На орбите
Шрифт:
– Mutti, - прошептал он, глядя на число выползающих в космос смертей.
Шесть, восемь, тридцать... Когда число наблюдаемых объектов перевалило за сотню, экран выдал ошибку, но значения это уже не имело. Человечество доигралось. Десятилетиями накапливаемые арсеналы наконец-то выстрелили, как то самое банально-пошлое ружьё, которое так долго висело над сценой, что о нём все успели забыть.
Текут минуты ожидания. Лезвие гильотина уже несётся вниз, но пока не коснулось шеи. Ужас, шок и робкая, дикая надежда, что это всего лишь сон, и что вот-вот вернётся взрослый Лесник и разгонит кретинов, что только что низвергнули планету в пекло ядерной войны... Но нет. Из-за горизонта выплывает Корея,
Вряд ли кто-либо узнает, в какой момент схватка между двумя сверхдержавами превратилась в термоядерную поножовщину всех против всех. Не удовлетворившись вакханалией взбесившихся подводных лодок, правители прокаркали приказы генералам и тысячи пальцев надавили на кнопки, решительно послав весь мир в задницу.
Из космоса не увидеть старта ракет. Только ошалевший радар может понять, что происходит, но его кремниевого подобия мозгов не хватает, чтобы охватить весь масштаб Конца, и четыре космонавта в ступоре смотрят в иллюминатор. Там внизу беззвучно умирают миллионы. Рушатся мечты и надежды целой цивилизации.
Отто поседел. Меньше, чем за час, слегка золотистый цвет его ухоженной шевелюры сменился пронзительно белым. Флегматичный бюргер так и не женился, и его единственный по-настоящему близкий человек сейчас сидела одна, в небольшом пригороде Маинца... дожидаясь неминуемой смерти. Ведь даже если её часть Германии не подвергнется бомбардировке, то всё равно, одинокой старушке не выжить в предстоящем хаосе. И сын её больше не вернётся домой. Не сходит в магазин херра Мюллера за колбасой и яблочным пирогом. Не принесёт благодарной маме кружку сладкого чая с корицей после ужина. Не подарит соседской дочке Марте макет Клипера и не потреплет её русые волосы. Не... Ничего он больше не сделает.
Алан был зол. На тюрбанутых аятолл, на Тайваньских махинаторов, на коммунистическую сволоту. Но больше всего на уродов в командовании флота и в Белом Доме, что не смогли разрулить ситуацию, не доводя до крайности. Многих из них (благодаря семейным связям) астронавт знал лично и сейчас мог представить как наяву, цепочку дебилизма в родном правительстве. "Мы не имеем права перед народом отступить перед лицом опасности!" Как же, как же. Русское отношение к народу вы переняли ещё в конце прошлого века... если не раньше. "Америка не может показывать слабость и ронять свой международный авторитет!" Рассмешили. Надо было раньше дёргаться, сейчас уже лет этак двадцать с хвостиком, как поздно. "США не отступит от договора по обороне Тайваня". Конечно, вам легче утопить пол-эскадры и положить корпус морпехов, чем расписаться в собственной импотенции. Не говоря уже о боевых действиях против ядерной державы. "Ядерное возмездие США должно быть неотвратимо! Подводные элементы седьмого флота находятся в оптимальной позиции для нанесения ответного удара по Северной Корее". Американец уверен, что речь председателя объединённых штабов звучала именно так. Верхушка страны отлично усвоила мастер-класс откатов и распилов, показанный наследниками Советского Союза. Так что реальные возможности лучшего (всё ещё лучшего!) на планете флота значительно уступали изложенным на бумаге. И это было бы не так ужасно, если бы все старательно не делали до последнего момента вид, что США до сих пор находится на пике могущества. Тупые уроды.
