Мыс Иерихон
Шрифт:
— Ничего не поделаешь. Ты играешь только теми картами, которые тебе сданы. — Он часто задышал. — Впрочем, иногда мне кажется, что обыкновенная сдача тоже может быть хорошей.
Он никогда не признавался в том, что наезд на него и бегство преступника сломали ему жизнь. Он перенес свой недуг и продолжал жить полноценной жизнью. Он выжил. И хотя его ноги больше не двигались так, как положено, можно использовать либо инвалидную коляску, либо костыли и делать то, что можешь делать. Так что катастрофа не
Но я не плакала. Я смеялась.
— Ну, парень, ты сама страстность.
— Правда?
— Джесси Мэтью Блэкберн, лихой парень, умница, чемпион страны, мастер перекрестных допросов. Когда тебе хотелось по-настоящему быть обыкновенным человеком?
Джесси все еще хранил мрачное выражение лица, но я лишила его этой возможности, и он закатил глаза.
— Не обращай внимания на мою хандру. Может быть, один раз в году. Вот и все, что я прошу.
— Возможно, на твой день рождения.
Дальний свет фар захватил нас врасплох. Это подъехал серебристый «форд» Марка Дюпри. Мы почувствовали себя как подростки, нарушившие комендантский час. Я спрыгнула с колен Джесси и одернула юбку, а Джесси убрал закрывавшие ему глаза волосы.
Марк поставил машину и выключил фары. Брайан вышел из машины и прошел, посвистывая, мимо нас с непроницаемым лицом. За ним последовал Марк.
— Офицер, клянусь, что она выглядела восемнадцатилетней, — сообщил ему Джесси.
Марк засмеялся и вошел в калитку. Джесси достал ключи от своего автомобиля. Представление закончилось.
Когда я вошла в дом, Брайан занимался поиском еды в холодильнике. Он вынул кусок сыра, понюхал его и начал обрезать голубые участки.
— Все в порядке? — спросил он.
— Это рокфор. Голубой цвет — его особое качество.
Мне не хотелось ничего рассказывать о случившемся и еще меньше о своей личной жизни.
— Джесси выглядел довольно усталым.
— День был длинный.
Он продолжал обрезать.
— Сколько он потерял в весе?
Я стояла, облокотившись на стойку, и молчала.
— Эван, с ним все в порядке?
Я уже не могла скрывать. Он положил нож, привлек меня к себе и обнял.
— Брайан, я так напугана.
Глава одиннадцатая
Утро понедельника выдалось тихим. Шторм прекратился, и над горами простерлось лазурное небо. На улице был небольшой морозец. Я поехала в Голету, где на углу аллеи стоял банк «Эллайд Пасифик». Войдя внутрь, я сказала, что желаю поговорить с менеджером.
Бьянка Нестор, одетая в узкую юбку, быстро подошла ко мне. Я вручила ей заявление о преступлении, поданное мной в полицейское управление Санта-Барбары.
— Полагаю, что похититель
— Сложное дело. — Она уставилась на мое заявление в полицию. — Мы займемся этим, и вам будет сообщена вся информация, которая имеет отношение к делу. Обычно на это уходит десять дней.
Карен Джимсон жаждет моей крови сегодня пополудни.
— Не могли бы вы проверить прямо сейчас? Пожалуйста. У меня большие неприятности.
Она постучала пальцами по столу, повернулась к клавиатуре и начала печатать, глядя на экран компьютера. Минуту спустя она поморщилась.
— Я права, — сказала я. — У вас есть счет на имя Эван Делани.
— Нет. — И она прочитала то, что появилось на экране. — Сегодня утром счет был закрыт.
Мы встали одновременно. Выйдя из-за стойки, она опросила всех кассиров. Наконец один лысеющий молодой человек согласно кивнул ей. Бьянка Нестор вернулась, постукивая каблуками.
— Мы только что разминулись с ней?
— Нет. Мистер Эван Делани закрыл счет до востребования за двадцать пять минут до того, как вы пришли сюда.
Мужчина. И виноваты в этом мои родители, назвавшие меня мужским именем. Так что мошенничать с моим именем может кто угодно.
— Как он выглядел?
— Лет двадцать с небольшим. Белый. Неряшливые волосы, покрытые перхотью, как говорит мой кассир.
Пи-Джей.
Она строго посмотрела на меня:
— Вам известно, кто это был?
Чем меня еще мог разочаровать Пи-Джей, я просто не знаю. Но ему это удалось.
— Возможно.
Она проводила меня до двери.
— Мы внесем его в список подозреваемых. Доверьтесь мне. Я свяжусь с вами.
Я вышла на улицу в морозный и солнечный день. Рядом с моей машиной стояла, облокотившись на нее, детектив Лили Родригес.
— Поговорим, если не возражаете.
Я не умею лгать. Вот почему я не являюсь ни секретным агентом, ни автором таких книг, как «Семь секретов похудения». Я становлюсь застенчивой при общении с людьми, которых я уважаю. Однажды я попыталась прикинуться во время близости, и Джесси сказал: «От твоего вранья взорвется печатный полиграфический станок».
Но лгать Родригес не было необходимости. Мне нужно убедить ее в том, что я всего лишь честная гражданка своей страны. Что было не менее трудно, потому что все испытывают беспокойство, когда приходится отвечать на вопросы полицейского. «Это ваши пальцы торчат у вас на ногах?» Человек начинает заикаться. «Да, мои». — «Они не завезены контрабандным путем из Южной Америки?» — «Бог мой, нет!» Паника и наигранный смех.
Мне пришлось проехать через весь город для того, чтобы убедить Лавонн Маркс в том, что никакой кражи я не совершала.