На ее хвосте

Кайл Селия

– Ведьма, – он прошептал в ее рот. Она просто простонала и пошевелилась под ним, заставляя вырваться из его горла стон. – Ты убиваешь меня.

Потом он сосредоточился на том, чтобы заставить ее кричать, мучая ее с удовольствием, как она поступала с ним сейчас.

Когда он обратился за помощью к своему льву, зверь быстро отреагировал, изменяя ногти Зейна на заостренные когти, чтобы разрезать ее одежду. Аппетитная плоть обнажилась, мурашки покрыли ее теперь открытую кожу, а его рот наполнился слюной от потребности испробовать ее.

Он не был бы

собой, если бы не позволил себе это, так что он скользнул по ее телу, облизывая каждый дюйм ее обнаженной кожи. Он упивался ее ключицей, покусывал ее соски, а когда он добрался до стыка ее бедер, то припал к ее слегка влажным завиткам. Соленый мускус ее возбуждения заполнил его нос и, несмотря на то, что она слегка сжала свои бедра в попытке скрыть это от него, он не позволил ей этого. Даже когда маленькие кулачки терзали его голову, он оставался на месте. Однако он встретил ее взгляд и сузил глаза.

– Где твои руки должны быть?

– Зейн…

Он выпустил теплый воздух над ее нуждающейся плотью:

– Что, любовь моя?

– Это… Я не красивая… там…

Нет, она не красива, она великолепна. Пухлые розовые губы нуждались в его внимании… Великолепно. Не могу забыть эту часть.

– Шшш… Ты больше, чем красива, и прямо здесь… это великолепно, – он сохранял свое внимание на ней, когда опустил голову и прижался в мягком поцелуе к ее половым губам. – Я попробую тебя, заставлю кричать мое имя и тогда я отмечу тебя. – С каждым его словом ее дыхание учащалось, пока у нее не перехватило дыхание и она не стала извиваться. – Какие-то возражения? – когда Эдди покачала головой, он широко улыбнулся. – Прекрасно.

Затем он сделал именно это. Он припал к ней своим ртом, языком собирая доказательство того, что она нуждается в нем. Ароматы переполняли его своей силой и интенсивностью, взывая к его внутреннему зверю и требуя, чтобы лев вышел вперед. Он хотел погрузиться в ее запах, пока не был бы покрыт им с головы до пят.

Он сосал ее клитор, наибольший источник удовольствия, и двигался с ней, когда она тряслась под ним. Она стонала, прося о большем. Когда он проследил линию ее щели одним пальцем, она всхлипнула, но когда он скользнул двумя пальцами в нее, она наконец закричала. Она реагировала на его вторжение, двигая бедрами, когда он входил и выходил, и в то же время он продолжал дразнить комок нервов своим языком.

Ее лицо покраснело, а глаза остекленели. Он сделал это, он овладел свой парой, пока она не превратилась в дрожащую массу необходимости, и да, он был горд этим фактом.

Зейн знал, что она близка, смешанность ее аромата говорила ему, что она вышла за предел, желая его. И он счастлив был удовлетворить ее. Когда она начала ритмично сжимать бедра, он знал, что она на грани и не займет много времени, чтобы отправить ее в бездну удовольствия.

Он не прекратил двигать рукой, но убрал свой рот от нее, широко улыбаясь, когда она рыдала и обвиняющее смотрела на него.

– Хочешь кончить сейчас или со мной внутри? – Зейн хотел, чтобы она выбрала последний вариант. Он хотел

погрузиться в нее по самое основание и чувствовать, как она кончает. Он свободно вошел в нее пальцами, а затем осторожно засунул еще один.

– Эдди?

Зейн хочет, чтобы она подумала? Сказала? Должно быть, он шутит. Поскольку он больше не подталкивал ее к краю наслаждения и вместо того, чтобы она парила рядом на краю, она думает, он это серьезно. Ублюдок.

Он глубоко вошел еще раз, поглаживая ее пальцами так, что она выкрикнула свой решение к потолку:

– Внутри меня!

Эти четыре слога привели его в действие. Ему потребовалось считанные секунды, чтобы разрезать и снять одежду с ее тела, а затем еще меньше времени, чтобы разобраться с собственной. Он едва убрал свои пальцы из нее, когда вернулся снова, его влажная плоть твердо упиралась в нее, контакт кожа к коже заставлял ее внутреннюю львицу мурчать, изнывая от желания обнажить свой животик для своей пары.

Он переместился между ее бедер, но вместо того, чтобы его рот блуждал по ее средоточию, его твердость прижималась к ней. Он осторожно качнул бедрами, посылая искры удовольствия по ее спине, и она вздрогнула, не в силах подавить реакцию на его прикосновение.

– Тебе нравится? – она снова качнулся бедрами и она улыбнулась, когда ее плечи содрогнулись вместе с его.

– Думаю, нам обоим нравится, – она широко улыбнулась. Зейн зарычал, оскалив зубы в ложном гневе, и она быстро среагировала. – Не сверкай ими, пока не используешь их.

Это заставило его снова зарычать, а она улыбнулась еще шире. Ее поддразнивание попало в цель, и теперь он был серьезен. Его руки были повсюду, гладя и лаская ее, губы скользили по ее коже, посасывая ее. Все это время его твердый член лежал между ее бедер, пока она не была готова закричать о необходимости в нем.

– Проклятье, Зейн…

Он заурчал, и у нее было четкое ощущение, что это на самом деле смех. Ее подозрения подтвердились, когда он поднял голову от ее груди и встретился с ней взглядом.

– Да, малышка?

– Хватит дразниться. Ты предоставил мне выбор и я сказала тебе, что хочу кончить с тобой внутри. Это не произойдет, если ты не, ну ты знаешь, не войдешь в меня.

Она была прекрасно уверена, что эта часть очевидна.

Еще один смешок, когда он осторожно поднял бедра, чтобы направить головку своего члена в ее влажный вход. Он осторожно дразнил ее, скользя внутрь лишь на дюйм, прежде чем выйти.

– Этого ты хочешь?

Она всхлипнула и кивнула.

– Неа, скажи словами.

– Сволочь, – она вздрогнула и проглотила стон, сорвавшийся с ее губ. – Да, этого я хочу. Я хочу тебя внутри.

– Тогда ты это получишь.

И черт подери его, он сдержит свое обещание. Его член осторожно вошел в нее, растягивая так, как этого не делали его пальцы, и она застонала от нового удовольствия, окрашенного болью, постигшее ее. Он глубже и глубже входил в нее, скользя в нее своей длиной, и она дрожала от потрясающего ощущения, что он внутри.