Муки любви
Шрифт:
— Осторожно, рыбка. — Джек смахнул пену со лба малышки и снял с кронштейна гибкий шланг душа. Наклонил дочери голову и осторожно смыл с ее волос шампунь, защищая рукой ее личико от брызг. Потом велел ей встать и быстро ополоснул гладкое маленькое тельце, после чего вытащил кроху из ванны. Мег наблюдала, как ее бывший муж закутывал в толстое белое полотенце их младшую дочь, и рассеянно думала о том, на кого будет похож ее следующий ребенок. Уинстон никогда не был женат и хотел по меньшей мере одного собственного ребенка. Мег это радовало,
Джек ловко растер Дейзи полотенцем, промокнул ей волосы и пробежался по ним гребнем с широкими зубьями.
— Ну вот и все, победительница дракона, — сказал он. — Топай к Мари. Она поможет тебе одеться.
Закутавшись в большое полотенце, Дейзи выскочила из дверей ванной комнаты и понеслась по коридору с веселым криком:
— Мали! В ванной длакон!
Только теперь Мег поняла, что Джек останется с ней наедине.
Джек запер дверь. Она услышала, как щелкнул замок, и потянулась за шлангом душа, чтобы опередить бывшего мужа, пока он не взял инициативу в свои руки.
Джек вразвалочку прошествовал к ванне.
— Зачем так нервничать? Я не кусаюсь. — Он опять присел на краешек ванны и небрежно провел кончиком пальца по воде. — Хочешь, я сделаю погорячей?
Она не откликнулась, прекрасно понимая, что его способ делать купание «погорячей» не имеет ничего общего с тем, чтобы просто добавить в ванну горячей воды. Мег повернула вентиль и отрегулировала душ, потом подставила под него голову и ополоснула волосы.
С запозданием она спохватилась, что ее бывший муж свободно любуется всеми прелестями ее тела.
— Перестань на меня пялиться, — потребовала Мег.
— Шутишь? — улыбнулся он такой улыбкой, какую никогда бы не позволил себе в присутствии Дейзи.
— У тебя нет стыда.
— Только теперь заметила, да?
Она направила душ ему в лицо. Джек со смехом отключил воду, лишив ее «оружие» заряда, и стянул через голову промокшую рубашку.
— Прекрати! — воскликнула она. — Что, если Уинстон застанет тебя здесь?
— Ты ждешь его? — Джек швырнул рубашку в угол. — По-твоему, в этой большой ванне найдется место для нас троих, — пошутил он, расстегивая пряжку на джинсах.
— Как ты смеешь! — крикнула Мег, вцепившись в его руку.
Он смягчился, оставил пряжку и, схватив мыло, начал намыливать себе руки. Мег хорошо помнила его тело, но после развода он раздался в плечах, его грудь стала шире, а живот крепче. Под темными волосами, которые веером расходились по его груди, кожа сохраняла загар.
— Помнишь, как мы любили принимать ванну вместе? — спросил он.
Мег не желала ничего вспоминать.
— Я уже помылась.
— Станешь еще чище. — Джек положил мыло в мыльницу и заскользил пенными руками по упругой спине своей бывшей жены. От его уверенных
— Помнишь, как мы любили мыть друг друга? — Длинными сильными пальцами Джек намылил и помассировал ей предплечье. — Я помою спину тебе, а ты — мне. И мы будем касаться друг друга, дюйм за дюймом, пока у меня…
— Нет, — взмолилась она, слишком хорошо помня, чем заканчивались их совместные купания.
Ласки в ванной были лишь прелюдией, разжигающей страсть, напряженной игрой, в которой один бросал вызов другому — кому из них первому станет невмочь терпеть и кто первый попросит о большем.
Джек обладал чудовищной силой воли. Как ни зарекалась Мег, почти всегда она сдавалась первой, открыто и беззастенчиво умоляя его о соитии. А он озорно улыбался и… довольно часто вынуждал ее томиться еще несколько мучительных минут, прежде чем выполнял ее просьбу.
— Ты наверняка помнишь, — бормотал Джек, массируя ей другое предплечье.
Мег закрыла глаза, зная, с какой легкостью он мог прочесть по ним все ее мысли.
Он начал мыть ей груди, соблюдая тот ритуал, который некогда существовал у них. Мег схватила его за кисти.
— Джек… — выдохнула она, однако он пропустил протестующий вздох мимо ушей и продолжал медленно скользить ладонями по ее коже, следуя изгибам тела.
От этих прикосновений Мег опьянела, и ей было трудно понять, почему она позволяет ему все это делать. Мягким движением Джек высвободил свои кисти и опустил ее ослабевшие руки. Она безропотно покорилась.
— Откинься на спину, — сказал он и слегка надавливал ей на плечи, пока она не улеглась головой на край ванной, по грудь погруженная в воду.
Джек ополоснул ладони и положил ей под голову свернутое полотенце. Потом пристроил ее руки по краям ванной. Обручальное кольцо звякнуло об эмаль — слабо прозвучавшее предупреждение…
«Ах да, вот почему я не должна доводить до этого», — мелькнуло в голове у Мег.
— Позволь мне понежить тебя, — вымолвил Джек.
— Так вот как называется то, что ты делаешь, — холодно произнесла она.
Он открыто посмотрел ей в глаза с легкой улыбкой и со странным выражением простодушия и одновременно таинственности.
Сердце в ее груди подпрыгнуло, а дыхание перехватило от страстного желания близости.
Два года — чертовски долгий срок.
Нельзя проявлять слабость. Просто недопустимо доводить до этого, ведь она обручена. У Джека больше нет на нее никаких прав.
Впрочем, он и не ведет себя так, будто имеет на нее законное право. Он обольщает ее, искушает, а она потакает ему.
Джек снова взялся за мыло. Мег смежила веки. Она полежит так минуту, может быть, две, а потом остановит его.