Наизнанку
Шрифт:
– Что украдет?
– Что-что… игрушки твои! Будешь тогда знать.
– Сама же сказала, спроси, как его зовут.
Я усмехнулся. Мальчишка понравился мне гораздо больше, чем его папаша. Возможно, я предвзято отношусь к этому парню, но ничего из того, что я о нем узнал, не дало мне повода уважать его.
Поздно вечером у меня оказалось несколько десятков минут свободного времени, и я провел его в своем гостиничном номере, перебирая в уме события уходящего дня. Алина так и не узнала меня, значит подготовка декорации в «Золотом
Меня так ослепляла уверенность в крепости нашего союза, в силе связывающего нас чувства, что за двадцать семь лет поисков я ни разу не задумался о том, как буду действовать потом, достигнув своей цели. И теперь, когда ожидания рухнули самым жестоким образом, я ощущал растерянность, что было абсолютно непривычно и сбивало с толку. С горечью я признавал, что стал совершенно чужим самому близкому и родному существу на земле. Неведомое доселе тягостное чувство бессилия перед тем, что я никак не мог изменить, пробуждало во мне темную, жгучую ярость на весь белый свет. В такие моменты я начинал бояться самого себя.
Мне захотелось увидеть Алину снова. Как ни странно, это успокаивало меня. Я откинулся на спинку неудобного стула, закрыл глаза, сконцентрировался…
Забравшись с ногами на диван, Алина читала книгу в окружении домочадцев. Пробивающееся сквозь прозрачную штору заходящее солнце подсвечивало ее умиротворенное лицо. Рядом пристроился муж. Приобняв одной рукой девушку, в другой он вертел пульт от телевизора, смотрел вечерние новости. Что она нашла в нем? Абсолютная посредственность. Мальчишка ползал на полу и что-то собирал из конструктора. В общем, моему взору представилась приторная до слащавости сцена семейной идиллии. Мне расхотелось на это смотреть, но что-то держало меня, и я продолжал наблюдать.
Спустя некоторое время Алина отложила книгу, и смог разглядеть название – «Грозовой перевал» Эмили Бронте. Девушка встала и увела Илью в спальню. ,Я слушал, как она, нежно напевая, укладывала ребенка спать. Тот недолго сопротивлялся, и, в конце концов, покорно свернулся под одеялом и засопел. Алина выключила ночник в виде гномика над детской кроваткой и направилась в душ…
Мне пора было уходить, и усилием воли я заставил себя вернуться. Перед глазами стояло обнаженное стройное тело, омываемое тонкими струйками воды. Я встряхнулся, отгоняя манящий мираж, распахнул оконные рамы и прыгнул в прозрачную холодную ночь.
Глава 2.
До выходных я решил не беспокоить Алину, чтобы избежать ненужных подозрений. Но в субботу утром уже был возле ее дома. День выдался солнечный, хотя температура поднялась всего до 8 градусов по Цельсию. Я приметил скамейку, удачно расположенную в отдалении от Алининого подъезда, откуда можно было наблюдать за ним, не рискуя быть преждевременно замеченным. Долго ждать не пришлось.
Первым из подъезда вылетел Илья и со всех ног помчался к футбольному
– Илюша, осторожней, смотри под ноги! – неслось ему вслед.
Алина вышла из дома и поспешила в след за сыном. Волосы убраны в высокий хвост. Голубые джинсы, вязаный сиреневый свитер и надетая поверх бежевая куртка составляли ее прогулочный наряд.
– Мама, давай в футбол! – восторженно кричал ребенок.
Какое-то время они вдвоем гоняли мяч. Илья горланил на всю улицу, Алина смеялась. Вскоре во дворе появилась ватага мальчишек, и девушка, оставив счастливого сына в компании юных футболистов, устроилась на скамейке неподалеку.
Я подошел к Алине, сделав вид, будто удивлен случайной встречей, и поприветствовал ее.
– Добрый день, – ответила мне она дежурной улыбкой, – А вы родственникам скучать не даете.
И отвернулась, делая вид, будто наблюдает за детьми.
– Хорошая сегодня погода, – я с шумом вдохнул и выдохнул воздух, – Весной пахнет.
– У меня нос заложен, – буркнула Алина, но тут же будто спохватившись от собственной грубости с вежливой улыбкой продолжила, – Но вы правы. Хотя грустно это. Где-то уже сирень отцвела, а у нас только-только снег растаял.
– Если не нравится север, можно уехать отсюда. Туда, где тепло, где солнце. В Малайзию, например. Или в Тунис.
Она посмотрела на меня как на идиота и отвернулась. Похоже я теряю контроль над ситуацией. Такой результат меня совершенно не устраивал. Я внутренне собрался и сконцентрировался. В конце концов, я знаю свои способности. Ко мне не может остаться равнодушной ни одна человеческая особь. Мужчины опасаются и предпочитают не связываться. Женщины считают невероятно привлекательным. А она сейчас всего лишь женщина.
Присев на корточки возле девушки, я заглянул Алине в глаза и с улыбкой произнес:
– Или в Индию. Была на Гоа?
– Нет, – пробормотала она, не отводя взгляд, – какое там Гоа.
– А вот мои сотрудники туда частенько летают.
– Какие сотрудники?
– Сотрудники корпорации «Золотой Ясень», – важно произнес я и сделал вескую паузу, – Отпуск дважды в год, бонусный фонд, премиальные от шефа! Так что летают. И на Гоа, и в Таиланд. Секретарша шефа недавно из Парижа вернулась.
– Золотой ясень? Никогда не слышала о такой организации. А чем вы занимаетесь?
– Продаем разные металлы, золото в основном. Сейчас самый выгодный бизнес. Нефть штормит, валюты скачут, а у нас все стабильно.
– Хорошая у тебя работа.
– У меня замечательная работа! А сколько там интересных задач. Скоро выходим на международный рынок. Наши филиалы уже по всей стране. К нам приходят известные люди. Директор лично знаком с президентом. А офис знаешь где? Окна выходят на центральную площадь. Интерьер оформлял итальянский дизайнер. А по утрам всем сотрудникам секретарша делает капучино.