Мыс Иерихон
Шрифт:
Он посмотрел на меня:
— Делани, ты пришла на свадьбу с другим мужчиной.
Впереди, на повороте влево, показалась линия оранжевых конусообразных ограничителей, мимо которых мы с Марком проезжали раньше, когда ехали на свадьбу. Сейчас рабочая площадка была пуста. Было видно, как солнечные лучи пробиваются сквозь кроны вечнозеленых дубов. Я почувствовала, как машина входит в крутой поворот. Но было слишком поздно.
— Джесси! — воскликнула я.
Он нажал на тормоза. Было слышно, как завизжали шины,
Джесси вцепился в руль, но мы уже отключились.
Глава двадцать вторая
Шины визжали, нас крутило и двигало с асфальта на обочину. В мое окно и на машину летела липкая грязь. Все стало коричневым. У меня заболели глаза. Я почувствовала, что Джесси пытается остановить машину. Ему не удалось. Сквозь летящую грязь было видно, как приближаются деревья.
Я молилась: «Господи, помилуй!» Нас тащило задом, колотило по грязи, и поделать уже было ничего нельзя. Приближался конец.
Вдруг машина беззвучно остановилась на обочине. Грязная, поцарапанная, но целая. Двигатель начинал глохнуть, но еще тарахтел.
Грязь покрыла машину снаружи словно коричневой вуалью, налипла на капот и крышу. Сквозь эту пелену просвечивали солнечные лучи, проникавшие сквозь кроны деревьев и разбросанные ограничители. Джесси держался за руль и тяжело дышал.
— С тобой все в порядке? — спросил он.
Я прислушивалась к работе двигателя. Накрывшая нас грязь постепенно засыхала.
— Эван. — Он взял меня за руку. — С тобой действительно все в порядке?
Я посмотрела на него. Он не был ранен, но чувствовал себя отвратительно.
Я открыла дверцу. Хотела выйти, но на ноги встать не могла. Посмотрела вниз и отстегнула ремень безопасности.
Выйдя из «мустанга», я стояла на обочине. Ноги у меня были как у новорожденного жеребенка, того и гляди подкосятся и я упаду. Меня шатало от ветра. Посмотрев внутрь машины, я увидела, что Джесси склонился над моим сиденьем с оцепеневшим лицом. Он был в ужасном состоянии. И я знала то единственное, что ему сейчас следовало сделать.
— Поезжай домой, — сказала я ему.
— Ты не ударилась головой? Ты не ранена?
Я пошла прочь от машины вниз по долине по направлению к городу.
Он позвал меня. Я продолжала идти. Солнце светило вовсю. Там, где на асфальт падали тени от деревьев, еще оставались лужицы. Джесси включил скорость и подъехал ко мне.
— Пожалуйста, сядь в машину.
Я отрицательно покачала головой. «Мустанг» осторожно двигался вровень со мной.
— Ну пожалуйста. Я буду
Двигатель взревел, словно собираясь поглотить меня.
— Что бы ты там ни говорил, обратно в эту машину я не сяду.
— Эван, извини.
Я смотрела в сторону.
— Ты собираешься покончить жизнь самоубийством. А присутствовать при этом мне что-то не хочется.
Наступила тягостная тишина. Джесси заговорил глухим голосом:
— Марк будет здесь через пару минут. Поезжай с ним.
Я кивнула. Он продолжал двигаться с той же скоростью, пока я наконец не сказала:
— Поезжай же.
— Как только увижу, что приближается его машина.
Я нечаянно наступила в лужу. Через минуту со стороны клуба послышался шум приближающегося автомобиля. Это был «форд» Марка.
— Эван…
— Поезжай, и все тут.
Он отъехал.
Тишина в долине ощущалась с особой силой. Я ждала и, когда машина Марка подъехала, обрадовалась, хотя мне была ненавистна мысль о том, что придется исповедоваться Марку, не менее навязчивая, чем желание поплакаться ему в жилетку. «Форд» замедлил ход и остановился. Я пошла к нему.
Дверцы раскрылись, и из машины вышли Минги.
Две отвратительные рожи, ни больше ни меньше. Я стояла у дороги. Что они сделали с Марком?
Теперь уже не важно. Они собирались сделать то же самое со мной. Я побежала со скоростью камушка, пущенного из рогатки.
Мерфи побежал за мной и вскоре догнал. Он крепко схватил меня сзади за обе ноги, и я упала плашмя прямо в лужу. Я с шумом дышала и двигала голыми локтями по грязному гравию. Потом поднялась на колени и попробовала ползти на них, но юбка спутывала мне ноги.
Мерфи толкнул меня ногой между лопаток и снова опустил на землю.
— Где деньги?
Я попыталась вывернуться, но он придавил мне ногу.
— Все уже решено, — сказала я.
Мерлин ходил туда и обратно. Он был похож на зеленовато-голубого грызуна.
— Она лжет.
— В чем дело? Я должна заплатить деньги Тоби до пяти вечера.
Мерфи сел мне на спину. Чувство было такое, словно на тебя свалился двухсотфунтовый матрас. Я едва могла дышать.
— Ты сказала, что тебе нужно время до пяти часов вечера, чтобы перевести деньги, а сама вместо этого заявилась на эту свадьбу высокомерных снобов. — Он махнул рукой Мерлину: — Проверь-ка ее сумку. Посмотри, нет ли в ней денег.
Мерлин взял мою сумочку и высыпал ее содержимое. Тюбик с губной помадой и сотовый телефон он отбросил ногой в лужу.
— Ничего.
Я повернулась к нему:
— Я не могла всунуть в такую маленькую сумочку двадцать пять тысяч долларов. Дайте мне шанс. Вы же знаете, какая это сумма денег наличными.