На диком острове
Шрифт:
– Но это просто нехорошо – не подоить миссис Нанни. И мы хотим молока на ужин. Давай посмотрим из окна, что там у двери.
Рэйчел выглянула в окно и воскликнула удовлетворенно:
– Дождь сейчас не идет, вышла луна, а у двери ничего нет. Ни ветки, ни дерева, и ничего другого. Так что ты был неправ, Тони.
– Хорошо, – весело подпрыгнул Тони, – шум был от ветра или от дождя. Я очень рад, что светит луна и кончился дождь. Может быть, сезон дождей кончился.
– Глупый! Да он же длится несколько месяцев!
– Я думал, ты в этот сезон вообще не веришь.
– Может
Это предложение вполне соответствовало желанию Тони, поэтому они пошли в сарай к миссис Нанни, которая дала им немного молока на ужин. Затем, удовлетворенные, дети направились в Белый Замок, не представляя себе, что за зрелище их там ожидает.
Рэйчел вошла в дом первой, бережно неся в руках миску с молоком. Тони лениво шел за ней, оглядываясь на каждом шагу, чтобы увидеть, не возвращаются ли Белл и Ферни. Из-за испуганного крика сестры мальчик споткнулся и упал. Быстро вскочив на ноги, он увидел рядом с собой искаженное ужасом лицо Рэйчел.
– Не иди туда, Тони… Не смей!
– Почему? В чем дело?
– Там есть что-то, в Белом Замке.
– Что?
– Что-то живое. Я видела, оно двигалось. Не веришь, пойдем туда и посмотрим. Через окно. Видишь!
Дети, испуганные и бледные, на цыпочках подошли к окну и посмотрели. Дверь дома болталась на петлях взад-вперед. Маленький столик был перевернут, пол устилали осколки посуды. Заботливо приготовленного ужина не было и в помине, а перед очагом лежало какое-то огромное существо. Правда, что это было – человек или животное, – дети разглядеть не смогли.
Глава XIX
Провал
Изабелл и Манго, успевшие к этому времени преодолеть пару миль под проливным дождем, очень обрадовались просвету в тучах и появившейся луне. Но, по странному стечению обстоятельств, именно в этот момент Изабелл остановилась и призналась себе, что она так устала и невероятно ослабела, что просто не в состоянии сдвинуться с места.
– Я должна отдохнуть, Манго, – объяснила она собаке, – я пошла бы дальше, но не могу. Я посижу на этом камне, а ты иди и постарайся найти Фердинанда.
Девочка с собакой были почти у берега. Скала, возле которой решила присесть Изабелл, нависала над берегом – размытая водой нижняя часть была заметно уже ее верхней части.
– Я здесь отдохну, а ты, мой хороший, поищи Фердинанда, поищи вокруг, посмотри везде. Манго, постарайся и найди нашего храброго Фердинанда, а потом приходи и расскажи мне.
Вероятно, на свете нет и не было более смышленой и верной собаки, чем Манго. Но в эту ночь даже преданный Манго очень устал и, возможно, поскольку он был только собакой, не очень понял, что говорила ему Белл. Поэтому он убежал, где-то недолго побегал, вернулся и уселся возле девочки. Она положила руку ему на голову.
– Плохо мы ищем Фердинанда, – сонно произнесла Белл, – не знаю, что случилось, но мне все безразлично, все, понимаешь. Я ужасная, Манго, я противная, но мне кажется, что за час сна можно отдать все на свете. Манго, дорогой мой, можно я положу на тебя голову? Ты постереги меня, а я закрою глаза. Потому что я должна поспать хотя
Изабелл растянулась на желтом песке, устроив свою голову на спине Манго, как на подушке. Она уснула мгновенно. Это был сон с разными сновидениями, но все они были невеселыми. Сначала она спасала Рэйчел и Тони от быстро наступающего прилива; потом сражалась с целым полком земляных крабов; потом неожиданно сошел с ума Манго, он кусался и рвал ее платье, а в следующем сне ее звал Ферни… Что это было? Определенно это был голос Фердинанда, и, конечно, Манго вышел из себя, лаял девочке почти в самое ухо и даже в порыве отчаяния сжимал зубами руку хозяйки.
– Ох, где я? Что случилось? – застонала Изабелл, пытаясь открыть глаза. – Манго, ну что ты вытворяешь? Я же не сплю, в чем дело? Чего ты хочешь, Манго?
Пес неожиданно совершенно изменил свое поведение. Он отбежал в сторону, уселся на задние лапы и просительно смотрел на Изабелл с тем же выражением, с которым накануне старался убедить ее идти за ним спасать детей. Сейчас он беспокойно смотрел то на девочку, то куда-то в сторону и вверх.
«Сиди тихо и слушай. Слушай внимательно и услышишь!» – говорили глаза собаки. Белл каким-то образом угадала мысли Манго. Минуту она сидела неподвижно, а затем вскочила с радостным криком:
– Это он! Его голос! Да, Фердинанд, да, да, я иду! Иду к тебе, Ферни!
В ответ она слышала приглушенный голос брата и пошла в том направлении, откуда он доносился. С огромными усилиями девочке удалось вскарабкаться на крутой утес, откуда, казалось бы, и исходил голос Фердинанда, но самого его не было видно.
– Где ты, Ферни? Где? – звала его сестра. – Скажи, где тебя искать? Я здесь, и Манго здесь.
– Я знаю, – откликнулся Фердинанд. – Не двигайся вперед, а то с тобой будет то же, что со мной. Слышишь меня, Белл?
– Да, да. Но ты где-то внизу. А когда я была внизу, я слышала тебя сверху. Где ты, Фердинанд?
– В яме, и не могу из нее выбраться. Если не хочешь сюда попасть, будь очень осторожна.
– Да, но я хочу поскорее добраться до тебя.
– Только не торопись. Ты можешь – но очень аккуратно – дойти до края ямы, и мы поговорим.
– Да, но как это сделать?
– Не торопись двигаться вперед. Если будешь спешить, соскользнешь вниз. Здесь трава скользкая, как лед. Встань на четвереньки и медленно ползи. Насколько я могу судить, тебе надо продвинуться ярдов на двадцать левее. Там ты увидишь край ямы. Это провал с крутыми стенками. Я внизу. Пожалуйста, осторожней, Белл!
Изабелл тут же проснулась, от былой сонливости не осталось и следа. Она тщательно выполнила все указания брата и вскоре оказалась у края большой и глубокой ямы, на дне которой стоял Фердинанд. Просто чудо, что его ноги не были переломаны, потому что глубина этой ямы была больше шести футов.
– Привет, Белл!
– Господи! – ужаснулась сестра. – Что же нам теперь делать?
– Ну, теперь все хорошо, даже очень хорошо, – радостно ответил мальчик. – Не представляешь, какой ужас провести здесь двенадцать часов без всякой надежды, что меня когда-нибудь найдут. А теперь ты пришла, и все чудесно.