Мыс Иерихон
Шрифт:
Дверь квартиры Бриттани открылась, и вышел тот самый молодой человек, которого я видела сквозь окно. Он держался за круглую дверную ручку.
— Подойдите сюда.
Мужчина напоминал сутулую скульптуру греческого бога. На его лице застыло виноватое выражение. Ему было лет двадцать пять. У него были взлохмаченные волосы, глаза цвета морской волны, бледные и безумные. Его лицо показалось мне знакомым.
— Могу ли я чем-нибудь помочь вам?
Я замедлила шаг.
— Подслушивать
Я остановилась.
— Я не хотела вас обидеть.
— Кто вы такая? Журналистка?
— Нет. Не сейчас.
Меня начинало трясти от этого создания с мясистым красивым лицом и с зелеными глазами, которые обычно бывают у оптовых продавцов детских журналов. Сутулость придавала ему даже сходство с Наполеоном.
— Мы с вами знакомы?
Он сложил губы в презрительной улыбке:
— «Рок-Хаус». Я Шон Катнер.
Да, конечно, «Рок-Хаус» — реалити-шоу. Каждую неделю непрофессиональные певцы исполняют свои песни для богачей в надежде получить контракт на запись диска, и каждую неделю члены жюри сообщают им, насколько они неталантливы. Это был целый легион неудачников. Джесси находил все это ужасным, а мне это зрелище нравилось. Конечно же, я знала Шона Катнера. Он был омерзителен.
Он понял это по выражению моего лица и нахмурился:
— Единственный и неповторимый.
Двадцать шесть миллионов зрителей посмотрели это шоу вживую. Яркое освещение, охрипшая от крика аудитория, пробежка камерой по сцене.
Шон исполнял обычный рок. Своей песней он доводил до умопомрачения толпу и себя и заканчивал выступление весь мокрый от пота. Под мышками у него были черные пятна, рубашка приклеивалась к телу, а по лицу и шее текли ручейки.
Жюри не очень-то церемонилось. Превосходная песня. А как быть с потом?
Заинтересовавшись, я пошла к двери. Шон Катнер был первым персонажем статей в желтой прессе, с которым я познакомилась.
Он поднял руки:
— Сейчас не время. Я еще не привык к местному времени, и мы все скорбим.
Ничего себе! Он считал, что я хочу получить у него автограф. Странная дрожь вернулась, но теперь она была еще сильнее.
— Бритт была моей лучшей подружкой по отборочным прослушиваниям в «Рок-Хаус». То, что произошло, ужасно.
— Я не знала, что она принимала участие в конкурсе.
Он сунул руки в карманы.
— Бриттани не прошла прослушивание на первом этапе, но от нее я получил самую сильную поддержку. До конкурса и после.
Из квартиры послышался шум, и мужской голос спросил:
— Кто там, Шон?
Взгляд его зеленых глаз остановился на мне.
— Это любопытная мисс с подъездной дорожки.
Меня снова затрясло, и я поняла, что видела его раньше лично. Но прежде чем я смогла что-нибудь
— Вы хотите поговорить о моей дочери? Поговорите со мной. Тед Гейнс.
Было ясно, что тело дочери он уже видел. Хоть он и был крепок как пень, выглядел он так, словно ему в живот ударили пущенным со всей силой бейсбольным мячом. Как ему до сих пор удавалось держаться на ногах, просто удивительно.
— Я очень сожалею в связи с вашей потерей.
— Вы подруга Бриттани?
Соседка Бриттани вытирала нос бумажной салфеткой.
— Она приезжала в пятницу, около полуночи. Искала Пи-Джея.
Гейнс и Шон задвигались и, казалось, закрыли собой весь проход. Шон вынул руки из карманов. Взгляд Гейнса похолодел.
— Чего вам от него надо? — спросил он.
— Могу биться об заклад, она приглядывает за ним, — сказал Шон.
— Отнюдь нет, — возразила я.
— Да, вы болтаетесь тут, чтобы получить возможность сказать ему, что путь свободен. — Он посмотрел поверх меня в сторону улицы. — Ах ты черт! Вон и он.
Гейнс вошел в дверной проем.
— Где?
— Вот он, мерзавец. Вон там.
Он сорвался с места и побежал мимо меня.
Я повернулась. Если Пи-Джей вернулся, то получит свое. Но его нигде не было видно. И тогда я с ужасом поняла. Шон бежал в сторону моей машины.
Джесси сидел, прижав к уху телефон и глубоко натянув бейсбольную кепочку. В связи с тем, что окна машины отражали свет заходящего солнца, можно было легко ошибиться.
Я сдвинулась с места. Гейнс схватил меня за руку:
— Нет, вы никуда не пойдете.
— Это не Пи-Джей.
Я попыталась вырваться.
— Он должен ответить за свое преступление.
Шон бежал по пешеходной дорожке. Я выкрикнула имя Джесси. Шон подбежал, распахнул дверцу, схватил Джесси за руку и вытолкнул его из машины.
Я видела, как Джесси повалился на землю. Потом все стало развиваться с головокружительной быстротой. Я оттолкнула Теда Гейнса к стене, а сама помчалась к машине. Шон, побагровев, стоял над Джесси и кричал: «Подонок, сволочь!» Потом отвел ногу назад и ударил его по ребрам.
У меня потемнело в глазах. Я чувствовала, как Тед Гейнс бежит за мной. Джесси лежал на спине в грязи, и было видно, что одна из его ног зажата между дверцей и рамой. Он не мог ни уйти, ни подняться. Шон продолжал орать: «Гнусный тип, она погибла из-за тебя!» И он снова занес ногу для удара.
Джесси скрипел зубами. Последовал удар. Джесси быстро протянул руку, зажал ногу Шона, согнув свою руку в локте, и навалился на него.
— Я сейчас переломлю тебе колено, — пригрозил он.