Надежда победителя
Шрифт:
Эдгар Толливер фонтанировал бодростью, должно быть, урвал пару часиков сна. Первую его колкость по поводу налета отряда охраны я пропустил мимо ушей, а после второй тихо сказал ему в ухо:
– Мистер Толливер, хватит. Признаю, я спорол глупость, но сколько можно об этом твердить? Не сыпьте соль на рану.
– Что вы! У меня и в мыслях этого не было! – деланно спохватился он. – Я так рад, что в наше болото ворвалось нечто новое! Ворвалось и развеяло скуку!
Каков наглец! Во мне все всклокотало.
– Вам скучно? Я
– Есть, сэр, – невозмутимо ответил Толливер.
Может, он привык рано вставать? До меня вдруг дошло, что я до сих пор этого не знаю. Как я невнимателен к людям!
– Сэр, вас к телефону, – доложил стюард. Я подошел к аппарату у двери.
– Сифорт слушает.
– Адмирал Дагани. Получил ваше сообщение час назад. Думаю, вы правы, инцидент вызовет кривотолки, особенно неприятные для нас после несчастного случая с кадетом в Фарсайде. Если информация просочится в прессу, конкурс в Академию может упасть. Никому ничего не говорите, я все улажу, пришлю к вам людей за… э… за грузом.
– За чем?
– За грузом! – рыкнул адмирал. – За тем самым грузом, сообщение о котором вы передали с гардемарином. Мы разберемся с грузом здесь без лишнего шума. Некий офицер будет переведен на другое место службы, только и всего.
– Вы хотите перевезти… – Назвать Слика «грузом» у меня не поворачивался язык. – Вы хотите перенести проблему в Лунаполис, оформив переход в иное качество как переход на иное место службы?
– Черт вас возьми, Сифорт! А как вы это себе представляли?! Вы просили меня помочь?
– Да, сэр.
– Вот я и помогаю. Я устрою все за день-два, пришлю вам вертолет, он отвезет груз в лондонский космо-порт.
Меня охватили дурные предчувствия.
– Сэр, а что если… – Вдруг я понял, что мямлю, как Адам Тенер.
– Ни о чем не беспокойтесь, все будет сделано в строжайшем секрете. Помните ложную тревогу, когда якобы обнаружили рыб? А на самом деле никаких чудищ в Солнечной системе не оказалось. Мы с такими происшествиями справляемся хорошо. – Адмирал положил трубку.
У меня на душе кошки скребли. Насчет истории с рыбами Дагани был прав. Журналисты так и не узнали, что на самом деле рыбы в Солнечной системе были. Правда, некоторые въедливые борзописцы чесали по этому поводу языки, пытались посеять сомнения, издевались над плохой системой наблюдения флота, но раздуть скандал им не удалось.
Я вернулся к круглому столу.
– Хорошие новости? – поинтересовался Толливер. Его учтивость была невыносимой.
– Очень хорошие, – ответил я, жестоко терзая рулет.
Раздался грохот, полетели осколки тарелок. Кадет, уронивший поднос, испуганно съежился – наряд обеспечен. За одним из столов засвистели, заулюлюкали. Я вскочил:
– Сержант Ольвиро!
Сержант встал навытяжку.
– Простите, сэр, больше этого не повторится. Я объясню им, как надо себя вести в столовой.
– Объясните как следует, черт возьми! – прогремел я вне себя от ярости. – Возмутительно! Пришлите этих хулиганов ко мне в кабинет завтра ут…
– Извините, сэр, – вмешался Толливер, очутившийся рядом.
– Идите за свой стол, лейтенант, – огрызнулся я. – Подождите, пока я разберусь с…
– Это не терпит отлагательств, – вежливо, но твердо настаивал Толливер, встав между мной и сержантом. – Пожалуйста, выслушайте меня. Срочное сообщение.
Пришлось отойти с ним в сторону.
– Выкладывай, – злобно прошипел я.
– Возьмите себя в руки! – прошептал он так тихо, что я едва расслышал.
– Опять дерзишь!? Уволю!
– Но пока я ваш помощник и обязан защищать вас даже от вашей собственной глупости. Об истории с отрядом охраны знают немногие, а сейчас вы выставили себя на посмешище перед всеми кадетами!
Сквозь ярость, как сквозь вату, до моего сознания постепенно дошло, насколько необычная в столовой стоит тишина. Из-за чего я разорался? Из-за сущего пустяка!
Я сделал глубокий вздох, еще один, потом, едва держась на ногах, подошел к сержанту Ольвиро, заговорил с ним совсем другим тоном, как мне казалось, доброжелательным:
– Сержант, я хотел сказать, что кадетам не подобает смеяться над промашкой товарища. Беда одного – беда всех. Побеседуйте с ними на эту тему, пожалуйста.
Я вернулся за круглый стол. Лейтенант Бьен покосилась на меня и отвела взгляд. Боже мой, до чего я дошел?! Недосыпание и расшатанные нервы не могут служить оправданием.
– Спасибо, – пробормотал я Толливеру.
– Если хотите, я поговорю с сержантом Ольвиро после ужина, – промолвил он.
– Конечно. – Я прикрыл глаза, прислушался к себе. Уши горели. Какой позор! Что я натворил? Доказал, что в начальники Академии не гожусь.
– Простите, сэр, вам снова звонят, – доложил стюард.
– Кто?
– Не знаю, сэр.
Я опять потащился к двери. Замучили. Может быть, таскать с собой мини-телефон?
– Сифорт! – гаркнул я в трубку.
– Никки?
– Анни! Как поживаешь, лапочка?
– Не знаю… Честно, Никки, не знаю. Иногда мне хорошо, иногда плохо. Иногда я думаю о…
– Понимаю, понимаю… – Конечно, она думает о нашей встрече!
– О том, что со мной сделали в Сентралтауне.
Я зажмурился, прислонился к стене. С тех пор, как ее жестоко изнасиловали и ограбили, она не обмолвилась об этом ни словом. Значит, теперь дела у нее пошли на поправку. Теперь она может справиться со своим горем.
– А у тебя как дела, Никки?
– Нормально. Скучаю по тебе.