На диком острове

Мид-Смит Элизабет Томазина

Рэйчел и Манго пустились в увлекательную погоню за предполагаемой белкой, Тони лениво следовал за ними. Он чувствовал себя усталым, голодным и был бы рад оказаться дома, где Изабелл в это время наверняка уже приготовила завтрак и где красиво и уютно. Когда Рэйчел вернулась после неудачной погони, он сразу же сказал капризно и по-детски:

– Я устал ходить и хочу завтракать. Я иду домой!

– Какие глупости. Наш пикник еще не начался. Ужасно глупо идти домой так рано. Все удовольствие

пропадет.

– Но я очень голоден. И какой же это пикник, если нечего есть?

– Ты думаешь только о еде! – воскликнула Рэйчел.

Но даже она с беспокойным выражением лица замолкла на миг, так как в словах Тони была большая доля истины. При слове «пикник» сразу же вспоминаются очень вкусные холодные пироги, пирожные, фрукты и другие соблазнительные вещи, которые так любят маленькие мальчики и девочки. А здесь они совершенно одни в лесу и без всякой еды. Вряд ли это можно называть пикником.

– Ладно, – согласилась Рэйчел, – назовем нашу прелестную прогулку по-другому. Пусть это будет большое приключение в лесах.

– Я не люблю приключений, когда голоден. Я иду домой.

Он развернулся и пошел в ту сторону, откуда они только что пришли, нисколько не сомневаясь, что через некоторое время вернется в Белый Замок.

Рэйчел постояла, потом догнала мальчика и обняла его.

– Мне так жаль, что ты голоден, Тони, дорогой, – сказала она так обворожительно, как умела, когда хотела расположить к себе кого-нибудь. – Пожалуйста, посиди здесь под деревом, я постараюсь найти тебе виноград.

Тони сразу сел:

– Только недолго, Рэйчи. Я и пить тоже хочу, похоже, даже сильнее, чем есть, – и мальчик прислонился спиной к дереву.

– Манго останется с тобой. Я только найду виноград и вернусь.

Она убежала и вернулась без винограда, но с красными ягодами, которые собрала в шляпу. Ягоды были яркие, выглядели очень привлекательно, и Тони сразу положил одну в рот. Он так хотел есть и пить, что сделал бы это в любом случае. Ни у одного из них даже не мелькнула мысль о том, что незнакомые ягоды могут быть ядовитыми. К счастью, это оказалась «медвежья ягода», напоминающая клюкву, очень кислая, но для голодных детей это было лучше, чем ничего.

К концу этой более чем скромной трапезы Рэйчел тоже несколько приуныла и не стала спорить с Тони, когда он в очередной раз объявил о своем намерении идти домой.

– Да, возможно, так лучше, – согласилась она, – и пообедать будет совсем неплохо. Теперь, когда мы здесь достаточно погуляли, я готова пойти в Белый Замок и провести остаток дня, помогая Изабелл с ее ужасным шитьем.

– Тогда пошли! Шитье вовсе не ужасное. К тому же я люблю Белый Замок, Изабелл и Ферни. Я хочу только туда.

Дети начали возвращаться по своим

следам – так им казалось. Сначала шли молча. Через некоторое время Рэйчел удивилась, что не заметила красивых цветов, когда они проходили здесь в первый раз. Тони ответил на это, что по разным признакам понимает, что здесь они не шли, это новая дорога.

– Я так и думала, что мы будем возвращаться более коротким путем. Видишь там просвет в деревьях? Это лес кончается, и мы дома!

– Скорей бы. Ненавижу пикники, на которых нет другой еды, кроме этой красной кислятины.

– Я уже тоже устала, – созналась Рэйчел, – и тоже не прочь пообедать. Думаю, Белл и Ферни будут меня ругать, но с этим ничего не поделаешь. Зато будут знать, что нельзя заставлять меня все время работать и не давать времени поиграть.

Уставшие ножки Тони шли все медленнее, его лицо побледнело. И Рэйчел выглядела бледной и усталой. Даже Манго хотелось, чтобы маленький хозяин и маленькая хозяйка перестали ходить по этой незнакомой части острова и вернулись в уютное жилище, которое устроили Фердинанд и Изабелл.

Бедный Манго! Он-то прекрасно знал, что это место незнакомое и странное, и что когда кончится лес, они не придут к Белому Замку. Наоборот, с каждым шагом они уходят все дальше и дальше от дома и от обеда. Манго брел понуро, опустив хвост и тихонько скуля от непривычной тоски и беспокойства. Свет вдали становился ярче, просветы между деревьями больше и чаще. Наконец, деревья кончились, и Тони издал торжествующий вопль триумфа. Но крик был коротким.

– Что это значит, Рэйчел? Я нигде не вижу Белого Замка.

– Это значит, – дрожащим голосом пролепетала Рэйчел, – Тони, это значит, что мы заблудились!

Глава XV

Все очень плохо

Как только Рэйчел произнесла слова «мы заблудились», Манго поднял вверх голову и протяжно завыл. Он тоже сильно проголодался, устал и был взволнован. Его вой говорил так ясно, как только может говорить собака: «Я знал это давно. Я пытался сказать вам все глазами, но вы не хотели меня понимать. Конечно, мы заблудились, но что теперь мы будем делать?»

– Прекрати выть, Манго, – сказала Рэйчел.

Девочка даже наполовину не осознала опасности их положения, но небольшие угрызения совести уже возникли – ведь это из-за ее вздорных капризов они оказались здесь. Она была не лишена мужества, и понимала, что настало время действий. Поэтому, скрывая тревогу, она уверенно сказала:

– Не волнуйся, Тони, милый! Хоть мы и заблудились, но обязательно скоро вернемся в Белый Замок.

– Я не могу больше идти. Я устал. У меня все болит, я голоден и очень хочу пить.