Юкина рыдает не стесняясь. Трудно сказать, что именно для девушки больнее всего. Здесь смешались и впитанный с материнским молоком страх перед военным атомом, и паника за живущую в Токио семью, и любовь к стране. Даже горечь и обида за человечество в целом вносят
Максима беспокоит семья. Москва превратится в радиоактивные руины, но... Россия велика. Даже на пару сотен километров прочь от столицы есть шанс выжить. Вся надежда на смекалку сестры. Но несмотря на трагедию, космонавт собран. Правду говорят, миллионы смертей - статистика. Тем более, когда рядом твоя женщина, которая нуждается в поддержке и помощи. Мысли физика направляет мужской инстинкт - сначала защитить семью, а потом уже думать об остальном.
Четыре человека посреди бескрайнего океана космоса. Четыре зрителя последнего и грандиозного представления, данного человечеством. Но не будет восхищения и бурных аплодисментов. Только молчание и ужас.
***
– МКС-два, вызывает МКС-один, - радио нарушает гробовую тишину командного модуля.
– МКС-два, это МКС-один, ответьте!
– Это МКС-два, - командир выходит из долгого оцепенения.
– Иван, вы в порядке?
– Кххххр, - помехи смазывают начало ответа, - в рот мы в порядке. Только что любовался на горящую Москву. Твоё восточное побережье, кстати, выглядит не лучше.
– Добро пожаловать в ад...
– Да уж... пришёл легендарный Bolshoj Pesec. Мои пошли в разнос. Щин без конца матерится по-китайски, а Бьорну пришлось вколоть успокоительное. Так что присматривай за своим немцем, нордический характер, как оказалось не всегда помогает.
– Иван... ты что, выпил?
– астронавт удивлённо хмурится, хоть собеседник этого и не видит.
– Kisa, ku-ku, после того, что происходит в низу, я и обдолбаться с передозировкой не отказался бы, наверное. Что угодно, только бы поверить, что это всего лишь страшный сон. Как там твои?
– Херово. Отто, словно зомби, ползает по станции и на автопилоте гоняет диагностики. Сладкая парочка, кхм, активно поддерживает друг друга. Хотя, это скорее заслуга Макса. Юки без него сломалась бы, однозначно.
– Мда, Штирлицу, пожалуй, хуже всех будет. Мы-то с тобой из крепкого теста слеплены, да и шведский гомик, наверное, совратит нашего сунь-хунь-чая.
– Vanya, сколько ты выпил?
– Не бзди, коллега, всё нормально. Это политкорректность с меня слетела. Ничего, проспится мой содомит, и загружу обоих работой отсюда и до посинения, по старому доброму армейскому рецепту.
– Слушай, а не совместить ли нам приятное с полезным?
– тренированный ум военного со скрипом вернулся в привычную колею.
– Собирайте всё полезное и айда к нам на борт. В отличие от твоей станции, моя рассчитана чуть ли не на год автономности с полным экипажем. Помнишь тот эксперимент с симуляцией полёта на Марс?
– Спасибо за приглашение, дельное. У нас ресурс пока не в обрез, но "Прогресс" с грузом так и не пришёл. Надо будет твоего Макса подключить, пусть он оптимальную траекторию рассчитает и напишет программу для автопилота. Топлива на нашем Союзе достаточно, но сам понимаешь, в этом деле лучше перебдеть... Да когда они угомонятся?!
– Что стряслось?
– Алан подтянулся к иллюминатору.
– На следующем витке полюбуешься. Баллистические ракеты ещё вчера закончились, так наши кретины с вашими дегенератами бомбардировщики из закромов вытащили. Похоже, Европу утюжат и добивают нефтяные платформы. Вот же суки, сами тонут и всю планету за собой утянуть хотят.
– Если бы хоть на этом всё закончилось, - тихо пробормотал астронавт.
– Что ты сказал? Не расслышал.
– Ничего. Следующий сеанс связи через два часа. Я построю своих, а ты постарайся хотя бы китайца в чувство привести.