На блюдечке
Шрифт:
– Да нет...
– робко возразила Сильвия после долгой паузы.
– Не такие же они безумцы, что самим пойти к нам в лапы.
– Я же не говорю, что в лапы. Очень осторожно, осмотрительно, издалека, шаг за шагом, наверняка убеждаясь, что им ничего не грозит. Иначе они рискуют всё потерять. Тарелка и так у Эткинса, теперь ещё детективы играют за него, плюс какая-то непонятная Герда Хоу. Хочешь, не хочешь, надо предпринимать решительные действия, пусть даже авантюрные.
– Ты уверен?
– Нет, конечно. Просто
– Тогда что, разделимся? Ты оставайся с Гердой, а я отправлюсь домой.
– Угу. В одиночку разбираться с Эткинсом. Тебе ж это раз плюнуть. Подумаешь, мужик полжизни отсидел. Ты таких одной левой штабелями кладёшь.
– Хорошо, я останусь, ты - к нам.
– То есть, с Сэйвером ты точно совладаешь? Ничего, что он раза в два тебя тяжелее? Особенно после всех диет. Ты в спортзал когда в последний раз ходила?
– У меня пистолет...
– Не станешь же ты его применять просто, чтобы уравновесить шансы? Мы первыми не стреляем, помнишь?
– Так что, Паука со мной хочешь оставить?
– Ну да. Чтобы ты не только сову охраняла и её хозяйку, но и бармена.
– Эй!
– обиженно заявил бармен.
– Ты меня уже ни во что не ставишь?
– Сам же просился на рабочее место. Теперь готов остаться, чтобы доказать, как крут?
– Но он же всё-таки спортсмен, человек со спецподготовкой...
– На корте не надо вырубать соперника с первого удара, теннисистов к другому готовят.
– И что же делать?
– Взять Герду с собой.
– Ага. И Китти взять. И комнату ей выделить.
– Поезжайте, - вдруг тихо сказала Герда.
– Ничего со мной не случится. Запрусь, окна закрою, соседей попрошу, чтобы за моим домом последили. Телефон буду под рукой держать. Чуть что покажется подозрительным, сразу позвоню. И вам, и в полицию.
– Полиция сейчас вся на улицах, - вздохнул Ник.
– Патрулируют остров. Только вот полицейских на нём меньше, чем улиц...
– Всё равно, поезжайте. Это ведь только предположение. Может, мне ничего и не грозит.
Ник, в нерешительности, посмотрел на партнёршу. Та выглядела растерянной. Он вынул телефон и позвонил Грегори. Занято...
– Ладно, - он понял, что вынужден рискнуть.
– Будем созваниваться. Извини, Паук, тебе придётся вызвать такси, бар не по дороге к дому Сильвии.
Бывший теннисист обречённо кивнул.
– Там темно, - заявила Сильвия, привстав со своего кресла.
Они уже почти подъехали к дому, и тот был виден за штакетником. Машина ещё не остановилась, но хозяйке не терпелось выскочить. Она полезла в сумочку.
–
– Что ж, он в темноте будет рыться? Ничего ведь не найдёшь.
– Ну, фонари для этого есть... Хотя, может, ты и права.
Сильвия достала пистолет и собралась прыгать. Ник додавил тормоза и прихватил её за плечо. Та недоумённо обернулась.
– Стволом не размахивай. И вперёд не лезь. Спрячься за машиной и жди.
Напарница нарисовала глубокое возмущение на физиономии, но остановилась. Ник успокаивающе похлопал её по спине и, прижимаясь к стене, присев ниже окон, начал приближаться к двери. Если Эткинс в данный момент пребывал на втором этаже, вся эта клоунада была бесполезной - заметить крадущегося детектива оттуда не составляло труда. Но с первого он был не виден. Всё хлеб. Тихо. Достаточно тихо, чтобы слышать шум с улицы и соседних дворов. Из дома - ни звука. Сильвия - молодец, застыла у машины, в темноте не различишь. Вот и дверь. Телефон из кармана, фонарик на минимум, теперь включить. Уперев бледное пятнышко в стык двери и косяка, он принялся за внимательный осмотр. Так, первый волосок на месте, второй, третий. Должны быть ещё два: сверху и снизу. И эти никуда не делись... Ник встал и в задумчивости прислонился плечом к двери...
– И как это понимать?
Минутку... Это сказал не он. Сильвия стояла рядом, недоумённо пялясь на приятеля. Когда она успела подойти? Нет, это не важно. А что? Ах да, окна.
– Ты что?
– партнёрша продолжала требовать внимания.
Ник ответил, лишь убедившись в целостности секреток на всех рамах первого этажа:
– Он не заходил. По крайней мере здесь. А на девяносто процентов и вообще.
– Почему на девяносто?
– Если хочешь, то на восемьдесят девять...
– он никак не мог начать соображать.
– Открывай.
Сильвия послушно полезла за ключом. Замок загрохотал пугающе громко. Вообще всё стало каким-то слишком... Яркий свет, острый цветочный запах. Левой щеке под порывом ветра было холодно, правое ухо горело. Ник почти не сомневался, что в доме никого не было. Какие там девяносто процентов! Сто! Через верхние этажи в дом не проникнуть. Ну, по крайней мере незаметно. Но ведь гипотеза была такой убедительной. Что же произошло? Если Эткинс не выманивал их из дома, то как понимать представление с кражей совы? А если выманивал, почему не полез? И почему голова не хочет думать?
– Ты заходишь или тут останешься торчать?
– Иду, иду.
Сильвия включила свет. Всё на своих местах. Ник отметил, что партнёрша до сих пор держит оружие наготове. А он про свой пистолет даже и не вспомнил. Да что с ним творится-то?! Сосредоточившись, Ник изучил внутренние секретки на окнах и дверях, идущих во двор. Естественно, все на своих местах.
– Проверь подвал, - скомандовал он вооружённой подруге, - а я наверх схожу.