Н 4

Ильин Владимир Леонидович

когда дело дойдет до родной крови… Равно, как и отцу.

Понятно, что Артем Романова прихлопнет, не особо напрягаясь. Но после этой победы, как в том счастливом конце фильма, обязательно придут последствия, о которых редко принято думать для собственного спокойствия. Романовы – очень богатый род, и на месть у них деньги найдутся, равно как и на небольшую войну силами наемников, нанятых через третьи руки. Определенные правила и отношение общества в их кругу не позволят оставить просто так смерть или увечье от руки

русского варвара. Дуэльный кодекс и негласные правила империи им точно не интересны: то, что они тут зарабатывают – совсем не значит, что хоть как-то уважают проживающих на этой земле людей.

В общем, что так пойдет дело, что эдак – быть большой крови.

Заметив, что завозился более, чем на десяток минут, попрощался с собеседником на том конце провода.

–  Один момент, господин, - чуть замялся он. – Вы случайно не теряли банковскую карту?

–  Не терял. Что-то не так?

–  Просто служба безопасности фиксирует странные платежи. Тут и платья, и женская обувь, и ювелирные украшения. .

–  Это нормально.

–  …и покупки в салоне нижнего белья «Черная орхидея». – Чуть смутились на том конце провода.

–  А вот это интересно.

–  Суммы – бешеные!

–  Когда была последняя транзакция? – Поднес я часы к лицу.

–  Момент… Одиннадцать минут назад.

– Значит, успели, - удовлетворенно отметил я. – Карту не блокировать, все нормально.

–  Общая сумма…

–  Дороже, чем аренда «Валькирии» до Америки и обратно?

–  Почти…

–  Значит, обратно полетит в экономе. Отбой. – Завершил я вызов. – Хотя… Может,

это того и стоит. Надо своими глазами смотреть. – Произнес я задумчиво.

Дожидались меня деятельно – девушки окружили Федора, что-то им демонстрировавшего. Охрана, разумеется, своим видом отпугивала праздно любопытствующих – да и стояла группа в стороне от выхода, уже на улице. Сумок и пакетов, что характерно, при них не было. Зато ряд обновок присутствовал: девушки предпочли классические платья ниже колен, выбрав разный колер: если Ника остановилась на зеленом, а Го Дейю решила предпочесть красное с вышивкой из золота, наверняка привычное ей по дому, то Аймара остановилась на траурночерном с высоким воротом, что вместе с золотом тиары, сережек, диадемы, заколки,

браслетов и колец заставляло обратить внимание. При этом, черное с золотом было подобрано достаточно органично и составляло цельный облик, а не выглядело попыткой вынести из магазина материальные ценности на себе.

–  О, Максим! – первым меня заметил брат, махнув рукой, приглашая подойти ближе. – Как тебе? – С гордостью продемонстрировал он на своей ладони искусно вылепленный из золота цветочный бутон в натуральную величину, с отходящим от него небольшим стебельком – ровно настолько, чтобы держать его рукой.

Выполненный

из тончайших лепестков золота, он смотрелся хрупким произведением искусства. Собственно, им и был - стоило Федору взять цветок за стебель, как мертвое золото, неспособное по своей природе к движению и собранное в бутон, отчего-то распустилось в цветок…

Рядом коротко выдохнула Инка и потянулась к цветку руками, выполняя пальцами неосознанные хватательные движения.

–  Здорово, - похвалил я, легонько хлопнув Инке по запястью.

– Учимся потихоньку, - скромно отозвался брат, с удовольствием принимая похвалу.

Одно движение руки – и золотой цветок вновь принялся собираться в бутон.

А Инка снова потянула к нему руки.

–  А можно его мне? – Чуть подрагивающим голосом попросила она, не отрывая взгляда от золота – будто оно может пропасть.

Федор покрутил цветок пальцами, вздохнул и с невозмутимым видом положил его себе в карман.

–  Шестьсот миллионов.

–  А? – Вздрогнув в момент исчезновения бутона, переспросила Аймара.

–  Говорю: шестьсот миллионов рублей. Ниже не позволено продавать, - развел он руками.

–  Но оно же сделано из моего золотого кольца! – Негодовала Инка.

–  Которое купила я, - добавила Ника, с иронией поглядывающая на принцессу

Анд.

–  На мои деньги, - посчитал нужным заметить я.

– А вот и нет, - со значением произнесла Ника. – Я поменяла этот жалкий килограмм из ювелирного на сорок килограмм чистого золота, который мне пообещала взамен принцесса Инка! Не беспокойся, твое я тебе верну.

Мол, хвалите меня.

Я же тяжко вздохнул. Святая безхозяйственность…

–  И когда, говоришь, она тебе эти сорок килограмм отдаст?

–  Со дня на день! – Звонко, но уже предчувствуя подвох ответила Еремеева.

–  А Инка не говорила, откуда у нее эти сорок килограмм? – Вкрадчиво задал я уточняющий вопрос.

И тут же перехватил за плечо пытающуюся отойти в сторону Аймара.

–  Нет, но она человек слова. Ведь так? – Покосилась Ника на подругу.

–  Ну конечно. – Категорично отозвалась принцесса.

– Вот убьет она меня и получит сорок килограмм выигрыша золотом, -

поддакнул я, глядя на этих двоих весьма недобрым взглядом.

–  Как – убьет? – Опешила Еремеева.

–  Совсем – убьет. Пари у нас.

–  То есть, она вообще не отдаст, - похоронным голосом констатировала Ника.

–  Отдам! У меня с каждым днем получается все лучше!

–  Как ты отдашь, если я тебя раньше грохну?

–  Бей сейчас, пока она не ждет! – Прошипела Дейю. – Ну же, что ты медлишь?!