На все руки доктор
Шрифт:
Далее задала несколько вопросов, касающихся женского здоровья. Видно, что родственница очень редко обращалась за медпомощью, потому что такие вещи заставляли ее краснеть, бледнеть и зеленеть поочередно.
Роды, отсутствие периода восстановления, слабые мышцы тазового дна — избежать сей доли не удалось. Нижний этаж он такой, требует деликатного подхода. Как еще говорила Давыдян: «Главное — удачно чихнуть!»
— Все в нашем теле взаимосвязано, надо устранять причину, а не следствие, — я посмотрела ей в глаза. — Я могу
Марика подумала, а потом нерешительно кивнула.
— Что нужно делать?
Я собиралась научить ее самым простым, но эффективным упражнениям по укреплению всего тела. А потом — специальной гимнастике для уменьшения диастаза, укрепления мышц тазового дна и стабилизации внутрибрюшного давления. Все было проверено на себе и на женщинах из моего мира, поэтому я верила, что и с Марикой все получится.
А удастся ли мне увидеть что-то целительским взором? Не зря же я читала книгу почти до рассвета?
— Расслабься, пожалуйста, — я опустила ладонь на живот своей пациентки и сосредоточилась.
Представляла, как мой взгляд проникает сквозь кожу, как я вижу бегущую по сосудам кровь, переплетение мышечных волокон.
Место соприкосновения моей руки с кожей Марики вроде бы даже нагрелось, под веками замельтешили золотистые мушки. Я пробовала и так и сяк, даже взмокла. Задерживала дыхание, водила ладонью, пыталась.
И когда уверилась в собственной бездарности, услышала громкое лошадиное ржание, доносившееся со двора. Эти звуки отвлекли, я утратила концентрацию. Гул голосов, как и ржание, становились все громче, а потом послышались крики и резкие возгласы.
— Олетта, посмотри, что там, — взволнованно проговорила Марика.
Я поднялась с колен и выглянула в окно. Маг из свиты нейта Болвейна пытается совладать со скакуном, а в того словно демон вселился!
Взвившись на дыбы, конь сбросил седока на землю.
Я ахнула и ругнулась себе под нос.
Детина оказался крепким, попытался встать, за что едва не получил копытом в лоб. Бешеную животину вовремя отогнали, а я поспешила из комнаты.
— Да что ж такое творится? Понаехали, одни проблемы от них.
— Олетта, подожди! — Марика кинулась поправлять одежду.
Делать нечего. Придется спасать очередного несчастного.
Глава 38
Что это было?
Пострадавшим оказался молодой нейт Ламини — маг-ищейка. Его конь взбеленился на ровном месте и устроил мужчине отнюдь не мягкое приземление. Тот заработал вывих плеча и синяки по всему телу.
— Главное, что живой, — заключил его товарищ, пока мы транспортировали Ламини в операционную.
Молодой человек держался, но стоны боли время от времени срывались с губ, лицо блестело от пота. Болвейн рвался высказать магу все, что думал о его талантах наездника, но я попросила отложить выговор. Граф хотел скорее
— Мне нельзя отвар эсперии, от него я начинаю задыхаться, — вполголоса молвил ищейка.
Здесь в ходу было растение с таким названием, оно даже росло у Дафины в теплице. А меня улыбнула схожесть по звучанию с аспирином. Эсперия притупляла болевые ощущения, но имела побочный эффект в виде аллергии, рвоты, а иногда и странного поведения. Почти как у шалых ягод.
— Вы должны спасти моего подчиненного, нейра Олетта. Окажите ему всю необходимую помощь, уделите максимум внимания! — командовал Болвейн.
— Он и близко не умирает. Успокойтесь.
Терпеть не могу, когда лезут под руку. Особенно те, кто ничего не смыслит в медицине. А вот Марике, Дафине и малышке Флори я велела быть подле меня, чтобы запоминать и учиться.
Больному помогли сесть на операционный стол, Марика избавила мага от рубашки. Сейчас бы снимок в двух проекциях для уточнения диагноза. Но чем богаты, тем и рады.
Мои пальцы порхали по коже, подушечки стали сверхчувствительными. Не проглядеть бы ничего, верно выбрать тактику. Головка плечевой кости вылетела из сустава и пальпировалась под кожей, от боли мышцы спазмировались.
Плечевой сустав у нас особый, самый подвижный, поэтому страдает чаще остальных. Особенно у спортсменов. А сколько борцов прошло через очумелые ручки Ольги Анатольевны…
— Ложись на спину, пожалуйста, — велела нейту Ламини, а потом обернулась к Болвейну. — Так и будете стоять над душой? Вы не лекарь, — я повязала белый передник, протянутый Дафиной.
Чего ему надо? Хочет проверить, не буду ли я использовать запрещенную магию?
Граф застыл у меня за спиной в неуверенной позе. Его филейная часть еще побаливала, наверное, это поджигало его вредность.
— Я не уйду. Надо же видеть, что вы будете творить с моим подчиненным.
— Дался ты мне тут, как собаке пятая нога, — шепнула и приступила к делу, склонившись над больным. — Расслабься, друг мой.
Тьфу! Опять сюсюкаю.
— Я постараюсь.
Будет замечательно, если он перестанет нервничать. Ламини не худой старичок, а физически развитый, «мышечный» молодец. Конечно, все его добро теперь сжато, это добавляет сложностей.
С лицом решительным, словно шел в бой, пациент кивнул и принялся медленно и глубоко дышать.
Я взяла его за запястье, привела плечо к телу и согнула руку мага в локте.
— Отпусти, не напрягайся.
— А-агх… — Ламини сцепил зубы.
Ну да. А ты как хотел? Быстро не получится. Минут десять я вращала руку наружу, пережидая болевые спазмы и добиваясь полного расслабления.
— Глубокий вдох… и вы-ыдох. И снова вдо-ох…
Дыхание помогало. И тут долгожданный глухой щелчок. Головка плечевой кости встала на место.