На ее хвосте

Кайл Селия

— Эдди. Мне нравится. Эдди и Зейн, — он соблазнился мягким поцелуем к ее губам, но держал себя под контролем. — И Джек?

— Действительно будет лучше, если ты не узнаешь, по крайней мере тогда он сможет оправдаться незнанием и, возможно, Тони смягчиться к нему за помощь ей.

— Может, ты позволить решать это мне.

— Нет…

— Я могу защитить тебя и Джека, если не знаю, — он засунул несколько прядей ей за ухо и проигнорировал то, как она покачала головой, продолжай отвергать его. — Могу я сделать предположение? — Он не ждал ее согласия. Вместо

этого он просто рассказал то, что обдумывал до сих пор. — Он не твой, Эдди. Думаю, он принадлежит одному их тех парней, которые преследовали тебя за моей машиной. — Я прав?

Зейн ждал ее лжи, затаив дыхание, как он ожидал, что неправда сойдет с ее губ. Она в беде, испуганная и все еще раненная, так что он не мог винить ее, если она продолжит лгать. Он надеялся, скоро она станет доверять ему. На самом деле он хотел кричать и встряхнуть ее, требуя, чтобы она доверилась ему прямо в этом момент. Но он не позволил своему привычному неконтролируемому гнева охватить его.

— Я не подарила жизнь Джеку, но это не значит, что он не мой, — она прорычала последние несколько слов, показывая, насколько она заботилась о ребёнке. — И нет, никто из тех мужчин не отец ему. Его отец даже не обеспокоен тем, чтобы думать, что он пропал.

От ярости она шумно задышала носом, окрашивая его в красной с изрядной долей испуга. Он нежно провел рукой по ее спине, пытаясь успокоить ее. У него не было раннее опыта успокаивать кого-либо, но всё бывает впервые.

— Ладно… Можешь рассказать что еще? Расскажешь что-то еще?

Она оставалась спокойно, покусывая нижнюю губу, когда встретилась с ним взглядом, а затем переключила свое внимание на другое место. Он знал, что его оценивают, Эдди пыталась выяснить, может ли ему доверять, а его лев зарычал на тот факт, что она не слепо верила ему с того момента, как они встретились.

Входная дверь в его апартаменты открылась, а затем мягко закрылась, за чем последовал рокот низких голосов. Она напряглась в его руках, новая волна страха прошлась по ней, так что он увеличил свои успокоительный действия.

— Эдди? — он ткнул. — Ты собираешься поговорить со мной?

Он задал этот вопрос и все. Голоса приближались и он легко мог расспознать владельца каждого. Очевидно, что Маркус пришел, а второй мужчина это его брат и бета прайда, Бретт. Звенящие женский смех это Пенелопа и присоединился детское хихиканье Дженнифер. Они заполнят дом, еще пять тел в этой комнате.

— Тебе надо дать мне что-нибудь, пока они не зашли.

— Я… — ее глаза встретились с его, и он не мог не заметить влагу, скопившуюся там. Глаза переполнились слезами и угрожали побежать по щекам. — Я…

Проклятье. Он хотел зарычать на нее, запугать ее, чтобы сказала правду, но он подавил порыв. Она уже ранена и физически, и эмоционально, он не сомневался, что она истощена.

Кто знал, как долго она бежит и скрывается? Кто знал, как долго они на нее хвосте? Чтобы заставить ее выбежать на проезжую часть… Они были предельно опасны.

Зейн откинул ее волосы назад с ее лица и обхватил ее щеки, утирая первую слезу, скатившейся

по ее лицу.

— Я позабочусь о вас. О тебе и Джеке, ладно? — она осторожно кивнула, и он наклонился вперед, оставляя нежный поцелуй на ее лбу. — Оставайся здесь, я вернусь.

— Но как на счет…

— Н беспокойся ни о чем, — еще одна капелька влаги сорвалась с ее глаз. — Ты моя пара. Эдди, ты знаешь это, верно? — когда она кивнула, он продолжил. — Так что я позабочусь о тебе. Отдохни немного и я принесу Джека. Док уже проверил его, кто-то купил все необходимое для него. Вы оба успокойтесь, а я позабочусь об остальном.

Неверия и надежда боролись и отобразились на ее лице.

— Ты… Но ты не…

Зейн встал, прихватив ее с собой. Держа ее на руках, он осторожно подошел к кровати и нежно уложил ее на мягкую поверхность.

— Я позабочусь о тебе, а пока я знаю все, что должен знать.

Он снова оставил поцелуй на ее лбу, делая паузу достаточно долго, чтобы перевести дыхание и насладиться ее восхитительным ароматом. Он хотел ее, он болел за нее, но очевидно же, что она не в той форме, чтобы отвечать ему.

К тому же, кажется, ему стоит разобраться с беспорядком. Кто-то хочет его пару и детеныша. Ему стоит найти их и объяснить, что Эдди и Джек больше не их забота. Неважно словами и когтями объяснять, он не знал и, если честно, ему все равно. На самом деле у него была хорошая порция гнева на самого себя и он не был против направить ее на одного из тех головорезов.

— Я сейчас вернусь, — пробормотал он рядом с ее кожей.

— Л-ладно.

Зейн заставил себя встать и направился в закрытой двери. Он осторожно открыл дверь и выскользнул в коридор, останавливая приближающуюся группу, пока они не дошли до комнаты. Он поднял руку, ладонью наружу:

— Я за ребенком, затем я поговорю с вами в гостиной, ребята.

Маркус, его альфа, выгнул одну бровь:

— Поговоришь, не так ли?

Ярость, совсем не то, что он жаждал направить на двух мужчин, испугавших ее до чертиков, переполнила его.

— Да, не хочу расстраивать свою пару. Она и так достаточно расстроена. Все, что она хочет, это ребенок, затем ей надо поспать. Вы позволите это ей.

Это не обсуждается.

— Твоя пара? — вторая бровь Маркуса удивленно присоединилась к первой.

— Да, — огрызнулся он.

Маркус бросил на него подозрительный взгляд.

— Хорошо, сейчас я соглашусь, но мне надо поговорить с ней. Ребенок не принадлежит ей. Ты знаешь это.

Плечи Зейна напряглись, волосы на затылке встали дыбом, когда его лев ощетинился на слова Альфа.

— Она моя пара, она говорит, что ребенок принадлежит ей. Следовательно, ребенок мой. Я хочу его.

— Следовательно, — Бретт фыркнул.

У Зейна наконец появился шанс огрызнуться и обнажить свои клыки на другого зверя. Бретт ответил с агрессией своего собственного зверя и кожа Зейна покралась рябью с тревожной потребностью его внутреннего льва прыгнуть вперед. Он жаждал крови с того момента, как поднял Эдди на руки, и, кажется, он наконец исполнит желание.