Накануне
Шрифт:
– - Мирошкина очередь, -- ответил Костяжко. -- А что?
– - С кем он? -- спросил Сашка.
– - Сам собою, -- сказал черниговец.
– - Веревку можешь найти? -- спросил Сашка и уточнил. -- Длинную.
– - Зачем тебе? -- удивился Костяжко. -- Ты, давай лучше быстрее собирайся.
– - Потом расскажу, -- пообещал Сашка. -- Так найдешь?
– - Где я ее возьму? -- растерялся черниговец.
– - А зачем тебе веревка? -- спросил Местятка, справившись с шеломом.
– - Долго объяснять, -- отмахнулся Сашка. -- А веревку спросите у Василя. Скажите я просил. И это пусть сам придет еще.
Церковный служка, писавший их в охотники,
Пока Сашка облачался в бронь, парни выполнили его просьбу. Привели Василя, но без веревки. Сашка тем временем растолкал спящего Мирошку, и отведя приятелей в сторонку изложил суть дела. Удивительно, но друзья согласились и даже Мирошка не стал возражать, признав старшинство Сашки.
– - Ну и голова ты, Александр Борисович, -- уважительно сказал он.
Сашка обрадовался, возгордился. Впервые за все время его назвали по имени отчеству. А то все Сашка да Сашка...
– - Ну, бог нам в помощь, друже, -- сказал он, расправив плечи и гордо задрав подбородок.
Черниговский князь за время сиденья в осаде осунулся, в бороде и на висках прибавилось седых волос, под глазами образовались темные мешки.
– - Переживает, князь, -- подумал Сашка, глядя на разом состарившегося князя.
Михаил Всеволодович собрал всех своих гридней и вооружил отроков, к ним присоединились охотники на службе епископа. Едва набралась большая сотня. С такими силами атаковать лагерь волынян с галичанами - сущее самоубийство. Хорошо хоть коней князь выделил для охотников. Сашке было жалко потерять своего коня - слишком он уж дорог, да и пригодиться еще.
– - Сладили бы свои пороки, да и разметали бы ворох галицкий, -- недовольно пробурчал он, когда они выехали из детинца.
– - Не тебе указывать, -- резко осадил молодого Степан. -- Не твоего ума дело.
– - Как же не моего, -- совсем тихо пробурчал Сашка. -- Раньше надо было вылазку сделать...
Но Степан услышал.
– - Сказано - умолкни, -- прикрикнул он.
Сашка замолчал. У ворот их ждали. Видно остались в городе люди верные князю. Все они собрались по его зову. Были тут земские бояре, торговые люди и состоятельные ремесленники. Но все равно, их было слишком мало, чтобы рассчитывать на успех. Две с половиной сотни шли на смерть за своим князем. Их лица при свете горевших у ворот костров, касались сосредоточенными и, какими-то одухотворенными, что ли.
Князь Михаил Всеволодович решительно направил коня в створ открытых ворот, за ним под княжеским стягом последовали его немногочисленный двор и оставшиеся верными горожане. Еще с вечера, как стало понятно, что ятить Мстислава Глебовича, так смело объявившегося на вече, не получилось, тот как сквозь землю провалился, князь понял, что пора пришла действовать. Любимый боярин Федор был послан в Резань с просьбой о помощи. Родственники в Резани, как рассчитывал князь, должны помочь. На счет бескорыстия резанского князя, умудренный опытом черниговский князь не строил иллюзий. Резанцы воспользуются сварой в черниговской земле, чтобы оттяпать волость другую. Пускай.
Сейчас главное сжечь пороки, что бы Мстислав Глебович не смог выступить заступником Чернигова перед галицким князем. Иначе, с черниговцев станется - позовут себе на стол нового князя, что
Князь разделил отряд на две части. Сам со своим двором ушел понизу, по дороге стелящейся по дну оврага. Он обойдет стороной вражеский лагерь и ударит во фланг, и тут горожане должны поспеть на помощь князю.
Сашка чуть не прозевал начала атаки. Время тянулось медленно. Он вначале вслушивался в ночную тишину, пытаясь разглядеть атакующих гридней, но кроме завывания ветра ничего не слышно и крупные хлопья кружащегося на сильном ветру снега сводили видимость к минимуму. Даже пороки было не разглядеть, а до них всего-то рукой подать. И вдруг среди завывания ветра сотники услыхали какой-то шум.
– - Пора, -- просто, совершенно буднично сказал Домослав Завидович.
Они атаковали. Всадники ударили первыми. Одни прямо с седел перепрыгивали через оборонительные заграждения поставленными галичанами, другие пытались растащить их, давая дорогу пешим. Сашка сходу перемахнул через опрокинутые на бок сани. Успел заметить движение справа и изогнулся, отворачиваясь от удара копьем. Вспомнив уроки Степана метнулся в сторону, с ноги ударив мужика в длиннополой шубе. Тот упал на спину. Сашка вырвал сулицу из его рук, отскакивая в сторону. Очень вовремя. Бородатый мужик налетел на него размахивая боевым топором. Пришлось ткнуть ему сулицей в лицо и забыть, быстро сместившись в право. Копейщик опять атаковал, целя в Сашкин бок. Пришлось опять проявлять чудеса изворотливости. Удачно ухватился за древко копья, дернул на себя, и в этот момент сам ткнул сулицей, но не достал противника. Упавший уже поднялся на ноги, заходя Сашке со спины, а мужик с топором наседал сбоку. Пришлось рискнуть. Выпустив вражеское копье, метнулся в сторону копьеносца, плечом сбив его с ног. Сам не удержался - упал рядом. Быстро перевернулся, но пришлось выпустить из рук сулицу. Мужик с топором уже наскочил на него, замахнувшись для удара. Сашка успел попрощаться с жизнью, когда мужик пал на колени, выронив топор из рук. Из-за его спины вынырнул Местятка с зажатым в руке луком. Защелкала тетива и еще один враг упал рядом с Сашкой, глядя на парня ненавидящим взглядом.
Копейщик сбитый Сашкой с ног притворился мертвым, и его в суматохе пропустили. Рядом нарисовался Костяжко с обагренным кровью мечом.
– - Ну ты даешь, Александр Борисович, -- весело крикнул Костяжко. -- Сам собою против многих попер.
– - Если бы не вы, парни - лежал бы я тута, -- едва переведя дух, сказал Сашка.
– - Надо проход сделать, -- напомнил Костяжко.
– - Ты этим и займись, -- Сашка вспомнил, что должен командовать. -- А мы прикроем.
Сказал, как накликал. Из темноты вынырнули галичане. Все при оружии и бронные. И очень злые. Местятка метал стрелы, а Сашка подобрал сулицу и топор. Вдвоем они вряд ли остановят врага. За считанные мгновения их сомнут, и Костяжко не успеет впустить подмогу. Но тут раздался зычный голос Степана:
– - Стена!
Сашка не сообразил, что от него требовалось. Метнув на бегу сулицу, он, размахивая топором вломился в набегающие ряды вражеских воинов. Удар, отскок, бросок вперед. Присесть, уходя от удара. Самому рубануть по ноге, опять бросок. Удар кулаком, на замах нет времени, тычок топором в бородатую рожу. Успеть отпрыгнуть назад, крутануться на месте, зацепив чей-то локоть.
– - Стоять! -- сквозь завывания ветра услышал он голос Степана, но сообразить, что к чему он уже был не в состоянии.