Муж поневоле
Шрифт:
Внезапно осаждаемые начали сбрасывать прямо в центры скоплений мертвецов какие-то предметы.
— Что они делают? — нахмурилась Ниике.
В следующий момент ярко вспыхнуло, и мы увидели красочно разлетающиеся в стороны костяки, а через пару секунд до нас долетели почти слившиеся в один гулкие звуки взрывов.
С тихим стоном Сагир опал в седле, покачнулся, чуть не выронив посох, вцепился в верблюда, чтобы не упасть, но усидел, оправился и, чуть натянуто улыбнувшись моей жене, произнёс, пусть уже и не таким бодрым
— Госпожа, это лишь небольшая заминка, через пару минут нежить продолжит штурм.
— Это не заминка, — негромко прокомментировал я, — это недочёт плана. Похоже, у защитников столицы завалялось оружие гномов.
— Не думаю, что его у них много, — буркнул маг, мазнув по мне неприязненным взглядом.
Посмотрев опять на Тардан, я обнаружил, что в отсутствие прямого управления нежить просто застыла на месте, плотно окружая город. Вероятно, запрограммировать их на определённые действия было нельзя, исключительно напрямую.
Глотнув из фляги вина, мастер воздуха поднял вверх посох, принимаясь махать им над головой. Мертвецы вновь забурлили, устраивая кучу малу, вот только дула орудий на гребне стены, за которыми я продолжал наблюдать, вдруг чуть стронулись с места, поворачиваясь аккурат в нашу сторону.
— Бере… — начал было я, но тут глаза мои уловили вспышку, и оборвав себя на полуслове, я смог разве что, схватив Ниике за рукав, увлечь девушку за собой, резко сдёргивая с верблюда и прижав к себе, чтобы покатиться с бархана вниз.
Успел. Снаряд взорвался буквально в паре метров от того места, где мы находились, разметав верхушку бархана и хорошенько присыпав нас песком. Переломанные и окровавленные туши верблюдов рухнули неподалёку, и одного взгляда на них хватило, чтобы понять: мы остались без транспорта.
Ещё парочка снарядов прилетела чуть левее, и теперь по эту сторону бархана находились уже все, включая отплёвывающегося от набившего рот песка и ругающегося Сагира, успевшего закрыться каким-то воздушным щитом, но не сообразившего, что сила взрывной волны отправит его вместе со щитом в длинный полёт. Аккурат в середине полёта щит кончился, и не слишком удачливый начинающий великий некромант по плечи воткнулся головой в соседний бархан.
— Как я и говорил, — негромко начал я, — кое-кто не учёл гномьего оружия.
— Если такой умный, — отплевавшись, ядовито буркнул Сагир, — то что же раньше про это не сказал?
— Э-э нет, — покачал я головой, вставая и отряхиваясь, — в султанате я человек новый, столицу вашу вижу всего второй раз в жизни. Это вы должны про гномье оружие знать, а не я.
— Не спорьте, — встала между нами Ниике, — даже я, дочь султана, ничего об этом не знала. Возможно, мой отец договорился с гномами в моё отсутствие.
— Либо после твоего заточения, — добавил я, продолжая бодаться взглядами с магом воздуха.
— Либо после заточения, — согласилась девушка. — Поэтому перестаньте искать
— Госпожа как всегда права, — склонил голову Сагир. Оглядевшись в резко наступивших сумерках, он решил: — Как только окончательно стемнеет, попробуем снова. В темноте нас они увидеть не смогут.
Однако стоило ему, перебравшись на пару сотен метров в сторону, начать снова магичить, как в течение пары минут от защитников прилетела ещё парочка фугасных подарочков калибра миллиметров за сто пятьдесят. Не совсем точно, но достаточно, чтобы сорвать великое колдунство и заставить воздушника быстро спрятаться обратно за бархан — летать головой в песок во второй раз он не захотел.
— Твари… твари… гады… ублюдки…
Минут десять Сагир в ярости топтал песок, вымещая злость, а мы, собравшись кружком у наспех разожжённого костра, принялись держать совет.
— Похоже, у них есть прибор, который пеленгует источник магических возмущений и может наводить на него орудия, — пробормотал я задумчиво, глядя на всё никак не желающего успокоиться мага. — Прямо как радиолокационный прицел в моём мире.
— Что?
Взглянув на задавшую вопрос жену, я покачал головой и сказал громче:
— У них есть прибор, что видит источник магии и может наводить эти гномьи пушки. И, очевидно, стреляют они весьма далеко.
— Если отойти дальше, — мрачно произнёс выдохшийся и чуть присмиревший Сагир, — то я не смогу управлять скелетами, и так почти на пределе дальности.
— Тогда предлагаю нежить чуть отвести от стен, чтобы почём зря их бомбами не закидывали, а самим поспать, — я посмотрел на Ниике. — Утро, как говорится, вечера мудренее.
— И кто это сказал? — язвительно уточнил чёртов воздушник.
— Народ, — лаконично ответил я, после чего развернулся, подошёл к сложенным кучкой седельным сумкам в бурых пятнах засохшей верблюжьей крови, достал два одеяла, кидая на песок, глянул на остальных прищуренный взором и принялся возводить из песка привычное походное жилище, какое всегда ставил в наших странствиях по пустыне. Доверия к эмоционально неуравновешенному магу у меня не имелось никакого, поэтому я решил подстраховаться. Бережёного, как известно, бог бережёт. Ещё одна народная поговорка, давно прошедшая проверку временем.
На следующее утро из своего индивидуального укрытия, которое делил с Ниике на двоих, я выполз в пока не успевшую смениться жарой прохладу раннего утра и, ёжась, пошёл смотреть, как у нас дела с осадой.
Калим уже не спал и, лёжа на песке, вёл наблюдение. Поднявшись к нему, я плюхнулся рядом и поинтересовался:
— Ну что, есть изменения?
— Особых нет, — доложил бывший пограничник. — Видно, что пробовали заклинаниями, но то ли сильных магов в городе не осталось, то ли берегут силы, но нежити уничтожили мало.