Мятежник
Шрифт:
Присутствие людей, ржание их коней и лязг оружия разбудили камнекожих ото сна. Они безжалостно перебили всех дружинников и двинулись дальше, охваченные непреодолимым чувством уничтожить всех, кто смел прийти на их земли и нарушить их покой. Когда люди схлестнулись с этими существами, их ждало еще одно страшное открытие – их противники были почти неуязвимы. Их кожу было сложно проткнуть мечами, копьями или стрелами, она была покрыта чем-то прочным.
Ученые Внешнего мира, которые впоследствии изучали тела этих существ, утверждали, что таким образом они адаптировались к постоянным холодам, к суровому климату Подледья, к колючим ветрам.
Началась всеобщая война людей, что жили в Подледье, и камнекожих, как стали называть этих существ люди. Жестокая была война. Людей было намного больше, но неуязвимость камнекожих давала им преимущество. Людям повезло, что эти существа были не особо умны и были бесхитростны, легко попадали в засады. Они не знали стратегии и тактики ведения сражений. Обычно они нападали неорганизованной толпой, а оружием их были стволы деревьев, камни да лед. Поэтому люди, используя военный опыт, накопленный многими тысячелетиями, смогли вытеснить камнекожих на самую окраину Подледья, в недра небольшой горы, которую стали называть Безымянной.
Хейду сидел и завороженно слушал. Он так внимательно не слушал ни один рассказ, даже когда был мальчишкой и ему о своих ратных похождениях рассказывал Эрл.
– Но никто не знает, истребили их всех или нет, потому что любой человек, кто отправлялся к Безымянной горе, бесследно исчезал. Со временем люди оставили гору в покое, добраться до нее было нелегко, вокруг горы простиралась безжалостная снежная пустыня Арахас. А где заканчивалась пустыня, образовалось множество мелких княжеств, князей которых больше заботили проблемы истребления друг друга, нежели изучение горы. Но исчезновение редких смельчаков, что отправляются на гору в поисках приключений, еще тревожит умы людей. Люди перешептываются между собой, что не все камнекожие были убиты.
Ларус замолчал, он посмотрел куда-то вдаль, где далекая сине-изумрудная линия горизонта касалась темного моря.
– А вы что думаете об этом? – поинтересовался Хейду, его очень увлек рассказ рыбака.
– Не знаю, – пожал плечами Ларус. – Но ходят слухи, что гора начала расти, ее вершина вскоре может достать до ледяного неба, а там неизвестно, что случится. Великий князь Ратибор из Урдмура отправлял к горе вооруженную экспедицию во главе со своим старшим сыном, но она исчезла. Но знаешь, что я тебе скажу, – Ларус наклонился чуть ближе, от былого спокойствия рыбака не осталось и следа, он стал напряжен и чем-то сильно встревожен. – Грядет что-то страшное. Люди в дальних княжествах слышат треск ледяного неба со стороны Безымянной горы. Звук разносится на много километров вокруг, он похож на раскаты грома, словно на Подледье надвигается ужасная гроза. Но в ледяном мире никогда не случалось грозы.
Снова пробежал легкий холодок. Хейду посмотрел в ту сторону, где должна была располагаться гора. Конечно, она была за много сотен километров от них, между ними лежало море, несколько княжеств, снежная пустыня, но ему показалось, что он услышал треск. Мурашки побежали по спине наемника.
– А теперь давай спать, – произнес более весело Ларус. – Небо темнеет, приходит ночь.
Хейду посмотрел на небо, оно становилось еще более мутным, изумрудный и голубой цвета становились тусклыми и почти угасли.
– Так у вас наступает ночь?
– Да, небо темнеет, никакой луны или звезд, как во Внешнем мире, только тени становятся гуще, – рыбак начал рыться в
Когда Хейду пытался устроиться на неудобном днище, он думал, что еще долго его будет тревожить рассказ, даже несмотря на то, что рыбак дал ему несколько толстых теплых шкур залембийских снежных тигров, в которых его не доставал холод. Но, видимо, он сильно утомился за прошедший день, произошло много событий, поэтому он уснул почти сразу, как только его голова коснулась мягкой шкуры. Настало время недолгой подледской ночи.
Глава 3
Хейду разбудил шум голосов. Еще не открыв глаза, он без труда определил, что один голос принадлежал Ларусу. Его голос был взволнован и напуган. А вот второй голос… он показался юноше очень странным. Еще никогда ему не приходилось слышать таких голосов. Голос собеседника рыбака был спокоен, ровен, без эмоций, он не становился ни на тон выше или ниже. Голос был механическим, неестественным, монотонным, как движение часового механизма. Слушая, как говорил собеседник Ларуса, наемник думал, что это был не человек. Сбрасывая остатки сна, Хейду поднялся в лодке.
Сердце наемника забилось быстрее, он стиснул зубы, чтобы не выдать удивления: рядом с бортом лодочки рыбака тихонько покачивалась небольшая ладья, на короткой мачте которой развевался флаг Ордена Льда. Наемник видел, как от ладьи был перекинут узкий деревянный мостик, которым ладья крепко была сцеплена с лодкой. На ладье находились три высоких мужчины в белых просторных туниках, которые полностью скрывали их фигуры. Один из них стоял за большим приспособлением, напоминающим гастрофет. Оружие опиралось на большой костыль, который, по-видимому, крепился ко дну ладьи. Льдонянин держался руками за длинные рукоятки, в которые была заправлена тетива. В ложе была заряжена длинная стрела. Острый, по размерам не меньше кулака взрослого мужчины наконечник стрелы был направлен прямо в грудь юноши. Хейду подумал, что если льдонянин выпустит стрелу, то она с легкостью пробьет куртку, кофту, разломает грудь и отбросит его тело далеко в холодные воды моря. Взгляды всех трех людей Ордена смотрели на него. Ларус, вжав голову в плечи, как провинившийся школьник, тоже посмотрел на наемника.
Хейду видел, как они отличались от обычных людей. Они были выше. У них были крупные черты лица, намного крупнее, чем у людей. Также, взглянув на их кисти, он видел, что они были широкими и длинными. Такая кисть легко сомкнется на шее обычного человека и сожмет ее. Не зря они были потомками великанов, многое от древнего народа перешло к ним.
– А, проснулся, – стараясь выдавить улыбку на встревоженном лице, произнес Ларус. – А вот и мой племянник, Свенельд. Всегда любит поспать подольше, лентяй.
– Свенельд? – льдонянин, что стоял прямо перед Ларусом и возвышался над ним на добрых две головы, внимательно оглядел юношу. – И откуда ты, Свенельд?
На белом, как самый белый мрамор, лице не появилась ни одна эмоция. Выражение лица было под стать его механическому голосу.
– Он сын моей сестры, Алии, – поторопился ответить за наемника рыбак. – Она живет в маленьком городке под названием Белука.
Льдонянин перевел взгляд на Ларуса и испытующе посмотрел на него огромными глазами-блюдцами, холодными, как воды моря, что было взволновано противными ветрами этим утром.