Надлом
Шрифт:
115
трусливо молчат. Джо и Хай ругают их последними словами. Но с тем же успехом на их месте могла
бы быть пара древесных лягушек, на которых никто не обращает внимания. Когда демоны подходят
к моей клетке, я готова встретить их. Во мне закипает ярость. Я рычу и шиплю, готовая к атаке.
Ненависть, которая накопилась во мне, ищет выход. Но один из главных машет рукой, и я цепенею.
Я ничего не могу сделать, пока они сковывают
только я оказываюсь за её пределами, демоническая сила наполняет мои вены и возвращает
способность двигаться. Но сколько я не пытаюсь избавиться от оков, у меня ничего не выходит. Я
беснуюсь, лягаюсь и кричу. Арманд встречается со мной глазами.
Сдайся — вот что говорит его взгляд. В ответ я лишь широко улыбаюсь.
Демонский эскорт вёдет меня по извивающимся лестницам. Руки демонов сжимают
предплечья, а когти впиваются в кожу. Я извиваюсь, надеясь хоть кого-нибудь сбросить с этой
лестницы. Я жажду увидеть, как череп этого бедолаги разобьется об камни. Но демоны крепко меня
держат. На вершине лестницы длинный коридор, но я понятия не имею, куда он ведёт, так он петляет
и извивается, напоминая змею. Упирающиеся в потолок арки похожи на кафедральный собор. Они
поддерживаются с помощью каменных колонн, украшенных яркими фресками. Всё вместе это
напоминает мрачную версию Сикстинской Капеллы. Факелы освещают пространство вокруг,
драматически подчеркивая одни детали, в то время как другие остаются в тени. Я не рассматриваю
фрески, но беглый взгляд то и дело выхватывает прекрасных монстров, языки пламени и корчащихся
в муках людей. Но самая необычная деталь это клыки.
Наш коридор разветвляется на несколько более мелких. Сквозь арочные проходы можно
увидеть комнаты с высокими потолками. Моя малоуважаемая охрана копошится рядом. Наши шаги
эхом отдаются от гранитного пола, как барабанная дробь — бам-да-да — перед казнью.
Мы поворачиваем в другой тоннель, который чуть поменьше остальных. Коридоры, похожие
как две капли воды, все тянутся и тянутся. Они петляют, опускаются и поднимаются, словно делая
всё возможное, чтобы запутать меня. И все же я пытаюсь запомнить их, если вдруг получится
сбежать. Наконец мы подходим к коридору, который отличается от других. Кажется, это маленькое
прямоугольное помещение высекли прямо в камне. Стены грубые и более рыхлые, и походит больше
на пещеру, нежели на коридор. Оно постоянно клонится вниз, а воздух становится прохладнее.
В самом низу обнаруживается покрытая ржавчиной металлическая дверь, в центре которой
есть небольшое окно. Один из демонов, андроген с подведёнными глазами, наряженный в строгий
костюм,
сдвигается, открывая взгляду длинный каменный тоннель. Я не могу разглядеть, где он кончается.
Я начинаю вырываться еще отчаянней. Бесполезно. Их шесть, а я одна. Но я не из тех, кто
легко сдаётся. Я изгибаюсь и ударяю демонессу по носу. Ее нос хрустит, а сама она начинает
визжать. Я смеюсь. И не собираюсь останавливаться, даже если этот смех будет последним в моей
жизни. На месте демонессы появляются два других демона и вталкивают меня в тоннель. Я тяжело
приземляюсь на связанные ладони, пока демоны захлопывают и запирают дверь. И снова я под
замком.
Я шевелю рукам и понимаю, что оковы исчезли. Они просто растворились. Демоническая
магия в деле. Я вскакиваю и всем весом ударяю в дверь. Я толкаю её, как могу, но она не поддается.
Я кричу на своих сопровождающих, но они остаются бесстрастными. Я оглядываюсь в поисках
другого выхода. В конце туннеля бесконечная тьма смягчается завесой света.
У меня нет ни малейшего желания идти туда. Это явно плохая идея, но выбора мне не
оставляют.
116
Сейчас я слышу голоса. Они шепчутся, бормочут и визжат. Это толпа — не люди, а сборище
демонов — ждет именно моего появления. Что бы они ни запланировали для меня, это явно будет
публичным спектаклем.
Я стискиваю кулаки и думаю про Ури. О да, я устрою им шоу, которое они никогда не
забудут.
Я двигаюсь к завесе. С каждым шагом моя одежда исчезает. Окровавленная рубашка и
порванные джинсы сменяются пышной чёрной мантией, свисающей волнами позади меня. Как и у
всего здесь, её красота тёмная, свободная и неправильная. Шёлк, мягкий на ощупь, скользит по телу.
Металлические заклепки украшены бусинами. Сетчатый подол неровный — порванный, а не
обрезанный. Я смотрю сквозь маленькую вуаль, прикрепленную к шляпке, вроде тех, что носят на
похоронах. Её нельзя назвать неуместной, но покойники такое точно не носят. Глухой от моих
кроссовок по обсидиановому полу сменяется цоканьем каблуков. Я не спотыкаюсь. Я слишком
сильна, слишком грациозна благодаря энергии демона, наполнявшей меня. Я стала жертвенным
ягненком, приготовленным для церемонии. Но я — не ягненок, и вот почему никогда не
существовало ''жертвенного волка' . Сердце колотится. Моя темная сторона отбрасывает прочь
жертвенность и сосредотачивается на начале волка.
Я достигаю конца тоннеля и останавливаюсь. Мой Голод готов к кровавой бане, но какая-то