Начало
Шрифт:
Если ты сложишь числа года и поставишь рядом числа дня и месяца, получишь ряд.
Все равно не поняла? Я прав, пленительная Меган?
Ряд — это совершенство.
Она была совершенство.
Но эти мерзавцы женихи его разрушали.
Поэтому я всегда уходил из дома. Я оставлял ее с ними и убегал к моему букинисту.
Однажды, придя туда, я увидел, что я не единственный посетитель.
В лавке находился еще один занятный тип. Высокого роста, очки в очень тонкой оправе, небольшая бородка, слегка поседевшие,
А глаза!.. Светло-голубые. С серым отливом. Магнетические.
«Ну что, понравилась тебе история о Фибоначчи?» — спросил меня хозяин лавки, едва я вошел.
«Очень. Я хотел бы узнать о нем больше».
Хозяин с недоверием взглянул на меня.
И дал знак следовать за ним в заднюю часть лавки, конуру без света, где он заботливо хранил наиболее ценные книги. В конуре всегда стояла темнота, потому что, по его словам, свет разрушает слова. Чтобы научиться входить в истории других людей, нужна тень, объяснял он мне.
«Сэр, если позволите, — обратился к хозяину лавки элегантный тип, очутившийся за спиной. — Я думаю, что смогу помочь мальчику».
Он направил на меня свой необычный взгляд. Я ощутил сильное волнение.
Нет, только ничего себе не придумывай. Взгляд Профа не был тяжелым. Наоборот...
В нем была вера в меня. Я это почувствовал. Взгляд пытливый и пронзающий.
«Пошли, мальчик, — сказал он мне, — я знаю много о Фибоначчи и помогу тебе проникнуть в его тайну. Потому что ты особенный, это видно по тому, как ты двигаешься».
Ты что бы сделала на моем месте?
Я посмотрел на него, пытаясь понять, смеется он надо мной или нет.
И решил принять на веру его слова.
Обычно я не доверял людям.
Но иногда необходимо рискнуть.
«Пойдем, у меня есть что рассказать тебе», — повторил он, с сердечной улыбкой попрощавшись со стариком букинистом и открывая передо мной дверь.
Потом я не раз спрашивал себя, почему мне захотелось поверить этому человеку.
В нем было что-то таинственное и тревожащее. Гак или иначе, я ему поверил.
Сегодня я знаю почему.
Я был избран.
Как уникальный тип.
Один среди себе подобных.
Потому Проф и заинтересовался мной.
Ты смеешься, наивная Меган.
Смейся, смейся.
Тебе же ничего не ведомо.
«Итак, тебя интересует Фибоначчи?» — резко спросил он меня, едва мы вышли на улицу.
«Мне интересны истории других людей. Потому что у меня нет своей».
«У каждого из нас есть своя история. Каждый из нас оставляет свой след на земле. Твой будет особенным, я тебя уверяю».
«Как вы можете это угадать?» — спросил я его.
Манера говорить загадками все больше действовала мне на нервы.
«Я не угадываю. Мне подсказывает опыт. Я ученый, врач, если точнее, и довольно неплохо разбираюсь в людях.
«И я отношусь к таким людям?»
«Не исключено, мальчик. Не часто встречается, когда в таком возрасте интересуются Фибоначчи. В числовом ряду Фибоначчи скрыто множество тайн».
«Какие же?»
«Тебе это на самом деле интересно? А ты не слышал, мальчик, что некоторые знания таят в себе опасность?»
«Я не боюсь», — рассердился я.
Мне казалось, он насмехается надо мной.
«Посмотрим. Если мы подружимся, я многое тебе расскажу».
«Дружбы не существует!» — выкрикнул я, сильно раздосадованный его нескрываемым, как мне казалось, чувством превосходства.
Мне расхотелось тратить на него свое время.
«И еще кое-что, мальчик, — продолжал он, как будто не замечая моей досады, склоняясь ко мне и протягивая руку с явным намерением дотронуться до моей правой щеки. — Тебе надо заглянуть ко мне в студию. Я смог бы тебе помочь с этим».
Я инстинктивно отступил от него и закрыл лицо рукой.
Никому, повторяю, никому я не позволял дотрагиваться до меня.
Никто не мог коснуться рукой моей Корки, моего безобразного нароста, этой отметины на моей щеке и шее. Этой ужасной визитной карточки, знака моего уникального уродства.
«Это называется псориаз, — сказал он. — Я это лечу».
Я отступил еще на шаг, мне захотелось убежать от него, спрятаться, но он остановил меня пристальным взглядом своих холодных голубых глаз.
«Ты вправе уйти, но запомни: тот, кто наделен даром, не может избавиться от него. Нас выбирают не случайно».
Он протянул мне свою визитную карточку, повернулся и зашагал по улице прочь.
ГЛАВА 12
28 октября
Вторник
9:15
Отлично, подумала Фло, сегодня играется финал.
Помешанная на Шекспире, Сондерсиха лютовала, стараясь вытащить к доске как можно больше учеников. В такой день. Самый знаменательный в году. День бала в честь восемнадцатилетия Стейси. Первой красавицы школы. И самой большой дуры в школе и ее окрестностях.
Вечеринка обещала быть грандиозной.
Без Майи. Майя не была приглашена.
Фло украдкой бросила взгляд на подругу. Та сидела погруженная в раздумья. Слишком много всего случилось в эти дни, а Фло не знала, как ей помочь. Вчерашняя встреча с медиумом и странное поведение Трента оставили терпкий привкус тревоги.
Почему он повел себя так странно? Что прочитал на ладони Майи?
«Бред какой-то, — подумала Фло, — я теряю ясность ума, придавая слишком много значения фантазиям Майи».