Наконец-то!
Шрифт:
— Да. Я была вчера в Натчезе с Тони.
Мэри испуганно вскрикнула:
— Ох, милая! Неужели ты позволишь этому монстру опять разбить твое сердце?
— Он не монстр, — холодно отозвалась Арабелла, протягивая гостьям стаканы с лимонадом.
— Я так и знала! Он только недавно вернулся и уже успел тебя околдовать! Ты что, забыла, сколько страданий этот человек причинил тебе пять лет назад? Вот уж не думала, что ты такая… такая…
— Дура? — подсказала Арабелла с кривой усмешкой.
— Вот именно!
— Не
Арабелла и Мэри уставились на нее, открыв рты. Еще не было случая , чтобы Агата вступилась за Арабеллу. Слегка смутившись, Агата взбодрилась глотком лимонада и пробормотала:
— Во всяком случае, мне так кажется.
Мэри растерянно заморгала и спросила у Арабеллы:
— Ну? У тебя в самом деле была веская причина?
Арабелла замялась, пытаясь решить, о чем можно рассказать мачехе, а о чем не следует. Разумеется, она умолчит про свои визиты к Лейтону и Тони Даггету — так же, как и про попытку ограбления на темной дороге. Однако ей вряд ли удастся скрыть ночное нападение: о нем знают Тидморы и остальные слуги, значит, через какое-то время слух дойдет и до Мэри.
Арабелла нехотя начала:
— В среду ночью ко мне в спальню забрался вор с ножом.
Мэри охнула, ее голубые глаза округлились от ужаса. Агата же и бровью не повела.
— Не волнуйтесь, никто не пострадал, — поспешно добавила Арабелла.
— Вор с ножом? — вскричала Мэри. — Он тебе угрожал? Милая, ты, наверное, до смерти испугалась?
Арабелла улыбнулась:
— Вовсе нет. Я пришла в ярость!
Агата кивнула:
— Я бы на твоем месте почувствовала то же самое. Каков наглец! — Она выжидательно смотрела на Арабеллу. — Надеюсь, ты его проучила?
Проникаясь все большей симпатией к Агате, Арабелла с вызовом ответила:
— Само собой. Я ударила его графином по голове и выбежала из спальни. Когда я вернулась вместе с Тидмором и другими слугами, злодея уже не было, но на графине осталась кровь, значит, я его ранила.
— Арабелла! — воскликнула Мэри, напуганная столь дикой выходкой своей падчерицы. — Ты дралась с этим типом?
— Молодец! — пробасила Агата. — Клянусь Боком, я сделала бы то же самое! Еще не хватало, чтобы всякие негодяи пугали невинных женщин в их же собственных домах! Поделом ему.
— Да, конечно, — пролепетала Мэри, немного успокоившись. — Но неужели тебе совсем не было страшно?
— Сначала было, — призналась Арабелла, — но потом я так разозлилась, что забыла про страх. — Она грустно добавила: — Ты же знаешь, какая я вспыльчивая — в детстве ты часто меня за это ругала.
Мэри ласково улыбнулась:
— Пожалуй, на этот раз твоя вспыльчивость сослужила
— Э… видишь ли, я была слегка встревожена случившимся — ты, конечно, можешь себе это представить, — сочиняла на ходу Арабелла, — а в пятницу мне надо было ехать в Натчез, к мистеру Хэйту. Я хотела уже отказаться от этой поездки, но тут подвернулся Тони и, узнав о моем затруднении, вызвался меня проводить. Ну я и согласилась.
Доверчивая по натуре, Мэри удовлетворенно кивнула. С ее точки зрения, это было вполне разумным объяснением, она сама никогда не выходила из дома без сопровождения, желательно мужского. Но тетю Агату было не так-то просто обвести вокруг пальца: она лукаво взглянула на Арабеллу, как бы говоря «кому ты рассказываешь сказки», вскинула бровь, но смолчала.
— Я тебя понимаю, — после паузы заговорила Мэри. — Обстоятельства сложились так, что ты была вынуждена поехать с Тони. Но ведь ты не собираешься возобновлять с ним отношения, Белла? — взволнованно спросила она.
Арабелла не умела лгать. Ей не хотелось обманывать мачеху, но выхода не было. Вчерашние события показали, что Тони не даст ей оттеснить его в Тень, впрочем, она уже жалела, что такая жестокая мысль вообще пришла ей в голову. Пусть он жестоко обошелся с ней, но он не заслуживает того, чтобы с ним обращались, как с последним ничтожеством. Конечно, она не будет на каждом углу Натчеза кричать о своем романе с Даггетом, но и делать вид, что они незнакомы, было бы смешно.
Арабелла вздохнула.
— Мое сердце для него закрыто, — тихо сказала она, — но я не намерена избегать его общества, если мы случайно встретимся на людях.
— О Белла, не говори так! — горько вскричала Мэри.
— Ей не остается ничего другого, — спокойно произнесла Агата. — Ясно как день, что девочка до сих пор его любит!
Глава 12
Выражение неподдельного ужаса на лице Мэри чуть не рассмешило Арабеллу. Однако положение было слишком серьезным, и перед ней стоял непростой выбор: солгать или сказать правду?
Вообще-то она не собиралась посвящать мачеху или кого бы то ни было в свои сердечные тайны. Но предложение Агаты требовало ответа. Арабелла вздохнула. Проще было бы солгать — сказать, что она равнодушна к Тони Даггету… но что-то в ней восставало против этого. Она стыдится своей любви? Нет, хотя без этого чувства ее жизнь текла бы гораздо спокойнее.
Арабелла сделала глубокий вдох, посмотрела на мачеху и тихо сказала:
— Тетя Агата права. Я все еще его люблю.
— Что? Этого ужасного человека? Говорят, он убил обеих своих жен? Как ты можешь его любить?