Надлом
Шрифт:
— Джо, — в темноте шикаю я. — Хай, Ури. — Ответа нет. Я шепчу снова, на этот раз громче.
Ответа всё нет. Пошло всё к чёрту! Я открываю рот, чтобы закричать.
— Прошу, не надо.
— Почему нет?
— Я хочу пострадать в тишине. Помнишь?
— Неужели я похожа на того, кого это волнует? — говорю я, подражая ему. — Потому что
это не так.
— Придут охранники. И не очень-то обрадуются. — И хотя это предупреждение, по его тону
видно, что ему нет до этого
— Ах, ну тогда, ты должен знать, что у меня нет цели — нести людям радость.
Я вижу блеск его зубов. Он улыбается.
— А я уж было подумал.
— Просто скажи, где мои друзья, и мне не придётся кричать, — предлагаю я.
— Наш вид всегда славился умением вести переговоры. — Он поднимается на ноги, променяв
страдания в тишине на мою очаровательную компанию. Он двигается напряжённо, словно готовясь
наброситься в любой момент. Мой упрямый экскурсовод примерно моего возраста, может, судя по
его щетине, где-то на год старше. Ему идёт образ плохого парня, и можно точно сказать, что он
горяч, правда, сейчас совсем не время об этом думать. Надвигающаяся смерть заставляет сменить
приоритеты.
Мягкая кожа, спутанные длинноватые волосы, полные губы, девически-длинные ресницы,
чёрные глаза, чёрная футболка, чёрные джинсы, заправленные в чёрные военные ботинки. Не
удивительно, что я не могла его найти в темноте. Судя по кровавому порезу на губе и опухшему
левому глазу, его не так давно избили. В уголке его рта играет озорная ухмылка, а глаза горят даже в
этой адской бездне, говоря о том, что он вряд ли к чему-нибудь относится серьёзно.
Вдруг до меня доходит смысл его слов. Наш вид.
Я отступаю и сердито замечаю:
— Ты — демон!
Неповреждённая часть рта расплывается в лёгкой улыбке, похоже, его нисколько не задело
моё обвинение. С чего бы это? Я в ловушке.
— Полукровка, — пресыщено поправляет он. — Так что, да, я такой же демон, как и ты.
Полукровка. Впервые встречаю себе подобного. На ум приходит масса вопросов, но я
отодвигаю их подальше. Сейчас действительно не время.
Улыбка парня становится немного шире.
— Может, больше тебя, ведь, по правде говоря, я уже побывал на стороне демонов. — Он
улыбается ещё шире и вздрагивает от боли. Я чувствую кровь. — И я уж точно не ошиваюсь с
тамплиерами.
У меня округляются глаза.
— Откуда ты знаешь, что я дружу с тамплиерами?
— Потому что я работаю под прикрытием, и у меня есть тщательно продуманный план, как
обмануть тебя. — Я смотрю на него во все глаза, и он поднимает руки. — Расслабься. Мне это
известно, потому что
чтобы проследить взлядом за его рукой. — Когда их привели, они были в сознании, но затем они
разозлили охрану. И теперь они без сознания.
— Сколько их? — спрашиваю я, всматриваясь в темноту. — Сколько человек сюда привели?
— Моё сердце начинает биться быстрее от страха перед тем, что я увижу или не увижу.
— Трое, — отвечает он. Я снова могу дышать.
В итоге, в шести метрах отсюда, мне удаётся различить какую-то неровную кучу. Я не могу
быть полностью уверена, что это они, но пока они без сознания, кричать нет смысла.
— Уверен, что это они?
— Тебе придётся поверить.
Я пропускаю его слова мимо ушей.
— Ты уверен?
107
— Два парня и одна девчонка. — Он морщится. — Очень громкая девчонка.
Это они. Мне так тяжело дышать, что приходится запрокинуть голову.
Теперь, когда мой главный страх был унят, я могу уделить больше внимания парню. На
данный момент, в моём распоряжении не так-то много оружия, да и найти его здесь будет очень
сложно. Как минимум, мой новый знакомый мог бы стать ещё одним телом, которое можно бросить
медведям. И если бы пришлось выбирать между ним и Джо, я бы скорее остановила свой выбор на
нём из-за его атлетического телосложения.
— Так что же ты здесь делаешь? Ты не привык к образу хорошего парня, не так ли? — Делаю
паузу. — Уже слишком хорошо вжился в роль?
Он фыркает.
— Боюсь, мне едва ли это удалось. Судя по тому, что они придут, из меня плохой актёр.
— Тогда в чём дело?
— Почему я должен отвечать? — Он подходит максимально близко, но к ограде всё же не
прикасается.
— Потому что, если ты этого не сделаешь, я буду разговаривать сама с собой. — С делав
паузу, я зловеще добавляю. — Или петь.
— Звучит опасно.
— Ты даже не представляешь насколько. Ты бы предпочёл, чтобы я кричала.
Полные губы изгибаются в понимающей улыбке. Вот бы убрать её с этого милого личика. Мы
стоим слишком близко, меньше чем в полуметре друг от друга, разделяет нас лишь решётка.
Причиняющая боль решётка, но всё же. Я отступаю на шаг и прочищаю горло. Его улыбка
становится шире, когда он замечает мою неловкость.
Я решаю перейти в наступление.
— Итак, почему ты здесь?
— Не привык соблюдать правила.
— Какие, например?
Он медлит, изучая моё лицо.