Мы
Шрифт:
И вот однажды вечером, ведомый исключительно желанием дать своему сыну нечто постоянное и долгоиграющее, я дождался, когда они с Конни лягут спать, налил себе изрядную порцию скотча, смешал эпоксидный клей «Аралдайт» в крышечке от баночки из-под джема, разложил перед собой инструкцию и аккуратно склеил пиратский корабль, замок тролля и машину «скорой помощи». Теперь коробку дорогостоящих деталек заменили три потрясающие, рассчитанные на долгую службу игрушки. Я выставил их на кухонном столе и отправился спать в предвкушении потока похвал.
Поэтому слезы и завывания, сотрясшие дом на следующее утро, меня несколько обескуражили, поскольку отнюдь не соответствовали масштабу моих злодеяний. Послушай, пытался втолковать я Алби, теперь они будут служить тебе
Так или иначе, анекдотичная история с лего всегда вызывала взрывы смеха, но я, как отец, научился быть толстокожим и спокойно переносить шуточки в свой адрес. Вот над моим отцом никто и никогда не посмел бы подтрунивать, значит это уже какой-то прогресс или вроде того.
135. Сиена
Я определенно произвел впечатление на мальчугана из поезда на Сиену, поэтому ко времени прибытия в пункт моего назначения мы уже успели подружиться и радостно кивали друг другу, все кивали и кивали. Я был благодарен ему за предложенную конфету, а если честно, то слопал бы весь пакет, ведь бог его знает, когда я смогу снова поесть. Но мы уже подъезжали к Сиене. Ciao, ciao! Скажи «до свидания» этому милому чудн'oму дяденьке. Я пожал липкую детскую ладошку и вышел в удушающий зной тосканского полдня.
Автобус до Старого города был набит под завязку, и я, путешествующий налегке, остро чувствовал, насколько самодовольно выгляжу на фоне всех этих рюкзаков и чемоданов, точь-в-точь как сбежавший из дурдома душевнобольной. Автобус проехал через средневековые ворота, и все начали высаживаться; я поспешил вперед, оставив за спиной пассажиров с их громыхающими чемоданами, миновал еще одни ворота и неожиданно оказался на залитой светом огромной пьяцце, раскинувшейся наподобие веера с девятью тонкими клиньями, который отдаленно напоминал павлиний хвост или жестянку с шотландским песочным печеньем, перед гигантским палаццо в готическом стиле, а все вокруг было насквозь пропеченное, терракотово-красное. Не только весьма захватывающее зрелище, но и довольно-таки вдохновляющее, потому что Сиена — город-крепость, компактный и изолированный; если Венеция была лабиринтом, то Сиена — обувной коробкой. Проскочить мимо Пьяцца дель Кампо было невозможно, и вообще вся активность была сконцентрирована именно здесь. А значит, я точно не упущу Алби и Кейт, которые будут тут, словно муравьи под увеличительным стеклом. В состоянии боевой готовности, полный оптимизма, я выбрал место на уложенных елочкой кирпичах на середине спуска, натянул бейсболку на глаза и моментально уснул.
136. Воссоединение
Проснувшись в начале четвертого, я так замысловато выругался, что на меня стали оглядываться. Ну как можно быть таким идиотом?! С трудом поднявшись, я понял, что едва держусь на ногах. От усталости голова моя свесилась набок, и теперь вся правая сторона лица была привычно стянута, что означало солнечный ожог. Я споткнулся, затем снова опустился на горячие кирпичи. Три часа! Три часа, в течение которых они уже наверняка успели пройти мимо. Я живо представил себе, как Алби переступает через меня, валяющегося на земле, будто подзаборный пьянчуга. Во рту все пересохло, тогда как одежду было хоть выжимай, настолько она
В киоске на краю площади я купил две бутылки воды за сумасшедшие деньги и, залпом осушив одну, затем ополовинив другую, остановился посмотреть на свое отражение в зеркальной стене. Вертикальная линия отделяла алую часть лица и шеи от белой, а тень от бейсболки образовала экватор поперек лба. Солнце, точно по трафарету, окрасило мое лицо в цвета датского флага. Я потрогал кожу; судя по ее болезненности, худшее еще было впереди, рассмеялся тем жутким смехом, что обычно предваряет истерику на грани слез, и снова шагнул в жару.
Меня подташнивало, я чувствовал дурноту и плохо соображал. Вернуться в плавильный котел пьяццы казалось немыслимым, но у меня не было номера в отеле, чтобы прилечь, а из наличности — только двенадцать евро в кармане, которых не хватит даже на то, чтобы вернуться во Флоренцию, где за нарушение сроков хранения моих бумажника с паспортом явно накапала приличная пеня. И я, как пьяный, с бутылкой воды в руке, с кружащейся головой, с блуждающим взглядом, стараясь держаться тени, словно вампир, и не имея ни единой здравой мысли в мозгах, заковылял через толпу в конец улицы, которая вывела меня во двор, где передо мной возник нарядный фасад уходящего ввысь кафедрального собора. Донесшийся с campanile внезапный перезвон колоколов заставил все взоры устремиться к небу, но внезапно церковные колокола были заглушены божественными звуками аккордеона Кейт Килгур, которая исполняла «Beat It».
Дождавшись финальных аккордов, я шагнул вперед и прижал ее к себе.
— Кейт Килгур! — воскликнул я потрескавшимися губами. — Как же я рад тебя видеть!
— Блин, мистер Петерсон, — высвобождаясь из моих объятий, сказала она. — А чего это вы такой затраханный?
Да, не спорю, воссоединение получилось несколько бурным, и все же я до сих пор жалею о том, что пришлось вмешаться полиции.
137. Sweet Child of Mine
57
Моя милая детка (англ.).
Я отнюдь не склонен разбрасываться такими словами, как «жестокость». Это однозначно было недоразумением или, возможно, слишком бурной реакцией с их стороны, да и с моей тоже. Если бы я постарался держать себя в руках, то наверняка разрулил бы ситуацию. И все же…
— Кейт, ты даже не представляешь себе, через что мне пришлось пройти.
Я был искренне рад видеть ее, гораздо больше, чем она меня; мало того, Кейт уже собиралась приступить к исполнению следующей песни, возвышенной «Sweet Child of Mine», с многократно повторяемыми музыкальными фразами. Я терпеливо дождался конца проигрыша, а затем продолжил:
— Кейт, мне необходимо увидеть Алби. Он с тобой?
— Не могу сейчас говорить, мистер Пи…
— Нет, успокойся, но я должен знать, что он в порядке. Может, позже.
— Не могу говорить, мистер Пи…
— Ох. Ну ладно. Ладно. Прости, ты исполняешь свое соло, но я только хочу узнать, где…
— Его здесь нет.
— Но он ведь где-то рядом? Да? Да? — Она начала следующий куплет, и мне ничего не оставалось делать, как бросить монетки в ее шляпу-котелок. — Не могла бы ты просто направить меня в нужную сторону? — За монетами последовали бумажки в пять, десять евро — одним словом, вся моя наличность. Я принялся шарить в карманах в поисках мелочи. — Кейт, я сейчас уйду, но я проделал очень долгий путь и…