Мужской стриптиз
Шрифт:
– Да. Нет. Это не ко мне… На штейн-трапе или на катушках? Это уже лучше. Звоните завтра, всех благ. – Марк сворачивал, перепрыгивал ступеньки, ловко уступал дорогу проносившимся навстречу мальчикам в ливреях и девицам в трико. Следом за Марком струился нежный шлейф дорогого парфюма, он волшебным образом перекрывал вечные звериные запахи цирка.
Настя не успевала охать, столько всего интересного происходило вокруг. Пробежали парни с медвежонком. Прокатили огромную клетку, там кто-то сидел под покрывалом. Под потолком запели моторы,
– Здесь! – Продюсер толкнул дверь.
И Настя Порываева ахнула по-настоящему.
Она угодила в царство, где богом был велосипед. Чуть позже оказалось, что не совсем велосипед, а вообще все, что имеет колеса и способно пригодиться под куполом цирка. Далекий дядя Миша, собравший ей первого стального коника, помер бы от зависти.
– Знакомьтесь. – Марк быстро пожал руки мужчинам, галантно поцеловал запястье широкоплечей веселой женщине. – Это та девочка, о которой я вам говорил. Наша будущая звезда…
Он слегка, утонченно-плавным движением провел «будущей звезде» по плечу. И она сразу простила ему и «девочку», и пренебрежительный тон, и манеру передвижения, похожую скорее на гонку за лидером.
Великий человек дал понять, что она для него не просто материал…
– Арина, – представилась женщина. – Марк попросил меня прилететь. Он сказал, что вы – редкая удача. А Марк еще ни разу не ошибся.
– Арина прилетела из Торонто, – пояснил Марк. – Она ставит трюки для цирка Солнца. Нам очень повезло, до очередного контракта у Арины три месяца.
– Это мне повезло с тобой, – бархатно рассмеялась женщина.
Настю почему-то этот смех уколол. Так случается, когда проводишь ладонью по новой, только что распечатанной сорочке, и вдруг натыкаешься на булавку.
– Будете работать вместе, – добавил Марк. – Настя, вы теперь – команда. С этого момента – никаких раздумий в одиночестве, никакого самотерзания. Эти люди – специалисты высшего класса…
– Потапов, – поклонился усатый дяденька в круглых очках. – Прошу опробовать.
За ширмой, между полок с миллионами инструментов, оказался коридорчик, ведущий в квадратную залу. Тут не было окон, а по потолку и стенам висели куски машин и загадочных механизмов.
По центру стоял… ее велосипед.
Нет, нет, он лишь отдаленно походил на свой неуклюжий прототип. Он весил вдвое меньше, зато оказался втрое удобнее в управлении. Титановая рама, масляные амортизаторы, регуляторы наклона… Уняв сердцебиение, Настя оседлала сверкающую игрушку, прокатилась по коридорчику.
– Смелее, смелее, – засмеялся механик. – Мы будем его переделывать, пока не покорим мир.
Впервые она поняла, что означают слова «легкий в управлении». Эта машина походила на верткую канонерку, а предыдущая – на неуклюжий линейный крейсер. Велик послушно встал на дыбы. Затем так же послушно задрал зад,
– Владислав – наш художник, – Насте представили третьего участника совещания. – Он не просто художник, а Мастер. За его костюмами стоят в очередь, а что он творит со светом, со звуком? Это чудеса… Владислав, сколько лет жизни мне стоило, чтобы переманить тебя в команду?
Четверо засмеялись. Настя готова была их всех расцеловать. За исключением Арины с ее бархатным голосом и подозрительной привычкой стоять к Марку слишком близко.
– Начнем завтра утром, – постановил продюсер. – У нас месяц, чтобы отработать генеральную линию.
– Какая будет линия? – деловито спросил Владислав.
– Она хочет прыгнуть, – в тон ответил продюсер. – Пусть прыгнет. Сначала недалеко.
– На этом? – замялась Арина, имея в виду велосипед.
– Она хочет прыгнуть, но не понимает, как.
– Мы видели, что она делает, – кивнула Арина. Серьезно кивнула, без ноты насмешки.
– С трапеции на наклонный канат? – Потапов развернул чертеж, прижал ватман магнитом. – Если бы я не работал тут столько лет, сказал бы, что это невозможно.
– И в полной темноте? – уточнил Владислав. – Тогда жонглирование нам ни к чему.
Настя могла лишь молча удивляться. Команда уже работала, шестерни вертелись у них в мозгах. Потапов наносил быстрые штрихи, художник отступил на шаг, разглядывал девушку сзади, точно опытный портной, готовый снять мерку. Марк отобрал карандаш, легко добавил что-то к запутанному рисунку.
– Обалдеть, – тряхнула стрижкой Арина. – Я возьмусь за это. Но это не совсем то, что мы видели.
– Это совсем не то. Это то, что я вижу, – категорично отрубил Марк. – Никаких дурацких стоек, это не атлетика. Это будет чистый ужас.
– А страховочные лонжи? – Механик снял и надел очки.
– Тогда уж – сетку? – предположила постановщи-ца трюков.
Настя набралась смелости, чтобы вставить слово. Ей вовсе не хотелось прощаться с летающими факелами, на укрощение которых ушло столько времени. Еще обиднее было прощаться со стойкой на руках. Но команда ее хозяев работала в таком темпе, что девушка просто не успевала вмешаться.
Да, именно хозяева. Хозяева номера, иначе не скажешь!
– То есть мы упираем на жанровый синтез? Акробатика, жонглирование, антипод?
– Важнее – хореография. Девочка пластичная, эффектно смотрится, – возгласил Владислав. – И я бы не советовал худеть. Так даже острее…
– Пусть хореография. – Кивок Арины. – Но меня заботит равновесие…
– Вот именно, – включился Потапов. – С обычным канатоходцем все ясно, там шест-балансир. На провисшей проволоке работают мышцы ног, так? Условно говоря… – Он снова принялся чертить. – Вот точка опоры, примерно здесь центр тяжести тела. Вектор достаточно короткий, но на велосипеде это втрое сложнее. Вы же хотите, чтобы канат не провисал?