Мурманский сундук.Том 2
Шрифт:
С берега открыли беспорядочную стрельбу. Приехала вторая автомашина. Какой-то человек, подобный чёрной глыбе в блестящем плаще, что-то кричал людям, размахивая руками, указывая на моторки. Но вдруг свет ближнего прожектора погас, и на пристани наступила кромешная темнота. Мотор катера работал на полные обороты, и берег удалялся стремительно — на нём был виден лишь освещённый особняк да фонари у въездных ворот. Кто-то из охранников стрелял трассирующими пулями. Красноватые нити прошивали небо и терялись вверху в пучине косматых
— Вверх стреляют, — сказал Афанасий, помогая Николаю подняться. — Видно, бояться продырявить хозяйский катер.
— За него выплачивать придётся, — усмехнулся Николай и добавил: — Кажется, ушли.
— От них ушли, — сказал Афанасий, глядя, как волны накатываются на палубу. — Гроза не кончается. Озеро разбушевалось. Ни зги не видать. Можем в берег врезаться.
— Надо сказать Серёге, чтобы сбавил обороты.
Они пошли к Сергею в надстройку, с трудом передвигаясь по скользкой палубе, которая ежесекундно уходила из-под ног, настолько сильна была бортовая качка. Сергей стоял у штурвала, глядя в залитое дождём стекло.
— Умерь ход, — сказал ему Николай. — А то, не дай Бог, на камни налетим. Тише едешь, дальше будешь.
— А дальше будешь, больше командировочных получишь, — усмехнулся Сергей, выполняя указание Воронина.
Дождь прекратился, но ветер не ослабевал. Крутые волны наваливались на судёнышко, стараясь опрокинуть его, завалить на борт. Молнии освещали небо далеко на западе. Берег, где стоял особняк, являл собой тонкую светлую полоску.
— Кажись, выбрались, — облегчённо вздохнул Сергей.
— Держи круче к ветру, — сказал Николай, — а то можем перевернуться.
— А отчего у них прожектора погасли, не знаете? — спросил Сергей, выворачивая штурвал, как подсказал Николай.
— Коротнуло что-то, — пояснил Афанасий. — Предохранители полетели.
— Откуда знаешь? — недоверчиво спросил Сергей.
— Не веришь, а спрашиваешь, — улыбнулся Афанасий.
На душе у него было спокойнее, чем несколько часов назад. Разъярённое озеро таило намного меньше опасностей, чем люди в особняке.
— Вспышка была и треск, — объяснил он. Мне это знакомо. В Афганистане приходилось выводить из строя подстанции.
Теперь пора была подумать о своей безопасности. В темноте, не зная акватории озера, в два счета можно было пропороть брюхо подводными камнями, врезаться в берег или сесть на мель. Дальше десяти метров ничего нельзя было разобрать. К счастью, Николай обнаружил на баке прожектор на вращающемся шарнире и включил его. Луч света пробил мелкую сетку измороси и уткнулся в темноту, как в стену. Качка была сильной. Волны одна за другой накатывались на палубу, и чтобы не смыло за борт, Николай привязал себя к прожектору линем.
— Малый вперёд, — кричал Николай и показывал Сергею руками, чтобы тот сбавил обороты двигателя.
За ними никто не гнался, и не было нужды рисковать, развивая полный ход. Видно, охранники
— Впереди что-то чёрное, — крикнул Николай и вскинул руку вверх — его всё равно бы никто не услышал. — Серёга, полный назад!
Но было поздно. Катер заскрежетал днищем и остановился как вкопанный. Нос погрузился в воду, а корма задралась. Шумно расплескивая воду, крутился винт. Если бы Воронин не был привязан, он бы очутился за бортом.
— Сели, — пробормотал Сергей и остановил двигатель.
С бака вернулся Николай.
— Хорошо, что отделались лёгким испугом, — резюмировал он. — На палубе лодка есть. На ней доберёмся до берега.
Они стали готовить небольшую лодку к спуску на воду. В брезентовом чехле обнаружили компактный двигатель, но ставить его не стали, решив воспользоваться вёслами. Перед тем, как спуститься в неё, Афанасий сходил в каюту и вернулся с компасом, ракетницей и десятком фальшфейеров в зелёной брезентовой сумке. Через плечо был переброшен туго набитый чёрный кожаный кофр.
— Чего это ты отхватил? — спросил Сергей, кивая на кофр.
— Пришлось позаимствовать кое-что, — улыбнулся Афанасий. — Я не украл, а забрал военные трофеи, которые нам принадлежат по праву, раз мы вступили в войну с обитателями особняка и хозяином катера, — бинокль, нож, фонарик, часы, аптечку, зажигалку, и взял кое-что из холодильника: бутылку виски, несколько банок пива и какие-то импортные консервы, вроде бы рыбные, судя по этикетке.
— Это нам не помешает, — одобрительно отозвался Сергей, принимая сумку с фальшфейерами и кладя в лодку. — Давай и кофр? Сигарет там не видал?
— Я взял в столике пару пачек… Ты ж нам все уши прожжужал — как тебе плохо без курева…
— Вот спасибо, что не забыл, — обрадованно поблагодарил Сергей «афганца».
— Куда плывём? — спросил Афанасий, отталкиваясь веслом от борта катера.
Всё плохое, думалось ему, осталось позади и будущее теперь не казалось столь мрачным, хотя штормовое озеро хранило много опасностей. Главное, они на свободе, вырвались из рук подонков.
— Так куда плывём? — повторил он вопрос, обращаясь к Воронину. — Ты должен знать, тебя ведь топили здесь.
— Подальше от этого логова, — отозвался Николай. — Нам надо добраться до берега, а там решим, как поступить дальше.
Они на ощупь двинулись к черневшей впереди громаде. Снова начался дождь, совсем закрывший видимость, поднялись волны, захлёстывавшие лодку. Иногда Сергей, опуская весло в воду, говорил:
— Глубина метра два… Мельчает, полтора метра.
— Значит, мы приближаемся к берегу. Николай вглядывался в смутные очертания то ли берега, то ли тучи, черневшей впереди.