На орбите
Шрифт:
***
Они пришли почти через двенадцать часов. Эластичная переборка исчезла в стене, и в проёме показались три разгневанных лица.
– Алан, что за шутки? Мы же решили сбивать командные узлы, - спросил нахмурившийся русский, грозно сверкая красными
– Я закончил программы наведения, но твой пароль не даёт мне загрузить его в Клипер-один.
– Это вы, - астронавт подчеркнул это слово, - решили использовать оба челнока. Я решил эвакуироваться на планету после детонации. И командир на станции именно я.
– Какой, к чертям, командир? Нет больше ни командиров, ни подчинённых. Не vyezhopyvaysya.
– Тогда тем более, Максим. Раз уж я не могу от вас требовать подчинения, то и вы от меня ничего не можете требовать.
– Ты что, с катушек съехал? Как ты можешь играть миллионами жизней?
– поражённо сказала Юкина.
– Можешь считать меня эгоистом, но вот эта конкретная жизнь, - Шорт показал на себя пальцем, - для меня важнее гипотетических миллионов, которых я в глаза не видел. Так что успокойтесь и ждите. А если я вам настолько невыносим, то можете взять резервный клипер и лететь на нём отдельно, хоть сейчас.
– Да пошёл ты в задницу!
– взъярился русский.
– Я сейчас тебя, морального урода, запру в твоей пиндосской секции и взломаю систему управления челноком. Шантажист нашёлся хренов.
– Даже и не думай!
– в руке командира появился заранее приготовленный пистолет.
– Я опасался чего-то подобного, так что под замком придётся посидеть вам. Не беспокойтесь, я вас выпущу, когда буду покидать станцию. А теперь медленно, не делая резких движений...
Японка неожиданно метнулась вперёд, закрыв собой физика.
– Запирай!
– крикнула она.
– Он не...
Американец выстрелил. Нейротоксин,
Сердце астронавта обожгло льдом ужаса и осознания непоправимости случившегося. Он не раз проигрывал в уме похожую ситуацию - пистолет лежал наготове не просто так, но только сейчас пилот ВВС США понял, что сбрасывание бомб на невидимые в ночи позиции Талибов не имеет ничего общего с собственноручным убийством людей, с которыми жил на протяжении месяцев... друзей. Единственной семьи, которая у него оставалась. Но ведь жизнь дороже, не так ли? Алан нервно поставил пистолет на предохранитель и положил в карман. Он прошёл на деревянных ногах к лестнице и взялся за перила. С каждой ступенькой, псевдогравитация ослабляла свой хват, но тяжесть на душе никуда не уходила.
Командир, а теперь и единственный обитатель станции, глотнул холодного кофе. Уже который час он, не отрываясь, смотрел в иллюминатор, изредка переводя взгляд с планеты на черноту космоса и обратно. Наконец, он принял решение. Громада МКС-два чуть заметно содрогнулась, когда от неё отделился русский космический корабль. Затем ещё раз. Ещё через несколько часов радары бесстрастно доложили о произошедших столкновениях. Человек в кресле наблюдателя слабо улыбнулся. Русский программист сделал своё дело в лучшем виде. Потом он достал из кармана пистолет, приставил дуло к своему горлу и, надеясь хотя бы смертью смыть свой позор, нажал на курок.