузнец.
— Что-о-о? — не поверила ушам девушка. — И ты всё это время молчал?! Почему раньше не сказал?! Он что, женился?! На ком?! Когда?! Так здорово!!!
Кот слегка поморщился: его самочувствие еще не до конца вошло в норму, громкие вопли резали по ушам и отдавались в висках. Но ничего не сказал — Филаре позволялось многое из того, за что других он бы освежевал живьем.
Потом Герань удалось убедить подкинуть до Мерзавца еще одного пассажира. С вершины холма они смогли разглядеть заброшенный замок. Он, действительно, располагался недалеко. По дороге Ральдерик в двух словах обрисовал положение вещей. Волшебница потребовала подробностей, и слов понадобилось гораздо больше. Доканчивать рассказ пришлось уже на подходе к крепости. Черногривого коня решено было оставить с другими лошадьми, но на месте оказался только лежащий в глубоком обмороке белый скакун. Нельзя сказать, что Герань был рад перспективе коротать время в такой компании.
— Куда их черти понесли? — буркнул герцог, подозревая, что никого внутри не окажется.
Так как гендевец столь удачно смог открыть утром дверь, им не пришлось лезть по стене, чтоб попасть внутрь. Пока они поднимались по лестнице, Филара объясняла ситуацию с Шуном.
Как оказалось, окрыленная удачей в обучении зверя разговаривать, она с головой ушла в исполнении своей мечты — сделать его человеком. Кот на этом месте рассказа многозначительно кашлянул. Видимо, в свое время его мнение на этот счет никого не интересовало, а он предпочитал ничего не говорить в надежде, что хозяйка этим переболеет и откажется от своей бредовой идеи. Он ее недооценил. Девушка убила кучу времени на всякие исследования, опыты и чтение специализированной литературы. В один прекрасный день она таки подвергла питомца очередному магическому вмешательству. Ее ожидания не оправдались, зато появился один неприятный побочный эффект — каждый раз, когда волшебница использует магию, несчастное животное превращается. Не просто превращается. Кот становится исключительно иными живыми существами. Образы пока ни разу не повторялись.
Шуну эти превращения давались нелегко, поэтому Филара старалась прибегать к магии только в случаях крайней необходимости. Самое обидное, что в сложившейся ситуации ничего нельзя сделать. По крайней мере, ей. Во всяком случае, на данном этапе ее становления в качестве волшебницы: на малейшее проявление с ее стороны магической активности, кот мгновенно реагирует сменой облика. Поэтому девушка полностью посвятила себя теории, читает книгу за книгой, учит всё, что ей попадается. Возможно, однажды она будет знать достаточно, чтоб исправить содеянное. А может быть, на ее жизненном пути встретится добрый человек, который сделает это за нее.
Филара тяжко вздохнула. Впереди Шун неторопливо трусил по коридору, прислушиваясь к разговору за своей спиной. Он чуть было не проскочил нужное помещение.
— Стоять! Пришли, — крикнул герцог ушедшему дальше коту, распахивая дверь комнаты, где буквально еще полтора час назад он относительно мирно пытался ночевать.
Через полстены тянулась корявая черная надпись. Две пары глаз ее внимательно прочли.
— Монументально, — фыркнул кот, сидя под буквами и с интересом на них поглядывая. — Что это?
— Его просят сидеть тут и никуда не ходить, чтоб не потеряться, — пояснила девушка.
— Вы как хотите, а я собираюсь спать, — Ральдерик скинул сапоги и улегся в свою так и не собранную постель. — Разожгите в камине огонь, там еще мебель должна была остаться.
Юноша зевнул и, закутавшись в холодное одеяло, отвернулся к стене. Филара с Шуном переглянулись. Девушка пожала плечами и принялась ломать стул на дрова. Получалось у нее плохо. Уже успевший задремать гендевец почувствовал, как на щеку ему опустилось что-то теплое и мягкое. Приоткрыв один глаз, он увидел кошачью лапу. Пока что с втянутыми когтями.
— Тебе надо, ты и разжигай. Чай не безрукий, — проникновенно посоветовал кот. — А ты брось стул! — крикнул он волшебнице. — Не ты должна это делать!
— Я почти не спал два дня подряд, — герцог был раздражен. — И, если ты немедленно не отвалишь, то обещаю, что, когда ты в следующий раз превратишься в какую-нибудь сороконожку, я буду орать тебе в ухо народные песни!
— Хо-о-о, — протянул Шун, нехорошо щуря глаза. — Значит, война, да?
— Да ладно тебе! — Филаре удалось оторвать кусок спинки. — Какая разница, кто это сделает?
— Принципиальная! — кот огляделся по сторонам, раздумывая, какую пакость совершить в первую очередь.
Ральдерик, несмотря на опасное соседство своего дивного бесценного лица с полной лапой когтей, уже заснул. Последние дни его изрядно вымотали. Рыжее животное, слегка задетое таким пренебрежительным отношением к своей персоне, нехорошо ухмыльнулось. Присев на задние лапы, зверь на пару секунд замер, а потом подпрыгнул и приземлился на спящего. Тот вздрогнул от толчка, но лишь устроился удобнее. Шун немного постоял в ожидании более интересной реакции. Её не последовало. Кот не отчаялся. Зацепившись когтями передних лап за край одеяла, он, пятясь, потянул его на себя. Гендевец, почувствовав, что его плечам становится холоднее, чем было раньше, успел перехватить уползающее имущество и закутался так, что повтор попытки сделался невозможным. Животное это раззадорило. Оно немного побегало и попрыгало, как небольшой кабанчик, по отчаянно пытавшейся не проснуться жертве.