Мы – силы
Шрифт:
Командир третьего взвода убежал собирать своих бойцов, а Ханин тем временем решил послушать Серова.
– …гвозди, молотки, вагонка, веревки, ДВП, ДСП, все строительные материалы, какие найдете. Пожалуй, клей, краску, цемент и так далее не надо. Сами разберетесь – не маленькие. Все сюда для составления описи. Первый взвод, пока вам готовят все это, не расслабляйтесь и приступайте к слому забора. Только смотрите совсем его не разломайте. Доски, я имею в виду, не крушите, ими еще бревна сбивать. Всем разойтись!
Ханин подошел
– А на бревна ты этот домишко пустишь? – он указал на деревянный сруб на склоне.
– Да. Только пусть у нас все сначала готово будет.
– Хорошо. Я не против. Что там с, типа, командирским катером?
– Я послал Кирюху и одного из его же взвода. Пусть в воду спустят и сюда перегонят. А нашу резинку на буксир возьмут.
– Отлично. Просто, чтобы вещи не замочить, в катер их закидаем.
– Я тоже так думаю. О! Эти уже стол тащат.
Ханин огляделся на курсантов, что вынесли из особняка журнальный столик, и пояснил:
– Да, я сказал, чтоб вынесли.
– Опись подробную делать?
– Да, по возможности. Ну там, гвозди не штучно, конечно, мерить – пачками, килограммами… Ну, на глаз. Короче, сам смотри.
– Хорошо.
Хорошо, да не совсем… Вернувшиеся через час с соседнего островка бойцы сообщили, что строящийся флот неожиданно остался без флагмана.
– Ну, а ты что думал? – философски заметил Серов Ханину. – Что эти уроды вплавь ушли?
– Вот уж воистину уроды, – сплюнул Ханин под ноги.
– Командир, мы тебе такой плот забабахаем, не плот, а плотище! – смеясь, заверил Серов своего командира.
– Да это-то тут при чем? Главное, чтобы припасы не замочились, – нахмурился Ханин.
– Спокойно. Все будет круто!
К обеду старлей и мичман составили две описи.
«Список изъятых по моему приказу вещей из поселка. Вещи для обеспечения действий вверенной мне роты:
Из дома номер девять:
1. Носков теплых – 8 (восемь) пар.
2. Носков обыкновенных – 6 (шесть) пар.
3. Тулуп овчинный – 1 (один).
Из дома номер шесть:
1. Сапоги резиновые (болотники) – 1 (одни).
‹…›
13. Кастрюли разноразмерные – 9 (девять) шт.
14. Бак – 1 (один).
Дата.
Подпись:
ст. лейтенант ВМФ Ханин».
«Список изъятых строительных материалов и вещей для обеспечения действий пятой роты курсантов училища имени…
1. Дом – 1 (одна) штука.
2. Гвоздей разной длины – 5-8 (пять-восемь) кг.
3. ДСП, снятых со стен и перегородок, – 22 (двадцать два) листа.
4. ДВП, снятых со стен и перегородок, – 40 (сорок) листов.
5. Ломов – 3 (три) шт.
57. Рельс – 1 (один) шт.
Дата.
Подпись».
– Ладно, над домом
– Пригодится… – разумно, а может и не очень, заявил мичман. – И в конце концов, я не спрашиваю, зачем тебе в описи флаг России.
– Еще бы ты спрашивал… Да это они от усердия.
– Они в него заворачиваться будут?
– Отстань, они, в отличие от тебя, патриоты.
– Так лучше б Андреевский сшили… от усердия, – заметил Серов, видя, как трое курсантов, надев флаг на палку от метлы, размахивают им словно футбольные болельщики на стадионе.
– Так, все… прекращай. Давай сюда свою писанину, – сказал старший лейтенант.
Ханин вложил два листка в полиэтиленовый прозрачный пакет и подвесил под козырьком над крыльцом особняка.
– Вот. Кто оборвет, тому сам руки пообрываю, – обратился он к курсантам неподалеку.
Ханин приказал уложить все найденные предметы одежды в пакеты, а потом и в мешки из-под картошки, так же найденные в домах и занесенные в опись. Проконтролировав процесс, старший лейтенант и мичман направились к уже описанному и конфискованному на слом дому. Вокруг сруба стояли, ходили, чесали затылки курсанты и командиры взводов и отделений.
– Что вы смотрите на него, как бараны, – на подходе громко возмутился Серов. – Это же ломать, а не строить! Лестницы найдите. Разломайте крышу. Потом подцепляйте ломами доски и бревна и скидывайте их на землю. Давайте бегом.
Под командованием мичмана и при молчаливом присутствии командира курсанты поставили своеобразный рекорд училища: разбор строения за четыре часа. Ханин всерьез подозревал, что рекорд никогда побит не будет.
Разобрав домик и откатив бревна к спуску, где намечалось их превращение в плавсредство, командир разрешил обед, по времени скорее похожий на ужин, и часовой отдых.
Через полтора часа работы возобновились. Кто по пояс в воде вязал спущенные концы бревен в полотно плотов, кто на уже связанных сбивал бревна вдобавок досками и мастерил на них настил. К десяти вечера было готово уже три плота, и их опробовали курсанты, забравшись по пятнадцать-двадцать человек на каждый. Плоты проваливались по самые настилы, а при неправильном расположении пассажиров вообще грозили утопить всех. Но Серов был доволен.
– Пусть сидят, как мыши, а не то утонут, – заявил он.
Ханин, осмотрев то, что осталось от постройки, сказал менее радостно:
– А что, собственно, дальше? У тебя больше-то и строить не из чего.
Почесав за ухом, мичман заявил:
– Ну, у нас еще не один забор есть.
– Неуверенно как-то ты заговорил… Я, кстати, тоже думаю, что забор – это не выход. И что будешь делать?
– Придумаю что-нибудь.
– Давай думай. Только ночь уже на дворе… лучше, наверное, завтра продолжить. Пусть ужинают и «отбиваются».