Н 4
Шрифт:
ценными металлами, артефактами, векселями, а так же наличными средствами в рублях, долларах, динарах, драхмах, шекелях, фунтах, марках, реалах, вонах, франках,
кронах и иных банкнотах различного номинала на общую сумму в половину триллиона рублей.
– Бред, - фыркнул князь, ухмыляясь.
– Из них невозвратными в результате пожара, задымления, осколков, искажения внутренней структуры артефактов и иных повреждений считать на общую сумму в четыреста сорок миллиардов рублей. Расшифровка на двадцати страницах
После чего читавший оторвался от бумаг и внимательно посмотрел на князя.
– Это деньги нашего господина. Их надо положить на место.
– Ищите виновных. – Поджал губы его сиятельство, которого все же цапнула сумма так, что невольно кольнуло сердце.
– Мы нашли. Виновные устраивают нашего господина.
– А меня – нет. – Окатил он мужчин волной гнева.
– Если вас не устраивает, ищите иных виновных и взыскивайте с них сами, -
лениво ответили ему. – Распечатку беседы с вашим сыном и запись этого разговора мы отправим князю Шуйскому.
– Вы сознательно уклоняетесь от расследования! – Взвился князь Черниговский.
– Да еще хотите, чтобы Шуйские стали мешать моей службе безопасности доискаться до истины?!
Мужчины вновь посмотрели друг на друга, словно безмолвно переговариваясь.
– У вас будет неделя, чтобы возместить ущерб. В качестве жеста доброй воли,
господин согласен распечатать утерянное в рублях и российских ценных бумагах заново, а также восстановить векселя дружественных нам стран за десять процентов от номинала. Всего вам останется погасить двести сорок два миллиарда, то есть почти вполовину меньше, если вы пойдете на сотрудничество.
– А если не пойду? Что скажет ваш господин? – Зло спросил князь.
– Кроме того, наш господин согласен снять все обвинения в адрес вашего сына.
Виновным предлагается признать Черниговского-Зубова и в качестве наказания изгнать вместе с семьей из клана, дабы не бросали тень поступками своими на имя честного рода. – Завершили ритуальной фразой.
– Зубовы еще не отработали долг.
А еще ему было нужно их право на движение по рекам без пошлин и досмотра.
– Вы всегда можете отправить на плаху вашего сына. У нас уже есть текст сочувственной ноты императора. Зачитать вам сейчас?
Князь побарабанил пальцами по столу. Отдавать свою кровь нельзя – эту слабость не поймут, уважать перестанут, в силе засомневаются. . Ворохнулось желание снова поспорить о виновниках, постановке и манипуляциях этим сволочным танком, который обязан был давно прогнить, а не стрелять. Вот кстати…
– То есть, вас абсолютно не смущает, что танк, которому полвека взял и выстрелил? Вот так взял, съехал с помоста? Где-то скрывался половину дня, а потом штурмовал банк с пьяными водителем и наводчиком, которые даже не помнят, как целили?
– Т-34 – это очень надежная техника.
– Особенно после реконструкции, - поддакнул ему второй. – У нас все музейные
– Впечатление – это если заведется, а не стреляет. Зачем вам боевая техника в городе?
Мужчины в серых пиджаках переглянулись, не зная как относиться к таким словам от человека, способного заменить собой целую армию.
– Нашего господина это не беспокоит.
– Опять же, салют по праздникам и к тезоименитству императора. Холостыми.
– И у вас есть название фирмы-подрядчика? – Задумался Черниговский.
– Мы поделимся с вами всеми данными, если вы решите расследовать это дело.
– Разумеется, при согласии возместить средства. – Ввернул обязательную часть другой. – Конкретно этими реконструкциями занималось подразделение Древичей,
ответственное за общественно-просветительские проекты.
– Понятно, почему стреляют, - сник князь.
У этих все будет стрелять. Даже то, что не должно стрелять по своему предназначению.
– А если я найду виновных. – После паузы продолжил его сиятельство.
– Если это будет избитый заяц, клятвенно уверяющий, что он слон…
– Если я найду истинного виновного. – Надавил Черниговский.
– У вас на это есть неделя, - миролюбиво ответили ему. – После которой все деньги должны быть возмещены. Наш господин даже будет столь любезен, что не станет требовать компенсацию за разрушение здания и утерю ценного финансового инструмента.
Еще бы не станет. . В таких банках-карманах неизбежно скапливается куча «гнилых бумаг», по долговым обязательствам которых уже никто не станет платить.
Плюс бумажки, которые притаскивают из-за границы, и с которыми тоже порой не ясно, что делать. А тут такой отличный способ все обналичить в твердой валюте. И
это еще не считая того, что все вексели подсчитаны без обязательного дисконта, а артефакты – по верхней планке цены…
И все из-за двух идиотов! Вернее, одного идиота, который не уследил за его сыном. От Зубовых придется отречься – этого не избежать.
Что, в общем-то, не отменяет возможности «передать» Зубовых какому-нибудь подчиненному роду. Это, конечно, двусмысленно и недостойно – принимать в род изгнанников, особенно таких, и спустят такое только тем, кто под могучей защитой или сам – защита… Но ради древних привилегий Зубовых, которые не отменит ни изгнание, ни даже император, это стоит того. Товар должен идти по реке.
– Мне не нравится ваша обвинительная риторика. Я продолжаю настаивать на спланированном характере происшедшего. Никаких денег вы от меня не увидите ни через неделю, ни позже. Я не собираюсь оплачивать чужую вину.