Мышата
Шрифт:
Сема с набитым ртом пробормотал — Юрец, а не Машеров ли твой сосед? Уж очень он на него похож, только твой помоложе чем на фото. Если это он, то уже как год он стал Первым секретарем ЦК КП Белоруссии.
Я хлопнул себя по лбу — Точно, он! А я гадаю, на кого он похож. Парни, бегом в мое купе, нам обязательно нужно воспользоваться шансом и свести с ним знакомство, пока он не лег спать!
Быстро перекусив, мы вернулись в купе, Машеров видно тоже только перекусил и теперь пил чай, просматривая какие-то бумаги.
— Извините,
— Да, а откуда вы меня знаете, ребята? — густые брови удивленно «сложились домиком» и руководитель республики провел рукой по зачесанной назад прическе, отставив стакан чая в подстаканнике в сторону.
Гена вскочил и выпалил — Какой же комсомолец Белоруссии не знает вождя коммунистической партии нашей социалистической республики? Для нас честь познакомиться с вами, Петр Миронович! — наш друг протянул свою ладонь и Машеров пожал ее крепким мужским рукопожатием, затем протянул руку нам и мы с Семой так же по очереди пожали его руку.
— И куда же три комсомольца направились подальше от родного дома. Вы откуда сами?
Сема перехватил инициативу — Меня зовут Семен Стахевич, мои друзья, Юра Карпович и Гена Петров. Мы дети офицеров воинской части из Марьиной Горки и едем поступать в Москву в высшие учебные заведения. Я направлен в высшую школу КГБ, а мои друзья хотят поступать в высшую школу МВД. Гена грезит работать в уголовном розыске, а вот Юрий хочет стать справедливым и принципиально честным прокурором.
— Марьина Горка! Вот оно что. Знаю я эту воинскую часть, очень нужную работу выполняют ваши отцы, ребята! А почему ты, Юра, хочешь быть именно прокурором? Чем тебя привлекла именно эта профессия?
— Тем, что много приспособленцев пролезло и в торговлю и во все сферы нашего государства и я хочу выводить эту мерзость на суд советских людей и избавлять наш народ от всякой гнили.
— Интересно! А ты не хочешь попробовать себя сначала по комсомольской линии, а затем и по партийной? Поверь, роль Партии в построении социализма очень велика и нужна.
— А я и не сомневаюсь, напротив, я планирую помимо учебы активно принимать участие в общественной жизни нашего учебного заведения, впрочем как и мои друзья.
Машеров достал свою записную книжку — По очереди продиктуйте мне свои данные, я по мере возможности прослежу за вашей учебой и после получения вами офицерских погонов я может быть помогу талантливым землякам в случае распределения к черту на куличики трудоустроиться под моим приглядом в Минске.
Я благодарно прижал руку к груди — Огромное вам спасибо! Петр Миронович, мы много слышали о вашем партизанском героическом прошлом! Может поделитесь с потомками правдой о тяжести партизанской войны?
Машеров горько улыбнулся и начал вспоминать свое прошлое, мы же внимательно внимали руководителю компартии Белоруссии, не заметив как время перевалило
Утром мы распрощались с легендарным человеком и, пожав его руку, поспешили к выходу на Белорусский вокзал. На площади к стоянке такси стояла очередь и мы, отстояв минут пятнадцать, загрузились в ГАЗ-21ТС, у этой модели передние сиденья были раздельными, в отличие от базовой модели. Сначала мы забросили Семена на Ленинградский проспект, где находилось основное же здание Высшей школы комитета, а сами продолжили движение почти на окраину города, на улицу Зои и Александра Космодемьянских.
Семен, проводив взглядом такси, уносящее его друзей, приготовил паспорт, комсомольский билет, аттестат о образовании и направление от военной части, перехватил поудобнее чемоданчик и направился к главному входу. Попасть дальше дежурного лейтенанта не удалось, тот по телефону вызвал как он выразился куратора, вскоре подошел капитан, наскоро просмотревший его документы и приветливо улыбнувшийся — Ну пойдем, Семен! Побеседуем!
Поднявшись на второй этаж, капитан остановился у одной из дверей и, открыв ее, пропустил Семена вперед — Заходи, присаживайся!
Капитан занял место за столом, а Семен сел на краешек стула с высокой спинкой и сложил руки на коленях, всем своим видом демонстрируя внимательность и готовность ответить на любой вопрос. Мельком оглянувшись, Семен обратил внимание на портрет Дзержинского, огромный старинный сейф и графин с водой на столе. Больше ничего в маленькой комнате не было.
Капитан еще раз просмотрел все документы, что получил от Семы и задал вопрос — А скажи-ка мне, Семен! Почему ты решил стать сотрудником комитета государственной безопасности?
— Я как вы знаете, сын офицера секретной воинской части и несколько раз приходилось общаться с вашим сотрудником, который ведает контрразведкой в этом подразделении. Благодаря этому общению я смог понять важность его работы. Мне как комсомольцу и будущему члену нашей коммунистической партии хочется приносить максимальную пользу своей стране. Сначала я как и двое моих друзей собирался поступить в высшую школу милиции, но после выпуска мне придется противостоять хулиганам, карманникам, и грабителям. А мне хочется выявлять настоящих врагов нашего государства.
Капитан встрепенулся — Твои друзья поступают в школу милиции?
— Да, здесь в Москве.
Комитетчик задумался — КГБ и МВД постоянно между собой соперничали и такой интересный шанс выпадал очень редко. После окончания школы милиции у Станкевич останутся друзья из милиции и наверняка не будут скрывать от друга свои секреты и служебные тайны.
— Ответь Семен, если твои друзья вдруг окажутся врагами Советского Союза, свяжутся с криминалом. Не спеши возражать, поверь всякое бывает, знал бы ты сколько среди сотрудников милиции нами и прокуратурой выявлено взяточников и нарушителей социалистической законности!