На лезвии Судьбы

Комарова Мария

– А ну его, - в сердцах махнула я рукой на кострище.

Секундная пауза, и в небо устремился толстенный столб огня. Хорошо, что у Киры нет привычки спать вплотную к костру, а то был бы шашлык, подумала я, кувырком откатываясь назад. Брови, наверняка, спалила к лешему.

– Опаньки. По-моему, я немного переборщила.

'Ну, ни ... себе!' обалдела Книга: 'Зачем же было целую тысячу делар вбухивать? Убери огонь'.

Я девочка послушная, махнула рукой от себя. Теперь уже горел весь лес.

'Вызови воду!!!'

Легко сказать, а

как же сделать?! Вспомнилось почему-то как меня пару лет назад тетка выставила из дома на ночь за то, что я перевернула кастрюлю щей на пол. Хоть я и не люблю эту баланду всеми фибрами души, но я же не специально! Если бы Марфина младшая дочь не сыпанула мне сухого гороха под ноги как раз когда я несла эту злосчастную кастрюлю на стол... Не была бы она бита половником, и я спала бы дома. В ту ночь была гроза...

Грустные воспоминания смыло водой в буквальном смысле. На небе, словно, прорвало плотину. Я даже не думала, что дождь может быть в прямом смысле стеной. Капель не было, ливень представлял собой единый поток, изредка делившийся на несколько струй. Стоять под огромным водопадом и то приятнее. Вода была ледяная и врезалась в кожу мириадами иголочек. Одежда мигом промокла и обвисла бесформенными тряпками. Через минуту все кончилось.

Опасливо оглядевшись, я увидела Киру, который, ругаясь, барахтался в луже, возникшей на месте овражка, облюбованного им для ночлега. Лес поредел вполовину. Под ногами струился веселенький ручеек, по которому бодренько сплавлялись веточки, листики, иголочки, белочки, сумочки. Сумочки?! Я моментально выхватила из воды свою сумку и перекинула через плечо. Беглый осмотр содержимого выявил, что сумка стоила своих трех серебрушек: запасная одежда была сухая.

– Что это было?
– вопросил подлетевший Кира. Месить грязь копытами ему явно не хотелось.

– Да так, - засмущалась я, - поколдовала немного. Замерзла и решила костер развести, потом его тушить пришлось... Радикальным способом

– Поколдовала? Немного?
– изумился конь.
– Да ты меня чуть не спалила к черту рогатому! И этого тебе показалось мало, надо было еще и ливнем накрыть!

– Чуть не считается!
– попыталась защититься я от нападок друга, изрядно попахивающего паленым.
– Вот, когда сожгу или утоплю, тогда и будешь возмущаться. И вообще, сам виноват. Нечего было так близко к костру ложиться.

– Вон, смотри, подпалины на спине. И на боку тоже! Как я теперь на людях покажусь?
– лютовал мой погорелец, внимательно осматривая шкуру, на которой я не заметила и следа произошедших катаклизмов.
– Я и не близко лежал - в семи локтях, в канавке. Погоди-ка, а с какой это радости ты колдуешь?

– С такой, веселой. В озере вместо воды была манна, которая и наполнила меня силой, а на выходе я еще и книгу волшебную нашла, - коротко пояснила я.
– А где, кстати, Книга?

– Это не она ли плывет к тому, что вечером было лесом?
– Кира махнул копытом в сторону, где вдалеке медленно плыло нечто похожее на Книгу.

– По коням!
– скомандовала

я и попыталась залезть на Киру. Да, живодерника явно не хватало. Первый раз я подпрыгнула и благополучно скатилась по конскому боку. Седло уплыло в неизвестном направлении, если вообще не сгорело дотла, ибо раньше я видела его вблизи кострища, искать смысла не было. Хорошо хоть сумку выловила. Вторая попытка оседлать летуна тоже закончилась в грязи. Вода уже схлынула, а результат ее взаимодействия с землей я сейчас ощущала задом.

– Давай быстрее, - нервно поторапливал Кира, - сейчас совсем уплывет твоя книженция.

– Быстрее, быстрее, - передразнила я.
– Присядь, иначе я до утра кузнечиком скакать буду.

Побурчав немного для порядка, конь опустился на колени, и я наконец влезла ему на спину. Кира приподнялся, поскользнулся, но не упал и начал подниматься в воздух. Приятное ощущение полета довольно быстро сменилось уже знакомым ухом падения. Кира заметил Книгу, пришвартовавшуюся, а, точнее, просто зацепившуюся за поваленное дерево, и по привычке без предупреждения пошел на посадку.

– О-сто-ро-о-о-о-жно-о-о-о-о!
– заорала я не своим голосом, чувствуя, что сползаю вбок.

– Упс!

ШЛЕП!

– Твою мать, - в нецензурной ругани ранее замечена не была, - Кира, ты когда летать нормально научишься? Ну чем я тебе так насолила? Понимаешь, я жить хочу, и, между прочим, не в инвалидном кресле. Кто кем должен управлять, в конце концов?

– Вроде, ты мной, - потупился конь.

– Так вот давай я и буду управлять, - орала я.

– Хорошо, хорошо, - не на шутку испугался за свою сохранность Кира.

– Где Книга?
– рявкнула я.

Тишина.

– Где?
– уже спокойнее спросила я.

– Под тобой.

– Что?
– завизжала я фальцетом так, что коня как ветром сдуло.
– Так ты меня, скотина босоногая, еще и на Книгу приземлил? А если она помялась? Это же историческая ценность!

Честно говоря, про сохранность Книги в тот момент я даже и не думала. Больше всего меня интересовала помятость моего зада, прихлопнувшего Книгу, которая, кстати, стояла ребром.

– Книжку то, может, достанешь?
– робко поинтересовались кусты Кириным голосом.

И в самом деле, что-то я разбушевалась. Встав и отдернув насквозь пропитавшиеся грязью штаны, я попыталась достать Книгу. Намертво увязнув в грязи, она никак не хотела высвобождаться. Из земли торчал только уголок, за который было очень неудобно хвататься.

– Кира, помоги.

– А ты бить не будешь?

– Буду, если не поможешь, - предупредила я.

Кусты задрожали, и оттуда показалась черная морда с белой стрелкой. Кира аккуратно подцепил зубами уголок Книги и потянул. Книга не поддалась. Он снова потянул уже сильнее и, неожиданно вырвав Вику из земли, кубарем улетел обратно в кусты, выронив ее прямо мне под ноги. Я очень внимательно оглядела Книгу, внешне она не пострадала. Обтерев обложку остатками рубашки, я осторожно ее открыла.