Мусорщик
Шрифт:
— Эсти, можешь присмотреть за Келом, — она говорила тихо, но даже так, голос срывался и дрожал.
— Хорошо, Никола, — кивнула подруга, беря мальчишку за руку. Тот замотал головой, еще крепче прижимаясь к матери, но она быстро отстранилась. — Иди сюда, Кел, с мамой все будет хорошо.
Женщина подошла к бандиту, ухватившему ее за талию. Его рука сползла вниз и легла на круглую задницу Николы. Урод оскалили зубы, смотря прямо на нас и поволок несчастную девушку, едва стоящую на ногах, в темный участок темницы. Через минуту стали доноситься звуки — едва слышные женские стоны,
— Эй, малыш, иди сюда, — Эстер обвила голову пацана руками, прикрывая его уши.
— Что происходит? — я тронул вздрогнувшую подругу за плечо.
— Это Фэнь, он один из главных у местных бандитов, — ответила Эстер. — Он с дружками шантажирует Николу ее сыном. Сам видел. И не только ее, просто две девочки не выдержали.
Звуки совокупления стихли. Первым под светильником появился Фэнь, поправлявший штаны и отсалютовавший загоготавшим дружкам. Никола вышла спустя пять минут. На дрожащих ногах она подошла к нам, опустив глаза в пол. От группы подростков разошлось улюлюканье и свист.
— Кел, солнце, — женщина обняла парня, сразу бросившегося в ее объятья.
Я отвел взгляд от белых капель, стекавших с бедер присевшей Николы, и падающих на пол. Меня мало волновали ее проблемы, но вот другой вопрос стоял чрезвычайно остро:
— Нас кормить будут?
— Крис! — Эстер возмущенно толкнула в плечо.
— У меня немного хлеба осталось, не хотите? — Никола посмотрела прямо на меня. В ее глазах явно читалась благодарность. Рада, что я не стал заострять внимание на случившемся?
Вскоре она принесла кусок булки размером с ладошку. Я моментально проглотил угощение, и живот требовательно заурчал, требуя продолжения. Никола вздохнула и протянула мне еще один кусок. Хлеб не самая лучшая еда для восстановления сил и регенерации, хорошо, что успел сожрать печень подонков.
— Что здесь с охраной? — я подергал за волосы Эстер, играющую в гляделки с Николой. Женщины о чем-то безмолвно разговаривали, обходясь глазами и мимолетной, неуловимой для меня мимикой.
— Здесь никого нет, обычно десяток стражей с винтовками приходит во время обеда, иногда с ними одаренный или жрица, — ответила Никола, ласково гладящая сына. — Два выхода закрыты стальными дверями, открывающимися только с внешней стороны. Как видите, отсюда не убежать.
— Ему можно доверять, — бросила Эстер, но Никола лишь покачала головой.
Похоже, что девушки скрывают слабое место в охране темницы. Планируют сбежать? Я осмотрел их фигуры — слабые тела, никаких мышц, незначительная скорость. Вряд ли собираются прорываться боем. Значит, есть другая лазейка.
Послышался скрежет и стук, отвлекая нас от беседы. Люди начали вставать, направляясь в сторону железной двери.
— Обед, — сказала Эстер.
Девушки вышли вперед, но постоянно останавливались и притормаживали, не желая приближаться к многочисленным компаниям. В зал быстро вошли несколько человек в черной защитной униформе — встав на одно колено, они направили дула в нашу сторону. Следом вкатился большой котелок на громыхающей тележке.
Я вырвался вперед, став одним из первых в очереди.
Фэнь первым подошел к котлу и щедро налил себе в чашку бурого дымящегося варева, так что оно начало выливаться через края. Его дружки так же неаккуратно обращались с едой — один даже вывернул полную миску. Из первой корзины с хлебом они выгребли все подчистую, разом уполовинив пайку остальных узников.
Один из бандитов громко шмыгнул носом и наклонился над котлом, желая добавить остальным немного соплей в суп. Его щеки раздулись — я не успевал ничего сделать, но вмешался старик. Огромная ладонь обхватила затрещавшую голову, легко отрывая заверещавшего мужика от земли. Стражи бездействовали. Рука старика напряглась, под кожей вырисовались твердые мышцы. Бандит побагровел, его глаза налились кровью, а язык валился, болтаясь ниже подбородка. В следующее мгновение череп хрустнул. Охрана разом дала залп — резиновые пули ударили по закричавшей и бросившейся в разные стороны очереди.
Больше всего досталось Фэню с его парнями. Они попадали, выронив миски и быстро поползли, достигнув завидного темпа. В старика тоже прилетело, но пули его совершенно не волновали. Отбросив бездыханное тело на несколько метров, он спокойно подошел к котлу за порцией. Я встал сразу за ним.
— По одной в руки! — раздался окрик, когда я попытался наполнить вторую миску. Резиновая пуля срикошетила от каменного пола и ударила в загудевший котелок. — Следующий выстрел будет боевыми.
— Эстер, быстро сюда! — крикнул я.
Винтовка коротко рявкнула. Я успел уклониться только чудом, загодя почувствовав намерение убить, исходящее от стража. Позади послышался крики — не доставшаяся мне пуля прикончила кого-то другого.
— Не кричи больше, полудурок, — покачал головой стоявший рядом старик.
Все люди попрятались за колоннами, не желая высовываться после случившегося. На вид остался лишь один — тот самый мужик, что хотел вытащить меня из очереди, теперь лежал с простреленной головой. Не повезло бедолаге.
— Обед заканчивается через минуту! — прокричал стрелявший в меня страж.
Взяв побольше хлеба, я собирался уйти, но меня остановил голос стража. Боги, ка кон уже заебал меня.
— Вы двое, пойдете на прогулку. И возьмете труп.
Вот же срань. Я одним залпом выпил чашку супа, обжигая горло и принялся запихивать в рот хлеб. Из заключенных только Никола осмелилась выйти. Она налила половник варева и принялась кормить Кела, обмакивая кусочки хлеба в бульон. Себе же женщина взяла несколько кусочков булки. Увидев, что ничего не происходит, стали подтягиваться люди посмелее, но никто не успел дойти до котелка — обед закончился.